– Вряд ли он пошел бы вооруженным на свидание с девушкой.
– Возможно, он это сделал, чтобы произвести большее впечатление.
– Он был не такой, – сказал Мартин Бек. – Ты знаешь об этом так же хорошо, как я.
– Ну, во всяком случае он часто носил с собой пистолет.
Чаще, чем ты. И намного чаще, чем я.
– Да, когда он был на службе.
– Я встречался с ним только на службе, – сухо заявил
Колльберг.
– Я тоже. Несомненно, он был одним из первых трупов в том проклятом автобусе. И несмотря на это, он все же успел расстегнуть две пуговицы плаща и вытащил пистолет.
– Это указывает на то, что плащ он расстегнул раньше, – задумчиво сказал Колльберг. – Непонятно, зачем он это сделал.
– Согласен.
– Как там говорил Хаммар во время сегодняшней реконструкции?
– Он говорил примерно следующее, – сказал Мартин
Бек. – «Тут что-то не так: сумасшедший, совершающий групповое убийство, не действует по столь тщательно разработанному плану».
– Ты считаешь, что он прав?
– В принципе, да.
– Это означало бы…
– Что тот, кто стрелял, вовсе не был сумасшедшим.
Вернее, это убийство вовсе не было совершено для того, чтобы произвести сенсацию.
Колльберг вытер пот о лба сложенным платком, внимательно осмотрел платок и сказал:
– Герр Ларссон говорит…
– Гюнвальд?
– Да, он. Прежде чем отправиться домой, чтобы освежиться дезодорантом, он с высоты своей учености соизволил заметить, что ничего не понимает. Не понимает, например, почему сумасшедший не покончил с собой или не остался на месте преступления и не позволил себя схватить.
– Мне кажется, ты недооцениваешь Гюнвальда, – сказал Мартин Бек.
– Ты так полагаешь? – Колльберг раздраженно пожал плечами. – Да ладно, – добавил он, – все это чушь собачья.
У меня нет сомнений в том, чти это групповое убийство. И, конечно же, стрелявший был сумасшедшим. Судя по всему, сейчас он сидит дома перед телевизором и наслаждается произведенным эффектом. В конце концов, с таким же успехом он мог совершить самоубийство. Нам ничего не дает то, что у Стенстрёма был при себе пистолет, потому что мы не знаем его привычек. Предположительно, он был вместе с той медсестрой. Хотя, возможно, и то, что он ехал в какой-нибудь ресторан или в гости к приятелю. А может, он поссорился со своей девушкой или его выбранила мать, он обиделся и поехал куда попало в первом попавшемся автобусе, потому что идти в кино было уже поздно, а если не идти в кино, то ему некуда было податься.
– Это все мы можем проверить, – сказал Мартин Бек.
– Да, завтра. Однако есть одна вещь, которую мы должны сделать сейчас, до того, как это сделает кто-нибудь другой.
– Осмотреть его письменный стол в Вестберге, – сказал
Мартин Бек.