Мартин Бек не ответил.
– Что ты хотел сказать? – спросил Колльберг. – Что это объясняло бы?
– Почему Стенстрём не успел выстрелить, – ответил
Мартин Бек.
Они удивленно посмотрели на него.
– А-а-а… – протянул Гюнвальд Ларссон.
– Да, да, вы правы, – задумчиво сказал Мартин Бек, потирая двумя пальцами основание носа.
Хаммар толкнул дверь и вошел в сопровождении Эка и представителя прокуратуры.
– Восстановим ситуацию, – задиристо сказал он. –
Выключите все телефоны. Вы готовы?
Мартин Бек грустно посмотрел на него. Точно так же обычно входил Стенстрём, неожиданно и без стука. Почти всегда. Это ужасно раздражало.
– Что там у тебя? – спросил Гюнвальд Ларссон. – Вечерние газеты?
– Да, – ответил Хаммар. – Они вдохновляют.
Он разложил газеты и раздраженно уставился на них.
Заголовки были крупные, однако сами тексты довольно куцые.
– Цитирую, – сказал Хаммар. – «Преступление века, утверждает опытный специалист по раскрытию убийств
Гюнвальд Ларссон из стокгольмской криминальной полиции и добавляет: «Это самое ужасное зрелище, какое мне когда-либо приходилось видеть в своей жизни!!»» Два восклицательных знака.
Гюнвальд Ларссон подался вперед и нахмурился.
– У тебя здесь хорошая компания, – продолжил Хаммар. – Министр юстиции тоже высказался. «Следует покончить с волной беззакония и преступности. Все силы и средства полиции будут брошены в бой с целью немедленно схватить преступника».
Он огляделся вокруг и добавил:
– Так значит, это и есть те самые силы?
Мартин Бек вытер нос.
– «Уже сейчас сто наиболее талантливых специалистов криминальной полиции со всей страны принимают непосредственное участие в расследовании», – продолжил
Хаммар, показав на одну из газет. – «Подобного начала еще не было в истории криминалистики этой страны».
Колльберг вздохнул и схватился за голову.
– Политики, – буркнул себе под нос Хаммар. Он швырнул газеты на стол и спросил: – Где Меландер?
– Беседует с психологами, – дал справку Колльберг.
– А Рённ?
– В больнице.
– Какие оттуда известия? Есть что-нибудь новое?