– Вы метались, как угорелые, растаптывали кровь и мозговое вещество, передвигали трупы и вовсе не спешили сообщать о случившемся.
– Действительно, вы поступили не совсем верно… –
начал Мартин Бек, но Гюнвальд Ларссон сразу же перебил его:
– Подожди, еще не все. Хотя эти четыре минуты они потратили на то, чтобы уничтожить все следы на месте преступления, нужно признать, что прибыли они туда действительно в тринадцать минут двенадцатого. Однако поехали они туда не по собственной инициативе: им сообщил о происшествии человек, который обнаружил автобус. Так это было?
– Да, – ответил Квант.
– Это был мужчина с собакой, – добавил Кристианссон.
– Вот именно! Им сообщил о происшествии человек, фамилии которого они не знают, потому что не позаботились о том, чтобы спросить, как его зовут, и наверняка мы не смогли бы установить его личность. К счастью, этот человек оказался настолько любезен, что сам явился к нам.
В котором часу вы увидели человека с собакой?
– Ну, как бы это сказать… – ответил Квант.
– Приблизительно за две минуты до того, как подъехали к автобусу, – уставившись на свои ботинки, сказал
Кристианссон.
– Вот именно! Потому что, по его словам, вы по меньшей мере минуту сидели в машине и тратили время на бесполезную болтовню. О собаках и еще кое о чем. Я прав?
– Ага, – буркнул Кристианссон.
– Когда вам сообщили о происшествии, было приблизительно десять-одиннадцать минут двенадцатого. На каком расстоянии от автобуса остановил вас тот человек?
– На расстоянии около трехсот метров, – ответил
Квант.
– Верно, – подтвердил Гюнвальд Ларссон. – А поскольку тому человеку было семьдесят лет и он тащил за собой больную собаку…
– Больную? – удивился Квант.
– Вот именно. У того песика был поврежден позвоночник, и задние лапы почти не двигались.
– Наконец я начинаю понимать, куда ты клонишь, –
сказал Мартин Бек.
– Ну да! Я попросил сегодня того старика снова пробежать там. Вместе со псом. Он проделал это трижды, потом пес совсем выбился из сил.
– Это издевательство над животным, – возмущенно сказал Квант.
Мартин Бек с любопытством и изумлением посмотрел на него.
– В любом случае старик с собакой никак не мог пробежать это расстояние быстрее, чем за три минуты. Значит, он должен был заметить неподвижный автобус самое позднее в семь минут двенадцатого, а нам известно наверняка, что бойня была устроена тремя-четырьмя минутами раньше.
– Откуда вам это известно? – одновременно спросили
Квант и Кристианссон.
– А вам зачем знать? – отрезал Гюнвальд Ларссон.
– Часы Стенстрёма, – объяснил Мартин Бек. – Одна из пуль пробила ему грудную клетку и застряла в запястье.
Она разбила корпус часов «Омега», которые были у него на руке. Экспертиза установила, что часы остановились именно в тот момент. В три минуты и тридцать семь секунд двенадцатого.