– Ни в кого, – сказал он.
– Это был предупредительный выстрел, – объяснил
Квант.
– И кому же он предназначался?
– Мы полагали, что убийца, возможно, еще в автобусе и прячется наверху, – произнес Кристианссон.
– Ну и как, он там был?
– Нет, – ответил Квант.
– А откуда вам это известно? Что вы сделали после этой канонады?
– Поднялись наверх и посмотрели, – объяснил Кристианссон.
– Там никого не было, – дополнил Квант.
Гюнвальд Ларссон примерно полминуты испытующе смотрел на них, потом грохнул кулаком по столу и заорал:
– Поднялись наверх! Оба! Черт бы вас побрал, какая безнадежная тупость!
– Мы поднялись с противоположных сторон, – попытался оправдаться Квант. – Я сзади, а Калле по передней лесенке.
– Так, чтобы тот, кто был наверху, не смог убежать, –
поддержал его Кристианссон.
– Да ведь там никого не было, черт возьми! Вам удалось только одно – уничтожить все следы во всем автобусе! Я
уж не говорю о том, что вы наделали снаружи. И зачем вы болтались возле трупов? Чтобы натоптать там еще больше грязи?
– Чтобы проверить, может, кто-то еще был жив, – сказал Кристианссон, при этом он побледнел и громко сглотнул.
– Только не вздумай снова блевать, Калле, – обеспокоено предупредил его Квант.
Дверь открылась, и вошел Мартин Бек. Кристианссон сразу же встал, Квант через несколько секунд последовал его примеру. Мартин Бек кивнул им и вопросительно посмотрел на Ларссона.
– Это ты так кричишь? Думаю, вряд ли стоит ругать этих ребят.
– Ничего подобного, – ответил Гюнвальд Ларссон. –
Еще как стоит.
– Почему?
– Потому что эти два идиота… – Он осекся и попытался подобрать другие слова. – Эти двое наших коллег являются единственными свидетелями. Слышите, что я говорю! В
котором часу вы прибыли на место преступления?
– В тринадцать минут двенадцатого. Я проверил время по хронометру.
– Если говорить обо мне, – сказал Гюнвальд Ларссон, –
то я сидел на том же месте, что и сейчас. Мне сообщили в восемнадцать минут двенадцатого. Пусть манипуляции с рацией заняли у вас полминуты, а центральному пульту связи понадобилось еще пятнадцать секунд, чтобы позвонить мне. Остается еще более четырех минут. Что вы делали все это время?
– Ну, как бы это сказать… – начал Квант.