Вероятнее всего, она должна была знать, зачем он вышел из дому. – Он замолчал и добавил: – Если, конечно, это… – Он снова замолчал.
– Если что? – спросил Мартин Бек.
– Ты хотел сказать, если конечно, это не связано с той медсестрой из автобуса? – произнес Колльберг.
Хаммар ничего не ответил.
– Или если он не вышел из дому по какому-нибудь другому делу в том же духе, – добавил Колльберг.
Хаммар кивнул.
– Выясните это.
X
Перед зданием Главного управления полиции на
Кунгсхольмене стояли два человека, которые наверняка предпочли бы находиться в каком-нибудь другом месте.
Эти два человека были в форменных фуражках, кожаных куртках с блестящими пуговицами, в портупеях, с пистолетами и резиновыми дубинками на поясе. Звали их Кристианссон и Квант.
Элегантно одетая пожилая дама подошла к ним и спросила:
– Извините, вы не скажете, как пройти на Йернегатан?
– Не знаю, – ответил Квант. – Спросите у полицейского. Вон он стоит.
Дама в изумлении уставилась на него.
– Мы тут не совсем у себя, – попытался смягчить впечатление Кристианссон.
Женщина продолжала смотреть им вслед, когда они поднимались по ступенькам к входной двери.
– Как ты думаешь, чего им нужно от нас? – испуганно спросил Кристианссон.
– Конечно, они хотят, чтобы мы дали показания, –
сказал Квант. – Ведь это мы сделали то открытие.
– Это правда, – согласился Кристианссон. – В самом деле, так оно и было, но…
– Никаких «но». Заходит в лифт.
На втором этаже они встретили Колльберга. У него был угрюмый вид, и он рассеянно кивнул им. Потом открыл какую-то дверь и сказал:
– Гюнвальд, пришли те двое из Сольны.
– Скажи им, чтобы они подождали, – донесся голос изнутри.
– Подождите, – сказал Колльберг и ушел по своим делам. После десяти минут ожидания Квант пошевелился и сказал:
– Что они себе позволяют, черт возьми! Ведь у нас сегодня выходной. Я обещал Сив присмотреть за детьми, потому что ей нужно сходить к доктору.
– Да, ты уже это говорил, – буркнул Кристианссон, который прямо на глазах падал духом.
– Она говорит, что у нее какое-то странное ощущение в…
– Да, это ты тоже уже говорил.