Непобеждённый «Варяг»: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

«Кореец», маневрировавший на небольшом расстоянии от «Варяга», на выпад японцев ответил из правого 8-дюймового[42] орудия фугасными снарядами, которые, однако, дали сильный недолёт. После нескольких таких выстрелов на канонерке прекратили стрельбу и возобновили ее только после того, как расстояние между противниками значительно поубавилось. Огонь вёлся прицельно по крейсерам «Асама» и «Такачихо».

В отличие от «Корейца» команда «Варяга» проявила выдержку. Моряки крейсера ожидали сигнал к бою в полном молчании. Их лица были сосредоточенны, а тела напряжены, словно сжатая пружина. И это не удивительно, ведь совсем рядом водная гладь уже вздыбилась от разрывов вражеских снарядов... И вот настал долгожданный миг. Дана команда, и боевой механизм заработал: русский крейсер «огрызнулся» артиллерийским залпом с правого борта. Так начался ожесточённый бой двух русских кораблей с превосходящими силами противника. Капитан 1-го ранга В. Ф. Руднев тогда еще не знал, что примерно за 12 часов до этого 10 японских миноносцев атаковали 1-ю Тихоокеанскую эскадру у Порт-Артура и сильно повредили два лучших её броненосца — «Цесаревич» и «Ретвизан», а также крейсер «Паллада»[43].

Надо отметить, что крейсер «Варяг» располагал только бронебойными снарядами, которые могли насквозь пробить корпус вражеского корабля, но при этом не разрывались. Японская же эскадра имела в своём распоряжении и фугасные снаряды сильного разрывного действия. Даже от удара о воду такой снаряд разлетался на сотни мельчайших кусочков. Позже в теле одного из раненых матросов врачи «Варяга» обнаружат более ста двадцати осколков!

Несмотря на сложное положение с боеприпасами, прямым попаданием русских комендоров был уничтожен кормовой мостик «Асама», после чего на японском корабле возник пожар, отчётливо видимый издалека. Команда «Варяга» приветствовала свой первый успех громким «ура».

Ещё в начале сражения, после первых выстрелов с «Корейца», японский крейсер «Нийтака» переменил место в строю и стал головным — впереди флагмана «Нанива». Затем часть боевой эскадры (крейсеры) пошла наперерез русским кораблям. Всю мощь своего огня японцы обрушили на «Варяг», поскольку канонерская лодка «Кореец», построенная еще в XIX в., серьёзной опасности для них не представляла.

Вскоре русский крейсер оказался в эпицентре взрывов и каскадов воды. В результате первого попадания на «Варяге» был разрушен верхний мостик, одновременно загорелась штурманская рубка[44]. Погибло несколько матросов-дальномерщиков и младший штурман — мичман[45] Алексей Нирод (по окончании боя нашли только одну руку мичмана, державшего дальномер). Как отмечали очевидцы боя, после этого число прямых вражеских попаданий возросло. Последующими выстрелами японцы подбили 6-дюймовое орудие, причём вся орудийная прислуга была выведена из строя. Затем возник пожар на шканцах, загорелись заряды с бездымным порохом, а также один из вельботов[46]. Возгорание произошло от снаряда, разорвавшегося на палубе, при этом были повреждены сразу 5 орудий. Одна из патронных беседок[47] так быстро занялась огнём, что двое матросов моментально получили смертельные ожоги, и труп одного из них — в горящей одежде — свалился в шахту элеватора[48]. Последующие прямые попадания вывели из строя ещё 2 орудия, а также перебили верхние фалы[49], из-за чего один из боевых флагов крейсера упал в воду.

Из-за отсутствия на верхней палубе артиллерийских щитов орудийные расчёты оказались здесь наиболее уязвимыми, поскольку японцы использовали в основном шрапнель. Было ли страшно в те минуты русским морякам? Возможно и так. Даже наверняка так! И тем не менее, они не были трусами, они не дрогнули, они оставались верны военной присяге и сражались, как бы пафосно это ни звучало, до последней капли крови... На верхней палубе «Варяга» в бою участвовало 150 человек. Почти все убитые и раненые, как потом выяснилось, были из числа этих ста пятидесяти. Среди них находился и наш земляк, матрос 1-й статьи М. В. Прокопович. Свою артиллерийскую дуэль с превосходящими силами противника Михаил Вячеславович вёл до тех пор, пока ему фугасом не оторвало руку. От болевого шока он потерял сознание...

Мичман Бугонин, получив множественные ранения ног, продолжал командовать орудийным расчётом, пока не упал от потери крови. В 12:05 осколками снаряда, залетевшими в боевую рубку «Варяга», контузило капитана 1-го ранга Руднева. Этим же взрывом убило наповал стоявших по обе стороны от командира горниста и барабанщика, ранило в спину рулевого — кондуктора[50] Снигирёва (он не заявил о ранении и оставался на своём посту до исхода сражения). Несмотря на контузию и ранение в голову, командир крейсера также не пожелал оставить поле боя, поскольку понимал, что это может ослабить моральный дух команды. Преодолевая завесу дыма, он выбрался из покорёженной боевой рубки и, набрав в лёгкие воздуха, что есть мочи крикнул:

— Братцы! Я живой! Я с вами!.. Целься вернее!

А вот японские офицеры, которые вели наблюдение за «Варягом», посчитали Руднева на тот момент погибшим. Как видим, они ошибались.

Русские офицеры, тоже следившие за манёвром противника, видели, что и японцам причинён немалый урон. К тому времени был разрушен кормовой мостик крейсера «Асама» (вследствие сильного пожара стрельба на этом корабле временно прекратилась); мощный взрыв отмечался на четвёртом по порядку строя японском крейсере; большое количество снарядов падало вокруг «Нанивы», вследствие чего предполагалось, что и на этом корабле могли быть серьёзные повреждения.

Морское сражение достигло кульминации. Русский крейсер по-прежнему оставался основной целью для японских кораблей. Что касается русской канонерки, то снаряды неприятеля, кроме первых трёх недолётов, давали по «Корейцу» перелеты.

Вражеский обстрел причинял «Варягу» всё больше и больше разрушений. В 12:15 снаряд большого калибра пробил левый борт под водой; хлынувшая в пробоину вода стала быстро заполнять кочегарное отделение[51] и подступать к топкам[52]. Появилась также течь от пробоин в угольных ямах[53]. Несмотря на то, что воду все время откачивали, крейсер стал постепенно крениться на левый борт. В 12:25 снарядом, прошедшим разрушительно через офицерские каюты, была пробита палуба и зажжена мука в провизионном отделении[54]. Из-за густого дыма от пожара срочно потребовалось открывать иллюминаторы[55]. Загорелись также коечные сетки на шкафуте[56], но благодаря слаженным действиям команды пожар удалось быстро потушить.

Серьёзные повреждения, причинённые крейсеру, и значительное снижение его боеспособности (на корабле оставалось не так много исправных орудий) вынудили Руднева дать приказ к отходу. Сделав поворот, «Варяг» полным ходом пошёл к причалу порта, продолжая отстреливаться левым бортом и кормовыми орудиями. «Кореец» последовал за крейсером и прикрывал его сначала огнём левого 8-дюймового и кормового 6-дюймового орудий, а потом только кормовым огнём. Из имевшихся на борту устаревших 9-фунтовых[57] пушек сделали три выстрела, но вследствие того, что снаряды не долетали до цели, стрельбу прекратили.

В 12:30 капитан крейсера «Асама» Рокуро Ясиро дал команду отделиться от основного отряда и полным ходом преследовать «Варяг». К «Асаме» присоединился ещё один японский крейсер. Погоня продолжалась около 15 минут. Когда дистанция между противниками сократилась до 30 кабельтовых (более 5 километров), японский командир наблюдал попадание в русский корабль. Последние выстрелы, сделанные из носового барбета[58] «Асамы», вызвали на «Варяге» пожар в кормовой части. Командир «Асамы» имел намерение идти на таран русского крейсера. Однако последний находился уже в нейтральной зоне, среди иностранных судов. Поэтому два японских крейсера были вынуждены вернуться к эскадре. В 13:40 весь морской отряд контр-адмирала Уриу выстроился к западу от входа в гавань.

Сотокити Уриу не сомневался в скором пленении русских моряков. «Во всяком случае, — размышлял он, наблюдая с флагмана за передвижением противника, — этих упрямцев вынудят сдаться в плен гайдзины сёугуны[59] — командиры иностранных судов». Но командующий японской эскадрой просчитался...

В час дня, став на якорь близ английского крейсера «Тэлбот», Руднев приказал приступить к осмотру и исправлению повреждений, оставаясь при этом в боевой готовности. Большинство орудий на «Варяге» было разбито. Кроме того, серьёзные повреждения получила 3-я дымовая труба, во многих местах была пробита верхняя палуба, посечены осколками все шлюпки, но, главное, имелись значительные подводные пробоины.

На крейсере «Варяг» из экипажа в 580 человек потери команды составили: убитых — 1 офицер и 30 матросов, раненых и контуженых — 6 офицеров и 85 матросов, ещё около 100 человек получили лёгкие ранения. Канонерская лодка «Кореец» потерь не имела.

Не желая давать неприятелю возможности одержать победу над полуразрушенным крейсером, Руднев в 13:35 отправился на французском катере к английскому крейсеру «Тэлбот», на борту которого заявил о намерении уничтожить «Варяг» из-за его полной непригодности. Он получил согласие на перевоз команды на иностранные суда, но их командиры попросили не взрывать русский крейсер, чтобы не подвергать опасности свои корабли. Тогда Руднев решил затопить «Варяг». По возвращении на крейсер (прошло всего 15 минут), он сообщил о своём решении собранию офицеров, которые единогласно признали этот выход единственным. После этого к русскому крейсеру подошли шлюпки с французского, английского и итальянского кораблей. Американский авизо[60] «Виксбург», хотя и прислал врача для перевязки, но принять людей с тонущего крейсера отказался из-за отсутствия разрешения от своего военного министра. Услуги американского врача были отклонены. Началась погрузка раненых, а затем и остальной команды. Больше всех принял на свой борт французский крейсер «Паскаль» — 352 человека[61]. Англичане забрали 235 русских, итальянцы — 178.

[42] Дюйм — единица измерения расстояния, равная 2,54 сантиметра.

[43] Об этом он узнал позже из французских газет, будучи на борту крейсера «Паскаль».

[44] В штурманской рубке находятся морские карты, составленные по морским районам и зонам. Капитан наносит на морскую карту курс корабля, вахтенный офицер определяет его местонахождение по результатам измерений и сравнивает на карте с курсом, по которому должен следовать корабль. Если местонахождение судна вследствие влияния течений и ветров отличается от заданного курса, вахтенный офицер даёт рулевому новый курс.

[45] Мичман — корабельное воинское звание в Военно-Морских Флотах (Военно-Морских Силах) ряда стран. В Русском Императорском флоте с 1732 до 1917 гг. (исключая 1751—1758 гг., когда мичманы относились к унтер-офицерам) — офицерский чин, соответствовавший поручику в армии. Звание присваивалось гардемаринам, успешно выдержавшим теоретический и практический экзамены. Мичманы назначались на должности командиров артиллерийских башен кораблей, командирами плутонгов противоминной артиллерии, штурманами малых боевых кораблей и т. д.

[46] Вельбот — быстроходная, относительно узкая, 4—8-вёсельная шлюпка с острыми очертаниями носа и кормы. Гребцы располагаются через одного на вёслах правого и левого борта.

[47] Металлическая конструкция, в которой к малокалиберным орудиям по специальным рельсам передавались унитарные патроны — снаряды, соединённые с гильзами в единое целое.

[48] Элеватор (на корабле) — транспортёр для подъёма грузов, в т.ч. снарядов.

[49] Фал — снасть, служащая для подъёма некоторых рей, парусов, сигнальных флагов и т. д. В данном случае — снасть, на которой поднимаются флаги.

[50] Кондуктор — воинское звание в Русском Императорском флоте, ближайший помощник офицера-специалиста. Кондукторы комплектовались из унтер-офицеров, окончивших обязательный срок службы и школу по специальности. Кондукторы были следующих специальностей: рулевые, сигнальные, минно-машинные, кочегарные, трюмные, гальванёрные (артиллерийские или торпедные электрики).

[51] Подразделение истопников (кочегаров), обеспечивающее работу машины (движителя) корабля путём поддержания огня (заброской угля или дров) в топке.

[52] Топка (на корабле) — закрытое пространство (особая печь), в котором производилось сжигание топлива (угля или дров).

[53] Угольные ямы — дополнительная защита бортов корабля от снарядов, слой угля толщиной 2 фута (60 сантиметров) являлся примерным эквивалентом 1 дюйма (2,54 сантиметра) стальной брони.

[54] Подразделение, отвечающее за продовольственное снабжение на корабле.

[55] Иллюминатор — круглое или прямоугольное герметически закрывающееся окно с прочным стеклом на корабле (судне) или летательном аппарате.

[56] Шкафут (на корабле) — средняя часть верхней палубы от фок-мачты (первая от носа корабля мачта) до грот-мачты (вторая от носа корабля мачта) либо от носовой надстройки (бак) до кормовой (ют).

[57] Фунт — мера веса в Российской империи, равная 409,5 грамма, а также мера веса в английской системе мер, равная 453,6 грамма. В XVI—XIX вв. в фунтах измеряли также калибр артиллерийских орудий — по весу снаряда. Снаряд 9-фунтовой пушки весил примерно 4 килограмма.

[58] Барбет — неподвижная открытая платформа на корабле для размещения вращающейся артиллерийской орудийной установки, как правило, с броневым прикрытием.

[59] Гайдзин — презрительная сокращённая форма японского слова гайкокудзин, означающего «иностранец». Сёугун в переводе с японского языка: сёу — командир, гун — войска; военная сила.

[60] Авизо — небольшой военный быстроходный корабль, который использовался для разведки и посыльной службы в XVII — начале ХХ в. В Русском Императорском флоте специально авизо не строились, в этих целях обычно использовались устаревшие корабли (суда).

[61] Экипаж канонерской лодки «Кореец» на крейсере «Паскаль» был доставлен в Сайгон, а оттуда его отправили в Россию с японским условием не принимать в дальнейшем участия в военных действиях.