Отец Иоанн Кронштадтский: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Бывшая инспектриса Смольного института Мария Алексеевна Неклюдова, проживающая ныне в городе Белграде, по улице Воеводы Миленко в здании общежития бывших институток, коим она и заведывает, рассказала мне, что, будучи еще в Петербурге, не верила в чудодейственную силу отца Иоанна.

Однажды, когда в Смольном институте ожидали приезда отца Иоанна, и девицы были выстроены в широком институтском коридоре, и она стояла перед своим отделением, то отец Иоанн, проходя мимо инспектрис и классных дам, благословлял их; когда же он стал приближаться к Марии Алексеевне Неклюдовой, не дойдя до нее несколько шагов, перешел на другую сторону коридора, где стояла другая инспектриса. Мария Алексеевна думает, что отец Иоанн прозрел ее отношение к нему и нарочно перешел на другую сторону, чтобы ее не благословлять.

Из проповеди епископа Симона, 7/20 марта 1927 г.

На 2-ю Неделю Великого поста

«... Вот то, что сейчас я стою здесь на архиерейской кафедре, а вы слушаете мое слово, четверть века тому назад было предначертано в Кронштадте при служении Литургии отцом Иоанном Кронштадтским. Это было в мае 1902 года. В тот день отец Иоанн принимал общую исповедь, и весь народ, наполнявший собор, готовился к Причащению Святых Таин. И вот, когда по Причащении священнослужителей, отец Иоанн влагал в Чашу частицы Тела Христова, одна частица, не сухая, а уже омоченная Кровию Христовой, то есть бывшая уже в Чаше, вылетела прямо против меня, и я удержал ее на своей ладони. Видя это, отец Иоанн спокойно мне сказал: «Скушайте». Беседовать с отцом Иоанном после этого случая мне не пришлось, и я сохранил в сердце своем это чудо, ожидая, когда откроется мне смысл его. Кто возразит мне теперь, если я истолкую бывшее в Кронштадте в применении к настоящему так:

Частица Тела Христова, вылетевшая из Чаши, — это шанхайская православная паства, в то время мирно находившаяся в лоне Русской Церкви, а то, что я принял эту частицу в свою руку, — это мое епископство. Вот это не сон, не видение, а действительно знамение, не зависящее от воли или мысли кого-либо из людей. Восчувствуем же силу спасающей нас благодати. 25 лет тому назад Господь видел настоящие дни и что тогда прикровенно предуказал, то и исполнил.

Быть может, иные не поверят и даже посмеются, слыша этот мой рассказ, иные с серьезным видом опустят взор и не найдутся что сказать, так как не обретут в своем сердце соответствующих мыслей, а у иных, быть может, сердце затрепещет при сознании, что перст Божий так явно и очевидно касается нас. Аминь».

Сообщение об отце Иоанне Кронштадтском Симеона Стодульского

«В возрасте четырех лет я заболел скарлатиной, осложненной дифтеритом. Лежал без сознания в жару. Мать, сидя у моей постели, время от времени обтирала влажной ваткой мои запекшиеся губы. Консилиум из семи врачей не нашел средств спасения. Родным было объявлено, что надо приготовиться к худшему исходу. Если врачи это заявляют, — надежд на выздоровление нет! Но родителям хотелось во что бы то ни стало отстоять своего единственного сына. Они послали телеграмму величайшему врачу-исцелителю отцу Иоанну Кронштадтскому с просьбой помолиться. Чрез несколько часов они с удивлением увидели, что я приподнялся и истово осенил себя крестным знамением. Из полученного ответа узнали, что именно в то время в Кронштадте был отслужен молебен обо мне. С той минуты я быстро поправлялся.

В студенческие годы я встретился с одним из семи врачей, “приговоривших” меня к смерти.

— Не верится, что вы тот самый, которого я когда-то лечил, — сказал он, пожимая мне руку, — природа творит великие чудеса!

Я же и мои близкие знаем, что чудо это совершилось по молитве угодника Божия.

Мой добрый знакомый, настоятель Кондрицкого монастыря (в двадцати пяти верстах от Кишинева) архимандрит Феофан поведал мне такой случай. В то время когда он был еще послушником того же монастыря братом Феодором, начальствовавший тогда иеромонах Феофан, совместно со своим помощником иеромонахом Феодосием, командировали его по делу в Петербург. Поручили ему также посетить отца Иоанна Кронштадтского, передать ему записку для поминовения и 25 рублей. И вот брат Феодор вошел в алтарь кронштадтского собора с зажатыми в руке запискою для поминовения и 25-рублевою бумажкою. Отец Иоанн стоял у жертвенника и, не оборачиваясь к брату Феодору, помянул все три имени, помещенные в записке: иеромонаха Феофана, иеромонаха Феодосия и послушника Феодора, — и сказал:

— Денег не нужно, монастырь бедный. Сегодня же поезжай обратно!

Со все еще зажатыми в руке запискою и 25-рублевкою вышел из алтаря пораженный и смущенный брат Феодор. Он понял, что совершил проступок, выехав в столицу без разрешения архиерея.

У моего дедушки состоял в роли личного секретаря юркий еврейчик П. В одно время этот еврейчик возымел желание перейти в Православие. Он счел нужным испросить на это благословение отца Иоанна Кронштадтского, а кстати попросить у него пособие для себя и семьи. Однако письмо его не было принято и возвратилось нераспечатанным. Всегда необыкновенно отзывчивый, отец Иоанн в этом случае душою почувствовал неискренность просителя, который действительно не осуществил своего намерения».

(Перепечатка из № 12 (170) «Православной Руси», от 25/VI 1935 г.)

Рассказ Веры Николаевны Бубель-Яроцкой, рожденной Полторацкой, вдовы действительного статского советника, проживающей в г. Белграде в Сербии

«Мой муж Анатолий Иванович, будучи еще совсем молодым, очень много курил и кашлял. По совету моей мамы Софии Александровны Полторацкой мы поехали в город Кронштадт и остановились у кумы отца Иоанна Шапошниковой, к которой после обедни обыкновенно приходил отец Иоанн.

У Шапошниковой в коридоре я стала в сторонке и держала в руках французскую булку, разрезанную на ломтики, чтобы отец Иоанн благословил нам этот хлеб.

Когда отец Иоанн вошел, то к нему бросились многие под благословение. А я стояла в сторонке. Отец Иоанн, освободившись от толпы, быстрыми шагами подошел прямо ко мне. Улыбнувшись, отец Иоанн взял кусочек булки, откусил и положил мне назад. Тут же стояли мой муж и моя мать. Отец Иоанн, взглянув на моего мужа, сказал: “Твой муж?” и, обратившись к нему, сказал: “Брось курить”, а маме сказал: “Еще рано”. Меня взял обеими руками за голову и сказал: “Ты моя хорошая, хорошая!”

Отец Иоанн нас не знал совершенно и не знал и того, что муж много курил и кашлял. Мы только собирались ему это подробно рассказать. Очевидно, Дух Святой открыл ему все это.

Муж мой бросил курить, совершенно выздоровел и больше не курил.

Когда мой отец был болен смертельной болезнью астмой, мы пригласили отца Иоанна. Он, прибыв, сказал: «Ну, помолимся об облегчении страданий». Очевидно, отец Иоанн знал, что нет воли Божией к выздоровлению больного. После молебна страдания моего отца облегчились, но он не выздоровел, а скончался.

Отец Иоанн не служил молебнов по Требнику, а обращался к Богу своими молитвами и своими словами, как к присутствующему здесь.

Отец Иоанн много помогал на сооружение Вировского женского монастыря Седлецкой губернии, на берегу реки Западного Буга»408.

Рассказ рясофорного монаха Валаамского монастыря отца Алексия

«Лет 29 тому назад хотел я на себя принять подвиг странничества, так как много пил, но не решался сам на себя взять этот подвиг, думая в нем ослабеть, и решился пойти за благословением к отцу Иоанну Кронштадтскому.

Батюшка сразу меня принял, говоря: “Иди, но не проси!” Благословил меня, и я пошел, хотя был немного смущен: как же так не просить?

Приехавши в Петербург, взял свою котомку и пошел. Действительно: пока не просил, добрые люди звали меня, кормили, поили, одевали. Однажды сапоги приходили к концу, износились, а была зима. Я был этим озабочен; проходя около какой-то лавки, вдруг купец зовет: “Странничек, зайди!” Вхожу, а он приносит мне пару новых сапог. И так во всем. Вот что значит благословение отца Иоанна Кронштадтского! А когда я ослаб в подвиге и начал просить, тогда люди меня гнали от себя палкою.

[408] Отец Иоанн много помогал на сооружение Вировского женского монастыря... — Отец Иоанн сыграл решающую роль в становлении Вировского монастыря (ныне территория Польши), который создавала монахиня Анна (Потто) — одна из «учениц» Леснинской игумении Екатерины (Ефимовской). Уже на втором году существования обители, в 1895 г., пришла первая помощь от Батюшки: «Прошел год, а нищета в Вирове была неописанная», — писал историк обители. Монахиня Анна и 12 сестер работали не покладая рук, помогали местным крестьянам, однако наступил момент, когда у них не осталось ни копейки денег, ни крошки хлеба. «Как раз в этот день на имя монахини Анны прислал первое свое письмо с деньгами о. Иоанн Кронштадтский <...>. Высокоподвижническая, просветительская и благотворительная деятельность монахини Анны в Вирове стала известною в Варшаве, Москве и Петербурге. Отовсюду ей стали присылать помощь. Особенно стал благоволить к ней милостивейший отец Иоанна Кронштадтский, который даже посетил обитель Анны» (Вировская Спаса Всемилостивого женская обитель (Седлецкой губ. Соколовского у.). Варшава, 1908. С. 14-15). Посещение обители состоялось 19 сентября 1900 г. во время путешествия Батюшки на Запад России.