Отец Иоанн Кронштадтский: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

После 1905 года и манифеста о свободе совести, или, как в народе его называли, “о свободе быть без совести”117, отец Иоанн опять приехал к нам.

Увидав на стене портрет Льва Толстого, он спросил меня:

— Зачем ты повесила его портрет?

Я ответила, что это повесила моя дочь. Отец Иоанн говорит мне тогда:

— Сними сейчас же этот портрет антихриста и порви его118.

Я так и сделала.

Затем, когда мы стали разговаривать с отцом Иоанном, он говорит мне:

— Говори громче, потому что я плохо слышу с тех пор, как меня студент ударил в Андреевском соборе по щеке.

Продолжая речь, отец Иоанн рассказал подробности этого случая так:

— Однажды, когда я служил обедню в Андреевском соборе и вышел из Царских врат с Чашей, то увидел студента, который закуривал папиросу от лампады перед иконой Спасителя. Я сказал ему: “Что ты делаешь?” Студент, не отвечая, ударил меня по щеке, да так сильно, что Дары расплескались на каменный помост. Я перекрестился, подставил ему другую щеку и сказал: “Ударь еще раз”. Но народ схватил студента. Камни с помоста были потом вынуты и брошены в море».

«В Петербурге на Тимофеевской улице жила молочница Надежда, у которой я брала молоко. Муж у нее был пьяница, и она часто его за это била. Ей посоветовали обратиться к отцу Иоанну Кронштадтскому, что она и исполнила. Отец Иоанн исцелил ее мужа от пьянства. Она так обрадовалась, что сдала своему мужу все хозяйство и всей душой стала служить дорогому Батюшке и часто сопровождала его в карете к больным.

Однажды ее упросили богатые люди привезти Батюшку к трудно больному. Надежда стала просить Батюшку туда поехать, но Батюшка ответил: “На заклание меня повезешь?” Надежда испугалась этих слов, но ничего не поняла.

В карете еще были две женщины, которые оберегали Батюшку. В дороге Батюшка еще два раза повторил: “На заклание меня везете” и потом сказал: “Господи, да будет воля Твоя”.

Приехали мы в очень богатый дом; в столовой был сервирован стол и поставлены всевозможные закуски. Батюшка спрашивает: “А где больной?” Ему показывают на комнату рядом и приглашают войти, а когда мы захотели за ним войти, нас быстро отстранили, и щелкнул замок. Мы все забеспокоились. Слышалась за дверью возня; две из нас стали стучать в дверь, а третья побежала за кучером, который был богатырской силы. Кучер вбежал и со всей силы плечом ударил в дверь и сломал замок. Нам представилась такая картина: Батюшка лежал поперек кровати, на нем были подушки, а на них сидели три изувера119; на полу была кровь. Кучер сбросил изуверов, взял на руки Батюшку и отнес в карету. Мы все обливались слезами и просили у Батюшки прощения. Мы не знали, что там были изуверы. Они порезали Батюшке в паху.

Когда Батюшка пришел в себя, то строго запретил кому-либо говорить об этом, чтобы не было погромов. На другой день в газетах было объявлено, что Батюшка болен.

Вот все, что мне по секрету передала Надежда. Простите.

Инокиня Евфросиния Туликова. Белград».

_______

С тех пор отец Иоанн стал хворать, окончательно не поправился и тяжко страдал до самой кончины.

Так Господь сподобил отца Иоанна и мученичества за Христа.

Глава 36. Попытка учредить Общество для защиты отца Иоанна от клеветы

После манифеста 17 октября 1905 года о свободе совести в газетах и журналах стали печатать разные пакости про Царя и про отца Иоанна с несомненною целью очернить их обоих в глазах народа.

Между прочим, однажды, когда я пришел к Худекову, издателю «Петербургской Газеты» и ожидал его в редакции, то слышал следующий разговор двух евреев, сотрудников этой газеты, между собою. Один спросил другого:

— Ну, что, ты писал что-нибудь про отца Иоанна?

На это последовал ответ:

— Ну, что я буду писать, я о нем ничего не знаю.

На это первый возразил:

— Ну, какой же ты писатель, если у тебя фантазии нет?

Нападки на отца Иоанна сделались вскоре столь многочисленны и бесстыдны, что горячие почитатели великого старца решили учредить Общество для защиты его от этих безобразий.

Для обсуждения этого вопроса в кабинете «Общества распространения религиозно-нравственного просвещения в духе Православной Церкви», в подвальном помещении церкви этого Общества, на углу Николаевской и Стремянной улиц, собрались: настоятель Петропавловского придворного собора (в крепости) митрофорный протоиерей отец Александр Дернов; настоятель церкви названного Общества протоиерей Лахостский; председатель Общества трезвости протоиерей отец Петр Миртов, объединивший 200 тысяч трезвенников и выстроивший два храма; настоятель церкви Экспедиции заготовления государственных бумаг митрофорный протоиерей отец Философ Орнатский; священник отец Михаил Прудников (прозорливый старец и молитвенник)120; священник церкви Иоанновского монастыря отец Иоанн Орнатский; священник подворья Леушинского женского монастыря отец Николай Гронский; жена Государственного секретаря Макарова; графиня Гейден; графиня София Сергеевна Игнатьева; вдова инженер-генерала Косинская; действительный статский советник Георгиевский; чиновник канцелярии Святейшего Синода и я, автор настоящей книги.

[117] После 1905 года и манифеста о свободе совести, или, как в народе его называли, “о свободе быть без совести”... — Имеется в виду манифест от 17 октября 1905 г. «Об усовершенствовании Государственного порядка», первый пункт которого гласил: «Даровать населению незыблемые основы гражданской свободы на началах действительной неприкосновенности личности, свободы совести, слова, собраний и союзов» (Полный свод законов Российской Империи. Т. XXV. Отд. I. СПб., 1908. С. 754). Печать того времени содержит множество откликов о злоупотреблениях свободой совести: «А в настоящее время для многих эта свобода не является ли равнозначащею со своеволием, с правом противиться не только человеческим, но и Божественным законам? Но такая свобода есть рабство, и самого позорного свойства <...>. Одно только делает человека истинно свободным — это свобода во Христе» (П. Д. О христианской свободе // ЦВ. 1905. № 52. С. 2287). Отец Иоанн также высказывался на эту тему: в беседе о выступлении обер-прокурора П. П. Извольского на Миссионерском съезде Батюшка сказал, что «восхитила его главным образом та часть речи обер-прокурора, в которой заявлялось: да ведает всякий, что свобода совести дана не для насилия над Православием!» (И. Преображенский. Отзыв отца Иоанна Кронштадтского об одной из речей П. П. Извольского // Прибавление к ЦВ. 1909. № 8. С. 392).

[118] Сними сейчас же этот портрет антихриста и порви его. — Отец Иоанн называл Льва Толстого «антихристом», имея в виду поздние религиозные воззрения писателя, изложенные в следующих сочинениях: «Исповедь» (1878-1881), «Критика догматического богословия» (1880), «Краткое изложение Евангелия» (1881), «В чем моя вера?» (1884), «Ответ на постановление Синода от 20-22 февраля и на полученные мною по этому поводу письма» (1901) и «Обращение к духовенству» (1902). Отец Иоанн не раз писал об антихристианской и антицерковной позиции Л. Н. Толстого: «...дьявол искажает и растлевает Слово Божие чрез своего адепта в России, графа Льва Толстого...» (Из дневника прот. И. И. Сергиева (Кронштадтского) за 1895 г.// Санкт-Петербургский Духовный Вестник. 1899. № 22. С. 253); «О, Христе Боже, доколе Лев Толстой будет ругаться над «Тобою и Церковью Твоею? <...> Им увлечено в прелесть и пагубу полсвета. О, предтеча антихриста!» (Из дневника о. Иоанна Кронштадтского в обличение лжеучения гр. Л. Толстого. СПб., 1910. С. 5). См. также: Предсмертный дневник. С. 132-135.

[119] Изувер — фанатик; человек, приверженный изуверству — ложному, упорному верованию, при ненависти к разномыслящим и нетерпимости (В. Даль. Толковый словарь живого великорусского языка).

[120] ...священник отец Михаил Прудников (прозорливый старец и молитвенник)... — Об огромной роли отца Иоанна в духовном становлении М. К. Прудникова, морского офицера, затем православного священника, свидетельствуют многочисленные письма последнего к Батюшке, хранящиеся в Историческом архиве Петербурга. Старчество отца Михаила особенно заметно проявилось после революции, во время гонений на Церковь: «Строгое лицо, обрамленное седыми волосами и бородой, суровые, горящие глаза, — писала об о. Михаиле монахиня Вероника (Котляревская). — В первые годы революции, когда всех обывателей гнали на тяжелые работы, о. Михаил тоже работал где-то на разгрузке досок. На него упала тяжелая балка. С тех пор он почти не мог ходить, часто прихварывал и мало выходил из дома. Ясный, холодный ум, некоторая суровость в обращении. Безжалостная подчас требовательность к себе и другим — вот его отличительные черты. Он широко распространил в городе славу и почитание Иконы Державной Божией Матери <...> О. Михаил вел борьбу не с одной “живой” церковью. В Петербурге было много, особенно среди молодежи, небольших общин чисто сектантского характера. Все они чуждались Православной Церкви и устанавливали свой культ и понимание религиозных истин. Под влиянием о. Михаила многие из них вернулись в лоно Церкви <...> Перед смертью он болел недолго. Кончина его была мирная, тихая. Похоронили его в его любимой Сергиевской пустыни <...> Многие богомольцы стекались на кладбище к этим могилам. Когда монастырь был разогнан и воинская часть заняла все его помещения, к его могиле на кладбище перестали пускать посетителей» (Воспоминания монахини. С. 33-34). Близость Михаила Прудникова к отцу Иоанну еще в бытность его морским офицером подтверждается материалами Петербургского исторического архива, где хранится немало писем Михаила Прудникова к Батюшке; так, в письме от 12 января 1897 г. он испрашивает благословения отца Иоанна на постройку детского приюта на Васильевском острове (ЦГИА СПб. Ф. 2219. Оп. 1. Д. 39. Л. 13).