Придя к Шевцовым, я увидел за пианино писаную красавицу, сразу обомлел и влюбился. Как оказалось, она была известна своею красотою на весь Смольный.
Смелая троюродная сестра, указывая на подругу, говорит мне: «Ты хочешь иметь такую жену?» Я ответил: «Конечно, хочу».
Троюродная сестра моя рассказала мне, что барышня эта в нравственном отношении самая лучшая из ее подруг и на самом лучшем счету у начальства за благонравие.
Спрашивается, почему же восемь лет я не мог найти себе невесты по сердцу, а на третий день после молитвы отца Иоанна нашел? Да потому, конечно, что дохожи были молитвы великого праведника до Бога.
Барышня эта, по скромности и рассудительности, не сразу согласилась на сделанное мною ей предложение, а сказала, что подумает. Наконец, пригласила меня съездить в часовню над могилой блаженной Ксении на Смоленском кладбище92. Там мы отслужили панихиду. Убедившись, что я человек набожный, она на обратном пути дала мне свое согласие.
Выйдя замуж, она всецело отдалась семейной жизни. Сама кормила грудью своих шестерых детей, их купала и пеленала, не доверяя боннам и нянькам, которые всегда были. Никуда она не ходила и никого не принимала.
Она была кроткая и невозмутимо спокойного характера, чрезвычайно умная и имела крепкую веру в Бога. Когда умер мой отец, она сказал мне: «Я заменю тебе папу», а когда умерла моя мать, то она опять сказала, утешая меня: «Не горюй, я заменю тебе и маму».
Она помогала мне и в служебной работе. Дома у меня был рай. Стоило мне вернуться домой, чтобы сразу были забыты все интриги, раздражавшие меня в министерстве. Стойко переносила она со мною все ужасы Совдепии. Здесь, в Югославии, она зарабатывала средства для поддержания семьи. Она представляла образец верности и целомудрия.
17 марта 1932 года она умерла в городе Белграде в Югославии. Духовник мой и жены моей, батюшка праведной жизни и глубоко верующий, сказал мне, что умерла она потому, что была праведная и готова к наследованию Царствия Небесного. Господь и взял ее из земной юдоли, а мне дает время покаяться, чтобы удостоиться свидеться с ней.
Другой мой друг, ныне епископ Иоанн Шанхайский, написал мне в утешение письмо, в котором говорит: «Верьте мне, что ныне жена ваша душою своею ближе к вам, чем была раньше».
Около двадцатого дня после кончины жены я спал и в 6 часов утра увидел ее приближающеюся ко мне с небесной радостью и лаской на лице и окруженною снизу тонким светлым облаком. Я сразу проснулся.
Блаженнейший митрополит Антоний сказал мне: «По учению святых отцов это не сон, а явление; радость означает, что ей на Небе хорошо, а ласковость — что она вами довольна; явилась же она, чтобы утешить вас и дать знать, что ей хорошо и чтобы вы не упрекали себя, что не сделали всего возможного для спасения ее жизни».
А вот что пишет мне архиепископ Серафим, заведывающий русскими церквями в Болгарии:
«Возлюбленный о Христе сын мой!
Всем сердцем разделяю Вашу глубокую скорбь по случаю смерти вашего драгоценного, а лучше сказать, бесценного и ныне небесного сокровища — жены. Действительно, что-то небесное было в кротком, любвеобильном взоре вашей супруги, когда я был у вас. Верьте, что она разлучилась с вами, чтобы навеки соединиться с вами и для того отец Иоанн своими молитвами нашел ее для вас».
При первом свидании владыка добавил: «Когда вы умрете, то отец Иоанн с вашей женой вас встретят».
До смерти жены я считал, что смерть — что-то очень ужасное, и старался не думать о ней. Теперь же я ясно понял ту истину, что вечное блаженство в Царствии Небесном несравненно лучше всякого земного счастья, которое всегда несовершенно и так быстро минует.
Отец Иоанн краткой молитвой своей сделал меня счастливейшим человеком из смертных, а после смерти жены властно ведет меня в Царствие Небесное.
Вот за эту-то чудесную милость, выпрошенную мне отцом Иоанном от Бога трехминутной молитвой, я так бесконечно люблю и чту его и стараюсь прославлять его в Боге и Бога в нем.
Рассказ Марии Владимировны Имшенецкой, рожденной Ган
Приблизительно около 1894 года девицу Марию Владимировну Ган, жившую в Петербурге, родители хотели выдать замуж за военного инженера, которого она не любила. Однажды она видит во сне отца Иоанна, который говорит ей: «Приезжай ко мне в Кронштадт и приходи к ранней обедне». Тогда Мария Владимировна решила съездить к отцу Иоанну и поведать ему свое горе.
Ее приятельница Надежда Васильевна Эгер, рожденная Лысенко, была больна падучею болезнью и тяжело страдала. Они сговорились и вместе поехали в Кронштадт, остановились в маленьком номере в гостинице, где с грустью узнали, что отец Иоанн в Петербурге и завтра раннюю обедню служить не будет. Однако, помня приказание отца Иоанна в сновидении идти к ранней обедне, они пошли.
Оказалось, что сверх ожидания отец Иоанн вернулся и служил раннюю обедню. Подруги исповедались и причастились Святых Таин у отца Иоанна, который их сам подозвал из толпы. Они просили его приехать к ним в номер. Отец Иоанн обещал.
В гостинице остановившаяся в соседнем большом номере богатая и важная купчиха просила их, чтобы они приняли отца Иоанна в ее номере, где она все приготовила для приема. Ган не хотелось идти к купчихе, а Эгер соглашалась. Наконец обе согласились.
Приезжает отец Иоанн, купчиха встречает его и говорит:
— Пожалуйте, Батюшка, сюда, здесь все приготовлено.
Но отец Иоанн сказал:
— Нет, я буду служить здесь, — и вошел к подругам.
Дал свою шапку Ган, сказав: «Держи», а Эгер — пальто, сказав: «Повесь».
Ган поведала отцу Иоанну про свое горе и сказала, что если отец Иоанн благословит, то она покорится воле родителей. Отец Иоанн ничего не ответил и стал служить молебен.
[92] ...в часовню над могилой блаженной Ксении на Смоленском кладбище. — Речь идет о месте особого почитания верующих — могиле блаженной Ксении Петербургской, Христа ради юродивой, канонизированной Русской Православной Церковью на Поместном соборе в 1988 г. Почитание подвижницы Ксении Григорьевны Петровой, принявшей после смерти своего мужа, придворного певчего, на себя подвиг юродства под именем своего супруга «Андрей Феодорович», началось еще при ее жизни. Точных сведений о времени и обстоятельствах смерти и погребении Ксении не сохранилось. Известно, однако, что уже в 20-е гг. XIX в. ее могила привлекала множество богомольцев. Поскольку землю с могилы все время разбирали почитатели, могилу обнесли оградой, к которой прикрепили кружку для сбора пожертвований на сооружение часовни. В 1830-е гг. небольшая часовня из цокольного камня была выстроена. В 1894 г., когда число посетителей могилы рабы Божией Ксении значительно увеличилось, к часовне с западной стороны пристроили стеклянную галерею. Осенью 1901 г. по проекту А. А. Всеславина началось строительство нового здания часовни в русском стиле, которое было завершено в октябре 1902 г. С 90.