– Время не ждет, – настойчиво сказал Кратос, намекая на то, что было бы неплохо закончить бесполезную беседу.
Ему вовсе не хотелось задерживаться и чесать языками. Чем быстрее они уйдут, тем лучше.
– Мои двери всегда открыты для вас.
Лицо ее погрустнело, плечи поникли.
Ответив ей лишь взглядами, Кратос с Атреем вышли из хижины. Стоя в дверях, Фрейя смотрела, как они идут по ведущей в лес тропе и скрываются из вида за деревьями.
– Что дальше, голова? – спросил Кратос через какое-то время.
– Нам повезло, что мы недалеко от цели – дома древнего бога Тюра. Там мы найдем Черную руну, которая позволит нам создать мост Биврёста, ведущий в Ётунхейм.
– Почему бы Мировому Змею просто не поведать нам, как чертить руну? – спросил Кратос.
– Потому что словами ее не описать. Ее нужно увидеть своими глазами – только так мальчик научится писать ее. Не бывает легких путей, ты же сам знаешь.
– Отец, откуда у тебя эти клинки? – спросил Атрей.
– Они были у меня еще до твоего рождения, – ответил Кратос.
– И ты не хочешь говорить о них?
– Не хочу.
Они спустились в пещеру у хижины Фрейи и вышли к лодке. Атрей прыгнул в нее, и Кратос потянул ее за собой, шагая по грязи.
– Ты молчишь, – заметил Кратос.
Атрей ничего не ответил.
– Тебе лучше?
Продолжая тащить лодку, Кратос молча сделал еще несколько шагов.
– Ты подслушал наш разговор с Фрейей. Думаешь, что все понял. Ошибаешься.
Снова наступило молчание.
– Почему ты ничего не говоришь?
– Ты сказал, я проклят. Ты думаешь, я не такой, как ты, я слабак. Я знаю, что не такого сына ты хотел. Но после всего, что мы пережили, я подумал… что будет иначе.
В его голосе проскальзывала нескрываемая досада. Замолчав, он тут же пожалел о сказанном.
– Ты не все знаешь, мальчик.
Металл в голосе отца задел Атрея.
– Не все. Но теперь я хотя бы знаю правду.
– Правду? Ты думаешь, ты знаешь правду! – выпалил Кратос, повышая тон от раздражения.
На лице Бога войны отразилась боль. Он знал, что должен сделать… но не мог заставить себя. Столько всего изменится, когда его сын узнает правду; на столько вопросов придется отвечать. Их жизнь уже не будет прежней.
– Правду, – повторил Атрей.
Кратос глубоко вздохнул, пользуясь этим мгновением, чтобы взвесить свое решение. Он внимательно изучил лицо Атрея, пытаясь прочитать по глазам, что творится в голове у мальчика. Сможет ли его сын принять правду и усвоить ее?