Фрейя жестом предложила ему помочь приподнять мальчика, чтобы дать тому лекарство. Сев рядом с Атреем, она поднесла к его губам ложку с дымящимся волшебным напитком.
– Я говорила, что у меня тоже есть сын? Я уже целую вечность его не видела. При рождении руны предсказали ему нелепую смерть. Младенец в моих руках был таким маленьким и беззащитным. Я поняла, что пойду на все, лишь бы защитить его. На любые жертвы… – голос ее затих, было видно, что вся она охвачена печалью. – Я, конечно, все делала для себя. Мои желания и страхи были для меня важнее… Он озлобился, а я слишком поздно заметила. Не повторяй эту ошибку. Верь в него. Я знаю, правда бывает тяжела, но с детьми вообще всегда непросто.
Поднявшись, Кратос отвернулся.
– Это проклятье. Мальчик был проклят, – промолвил он.
Они ждали знаков того, что снадобье Фрейи подействовало. Атрей вдруг зашевелился.
– Не уходи без меня, – пробормотал он, перебирая ногами, словно пытался догнать отца, не вставая с лежанки.
– Я не уйду, – голос Кратоса заметно смягчился.
– Ты сердишься? – спросил Атрей.
– Нет.
Атрей медленно встал и неуверенно выпрямился.
– Мне теперь лучше.
– Вижу. Он выдержит путь? – спросил он Фрейю.
– Пока да.
– Это больше не повторится, – сказал Атрей.
– Да, будь добр постараться, – сказал Кратос со слабой улыбкой, смягчая суровые слова тоном заботливого отца.
Все еще не пришедший до конца в себя Атрей кивнул и подошел к Фрейе.
– Спасибо, – поблагодарил он ее и обнял за талию.
В это мгновение ему захотелось остаться с ней навсегда. Она погладила его по голове, будто он был ее собственным сыном. На ее губах мелькнуло подобие ласковой улыбки, на глазах выступили слезы.
Атрей постоял немного в ее объятьях, ощущая тепло ее тела и вспоминая о прикосновении матери. Хотя бы еще раз, хоть один разок прижаться к ней! Внутри он ощущал растущую пустоту.
– Благодари отца, это он проделал всю тяжелую работу. Но тебе лучше бы пока остаться, отдохнуть как следует.
– Ты сделала достаточно, – перебил ее Кратос. – Я этого не забуду.
Фрейя смахнула слезы со щек и посмотрела на Бога войны.
– Здесь он будет в безопасности, пока полностью не восстановит силы, – сказала она, но не слишком уверенно, понимая, что никогда не убедит Кратоса оставить своего сына.
– А что за этим окном? – спросил Атрей, показывая на вид, совершенно не соответствующий виду из других окон.
– Ванахейм. Мой дом.
– Это Ванахейм?
– Да. Все, что мне осталось – смотреть на него чрез кристалл Биврёста.
– Мы должны идти, – повторил Кратос.
– А что случилось с тобой в Альвхейме? Почему ты не можешь путешествовать в другие миры?
– Таково наказание моего сурового супруга.