– Это все. Лучше здесь не задерживаться, – ответил Мимир и добавил после некоторого молчания: – Только посмотри…
В морозном воздухе над ними снова сверкнула молния, заставив Кратоса впервые обратить внимание на призрачное видение горящего храма на горе за мостом. Дым и туман над храмом слились в изображение бородатого лица с гневно горящими белыми глазами, похожими на сверкающие молнии.
– Кратос! – раздался низкий рев.
– К-кто ты? – заикающимся голосом спросил Мимир.
– Зевс? – недоуменно спросил Кратос.
– Зевс? – повторил Мимир в потрясении и изумлении.
Кратос смотрел на призрака, не веря своим глазам.
– Мой отец… – признался он. – Почему он здесь? Это невозможно.
– Это просто иллюзия. Хель мучает своих обитателей мрачными картинами из их прошлого. Нам нужно вернуться к твоему сыну.
– Мальчик никогда не должен узнать, что ты здесь видел.
– Нет. Мальчик должен знать. Иначе он навсегда останется ущербным.
– Ты ничего ему не скажешь!
– Хорошо.
– Что это за место? – спросил Кратос, указывая на храм, расположенный по ту сторону моста, чтобы перевести разговор на другую тему.
– Никогда не ходи туда, понял?
Мидгард
Глава 39
Войдя в хижину Фрейи, Кратос испытал чувство, что все это с ним уже было. Атрей спокойно спал на соломенной лежанке у очага с потрескивающим огнем. Фрейя стояла рядом с ним на коленях и прижимала ко лбу мальчика кусок влажной ткани. Царящий в комнате уют убаюкал душу Кратоса, и на мгновение ему показалось, что перед ним не Фрейя, а Фэй.
– Фэй, – пробормотал он машинально.
– Ты принес его? – спросила Фрейя одновременно с надеждой и тревогой в голосе, вставая.
Печаль сковала сердце Кратоса. Он развязал кожаный мешок, возвращаясь мыслями к тому, что было сейчас важнее всего, – к своему сыну. Фрейя взяла сердце и опустила его в котел с кипящей водой. Поднявшееся облачко пара замерцало голубоватым светом.
Кратос неуверенно протянул руку и дотронулся ладонью до лба сына.
– Другой стороной, – поправила его Фрейя.
Кратос перевернул ладонь и прижал ее тыльной стороной ко лбу мальчика.
– Все еще болен? – спросил он.
Фрейя налила большой половник снадобья в деревянную чашу.
– Я могу снять жар, но чтобы исцелиться…
– Он должен узнать правду о себе, – закончил Кратос.
– Да, должен.
– Это не так просто, – добавил Кратос.