– Надеюсь, она вернулась из Альвхейма и оживит Мимира, – заговорил наконец мальчик. – Он вроде был хорошим… а ты ему голову отрезал. А что, если ни одна ведьма не сможет вернуть его из мертвых?
– Беспокойся о том, что есть сейчас, а не о том, что может быть.
– Разумно. Может, Один не заметит, что у пленника пропала голова.
Несколько часов они шли молча. С наступлением ночи они отошли от проторенной дороги в лощину и устроили привал в густых кустах. Поужинали они последними кусками вяленой барсучатины и оставшимися сухими фруктами, а также тем, что дала им ведьма.
– И сколько нам идти до ведьмы? – спросил Атрей, прежде чем заснуть.
– Может, день или чуть больше, – ответил Кратос.
– У нас кончилась еда.
– Знаю. Поохотимся на кого-нибудь завтра, если не дойдем до ведьмы.
– Поверить не могу, что к нам домой приходил сам бог Бальдр! – не вытерпел Атрей. – И ты с ним сразился. И победил!
– Да, – промолвил Кратос.
– Сын Одина. Брат Тора. И теперь он ищет нас со своими племянниками. Что ему надо?
– Если оживим голову, спросишь Мимира.
Атрей то и дело посматривал на мешок с головой, не решаясь прервать неловкое молчание и все еще до конца не веря в происходящее. Его мать никогда не рассказывала о волшебстве, настолько могущественном, чтобы вернуть отрубленную голову к жизни.
– А я втайне надеялся, что мы найдем на той горе великана. Видать, они и вправду все ушли из Мидгарда… Кроме Мирового Змея. Он, наверное, последний в своем роде…
Эта мысль пробудила в голове Атрея другую:
– А ты тоже последний среди своих? Поэтому не любишь говорить о…
– Своих?
– Ну, я про твою семью, которая была у тебя до меня и мамы. Откуда ты родом.
– Не время сейчас для такого разговора, – отрезал Кратос.
Через несколько часов пути они дошли до лодки на краю озера в кратере.
– Помнишь, как отсюда добираться до ведьмы? – проверил мальчика Кратос.
– Вон туда, проплыть мимо большой статуи Тора, – махнул рукой Атрей.
– Верно, – подтвердил Кратос, садясь в лодку и хватаясь за весла.
Атрей сидел на носу лодки, чтобы следить за тем, что происходит вокруг.
– Я знаю, ведьма многое умеет, но сможет ли она оживить голову?
– Она вроде искусна в своем ремесле. И терять нам нечего.
– А если не получится, то мы оставим голову себе?
– Нет. Но тогда ты сможешь скормить ее рыбам.
Кратос подвел лодку к причалу. Отсюда двинулись по густому лесу, пока не подошли к хижине ведьмы. Не потрудившись постучаться, они вошли в хижину и увидели, что внутри никого нет. Место казалось покинутым.
– Она умерла… – прошептал Атрей настолько мрачным тоном, что у Кратоса забегали мурашки по коже.