Особо опасный преступник: читать начало книги онлайн

Следовательно, предположение о психотическом характере соответствующих расстройств должно быть отброшено - несмотря на то что наличие в личностной структуре Сталина несомненной эмоциональной холодности и парадоксальности, а также паранойяльных (троцкизмо- и шпиономании) идей заставляют иметь в виду эти расстройства при проведении дифференциального диагноза.

Таким образом, речь может идти о пограничном психическом расстройстве.

При этом надо отвергнуть диагноз невроза: собственно невротических расстройств не было, если не считать психогенных депрессий на невротическом уровне после смерти обеих жен и сына Якова, а также соматогенно обусловленных астенических и вазовегетативных расстройств в старости. Однако клиническая картина, определяющая психическое состояние Сталина на протяжении всей его жизни, значительно сложнее свойственной любому из неврозов.

Главным, определяющим, является наличие резко выраженных личностных изменений, которые отмечаются в той или иной мере всеми современниками. Они явно унаследованы и культивируемы условиями жизни в ранней юности, тотальны, определяют весь психический облик, относительно стабильны и малообратимы. То есть мы имеем три из четырех компонентов, определяющих, по П.Б. Ганнушкину, наличие психопатии. Что же касается оставшегося компонента (выраженность патологических свойств до степени нарушения адаптации), то они вроде бы отсутствуют: какое уж тут нарушение адаптации, когда индивид столько лет правил таким государством. Вот здесь-то самое время нам вспомнить о концепции гиперкомпенсации. В этом случае ущербная личность по законам, описанным учеником и сподвижником З. Фрейда А. Адлером, находит патологические способы существования, направленные на нивелирование своей ущербности.

Конечно, речь идет не только о том, чтобы замаскировать сухорукость или боязнь плавания и полетов. Прежде всего, это стремление любой ценой скрыть свою недостаточность и утвердиться на роли гения и как мыслителя-теоретика, и как политического организатора, и как полководца. В основе вроде бы сохраняющейся адаптации здесь лежат гиперкомпенсаторные процессы.

К этому можно было бы добавить и такой признак психопатий, который в свое время был выделен В.П. Сербским, - это дисгармоничность всей личностной структуры Сталина, а также отсутствие критики: Сталин был уверен, что действует как личность, уполномоченная историей, именно это автоматически исключало для него соображения нравственного порядка, способность к сочувствию, освобождала от чувства вины за миллионы погубленных жизней. Мук совести он никогда не испытывал.

Естественно, у любого неспециалиста может возникнуть вопрос: как же так, столько лет Сталин руководил одним из крупнейших государств, и никто из его соратников не замечал его психической аномальности. Наоборот, как пишет А. Буллок (1994), он производил впечатление человека здравого ума, знающего, чего он хочет, владеющего ситуацией. В политической игре в России в 1934-1939 гг. он всегда оказывался на несколько ходов впереди остальных игроков, приводя всех в изумление точностью расчета, степенью лицемерия и беспредельной жестокостью. В условиях тех лет его паранойяльные тенденции прекрасно "работали". Сама ситуация открывала ему возможность удовлетворить подкреплявшие друг друга политические амбиции и внутреннюю психологическую потребность. То есть речь идет о том, что большую часть жизни (примерно до 1949 г.) он был достаточно адаптирован. Однако эта адаптация носила неестественный - а именно гиперкомпенсаторный - характер. В военные годы он становится еще более жестоким, холодным и деспотичным, чем раньше (А. Буллок). Лишь изредка, как верхушка айсберга из пучины, показывались собственно психопатологические расстройства: адинамическая депрессия, реакции растерянности, невротические депрессивные эпизоды. Однако на этом относительно благополучном фоне все более и более прогрессировала паранойяльность, со временем

трансформировавшаяся в параноидность.

Таким образом, вывод о наличии у Сталина психопатии нам представляется вполне оправданным. Говорить здесь всего лишь о личностной акцентуации, как это делает А.Е. Личко (1997), или, тем более, о психической (хотя и бандитской) норме, как это делает М.И. Буянов (1993) - это значит недооценивать существенность анализируемых личностных изменений.

Итак, это мозаичная психопатия. Трудности в диагностике в этих случаях определяются сочетанностью различных психопатических радикалов - в данном варианте эпилептоидных, экспансивно-шизоидных, паранойяльных, фанатичных, в меньшей мере - истерических. Эти черты в одних случаях усиливают друг друга (Фрейеров О.Е., 1961, Гиндикин В.Я., Гусинская Л.В., 1974), в других оказываются способствующими адаптации и обусловливают большие гиперкомпенсационные возможности.

В сложном конгломерате личностных расстройств у Сталина на передний план выходят то эпилептоидные черты (начиная с подросткового возраста, но проявлявшиеся весьма отчетливо и на всех последующих этапах жизни), то черты психопата-фанатика (с юношеского возраста и всю оставшуюся жизнь), то отдельные истерохарактерологические и экспансивно-шизоидные особенности (периодически на протяжении всей жизни), то паранойяльные особенности (усиливающиеся с годами).

Надо полагать, что некоторые из личностных особенностей, свойственных Сталину на протяжении всей жизни до выявления паранойяльных личностных свойств, были обусловлены в некоторой мере наличием латентного периода становления паранойяльной психопатии - т.е. наличием гипопаранойяльной конституции Кляйста - со свойственной последней прямолинейностью, негибкостью, эмоциональной нивелировкой, недоучетом ситуации. Как и всякая паранойяльная личность, он постоянно был склонен к сверхценным образованиям, выстроил в уме маниакальную систему, которой был одержим: он постоянно был занят поисками улик, чтобы возвести на них здание этой логической структуры, поддерживал и укреплял его контрфорсами новых улик (А. Буллок)*(63).

Гиндикин и Гурьева относительно Гитлера приходят к следующим выводам.

Его личность, пишут они, отчетливо укладывается в рамки психопатии. Психопатия эта, казалось бы, ядерная (истинная, конституциональная), т.е. унаследованная или врожденная. Он рождается с психопатическими стигмами в виде недоразвития половых органов, обусловивших садо-мазохистские выверты его половой жизни (в прежние времена последние давали бы возможность говорить и о сексуальной психопатии).

Однако это (квалификация ядерности) не совсем так, поскольку жизнь в ущербной семье с ее воспитанием, сочетающим деспотизм и попустительство, конечно, не могли не способствовать культивированию врожденных и возникновению приобретенных (типа патохарактерологического развития) психопатических свойств. Все это усугублялось и последующими социальными причинами, обусловившими востребование такой личности.

Это именно психопатия с ее основным качеством: от особенностей характера Гитлера страдает и он сам, и окружающие его лица. Эти особенности тотальны: речь идет о дисгармоничности всей личности; выраженность патологических свойств периодически способствовала нарушению адаптации.

В плане собственно клинических характеристик - уже в юности это психопат типа "фершробен": он крайне дисгармоничен, неловок, неадаптирован, чудаковат, не умеет ладить с людьми, живет отшельником, впроголодь, обнаруживает неспособность к производительной деятельности. Несколько позже к этим личностным особенностям присоединяются свойства психопата-истерика, а затем -психопата-фанатика.

Как многие психопаты истерического круга, Гитлер был инфантильным, склонным к позерству и псевдологии, эмоционально лабильным. Его логика временами носила отчетливо эмоциональный характер: Гитлер действительно добивается признания, он чуть ли не до конца ощущает себя избранником судьбы, своего рода мессией. Во многом этому способствовала умелая эксплуатация им самим имевшихся у него действительно выдающихся ораторских способностей, высоких волевых качеств, отличной и цепкой памяти.

Однако не только истерические черты наслоились на особенности типа "фершробен". Крайнюю социальную опасность данного случая психопатии обусловило присоединение черт психопата-фанатика - с его волевой железной настырностью, односторонностью и безжалостностью. Наличие этих черт обусловило возможность формирования патологического типа личности.

Начиная с юношеских лет у Гитлера появляются черты развивающейся паранойи. Как у многих сексологических больных при изменении личности по паранойяльному типу (Овсянников С.А., 1976), у него возникла склонность к образованию сверхценных идей, самой важной из которых в данном конкретном случае оказалась мысль об особом значении своей личности.

На этом фоне по типу "озарения" у него возникла или резко усилилась свойственная ему и ранее сверхценная идея - ксенофобия в виде антисемитизма - с последующей ее трансформацией в бредовую идею мирового господства.

Истерические качества "фюрера" находят колоссальное подкрепление, в силу того что его ораторские способности и тематика его фанатичных выступлений подошли, как ключ к замку, к чаяниям толп немецких бюргеров, все более утрачивавших реальное осмысление событий жизни их государства. При этом для самого Гитлера все эти восторги слушателей не только лили воду на его паранойяльность.

Способствовала "мессианской" трактовке личности и пришедшаяся на наиболее ответственный в отношении агитации за фашистскую партию период гипоманиакальная фаза, во время которой, естественно, у Гитлера отмечался небывалый до того прилив сил и энергии. В последующем гипоманиакальные фазы не повторялись, однако это не исключает возможности соматогенно

спровоцированных субдепрессивных и депрессивных фаз.

Таким образом, на примере Гитлера мы видим, как формируется мозаичная асоциальная психопатия - как на личностные черты типа "фершробен" наслаивается истерическая и фанатическая личностная структура и сексуальная психопатия, и как параллельно с формированием психопатии происходит становление

патологического (паранойяльного) развития, в качестве самостоятельных компонентов имеющего идеи антисемитизма и мирового господства при утрате какой-либо критической самооценки и формировании убежденности в своем величии (в том числе в выдающемся полководческом таланте, избранничестве и непогрешимости). Появление признаков патологического (паранойяльного) развития личности было показателем неблагоприятной динамики психопатии, а присоединение органического поражения головного мозга способствовало резкому снижению уровня психического функционирования, способности критического восприятия окружающего и прогнозирования1*(64).

Я привел столь развернутые психиатрические характеристики Гитлера и Сталина (в литературе имеется психиатрическая информация и о других тоталитарных преступниках - Берии, Гиммлере, Эйхмане и т.д.) намеренно, чтобы показать, что у власти в великих странах были психически неполноценные личности. Полагаю, что приведенные свидетельства весьма квалифицированных психиатров достаточно убедительны. Они позволяют сделать вывод, что такие личности могут захватить власть только в особых обстоятельствах, но дело не только в захвате, но и в удержании власти. Такие личности могут захватить, удержать и умножить свою власть только ценой большой, очень большой крови, их психопатологические особенности могут активно способствовать этому.

Итак...

Гитлер с его нелепыми усиками-сопливчиками и непроизвольным выделением газов, которого один из современников назвал типичным оберкельнером, предатель Родины Ленин, Сталин с внешностью провинциального управдома, бывший куровод Гиммлер с плоской физиономией уличного филера, усохший ариец, колченогий Геббельс по кличке Сморчок, наркоман Геринг, гомосексуалист Рем, садист и алкоголик Ежов, сексуальный маньяк Берия, трус и фанфарон Муссолини и другие вырвавшиеся из преисподней садонекрофилы в неистовой шутовской пляске топтали цивилизацию. Карикатурные и грозные, примитивные и гениальные во зле, одномерные злобные недоучки, горящие ненавистью и видящие путь человека лишь как звериную тропу, они в иных обстоятельствах могли бы остаться незамеченными. По-видимому, история (или природа), как всегда ироничная и зловредная, чтобы показать людям, как они ничтожны, даже в палачи определила им козлоногих сатиров.

Обычно сопоставляют Гитлера и Сталина, такое сопоставление необходимо и верно, в первую очередь, в плане реализации тем и другим ужасающих методов их господства. Однако не Сталин создал строй, который предоставил в его распоряжение все условия для массового уничтожения людей и современной культуры. Этот строй возник благодаря Ленину, как и фашизм в Германии -благодаря Гитлеру. В данном аспекте их имена - Ленин-Гитлер - должны быть поставлены рядом, да еще и по причине фанатической охваченности и непоколебимой веры того и другого в свою правоту.