Нет уж, не пойду к соседке в семь утра треху занимать! Хватит и рубля на «боржом» его отцу!
Слышу, раздался под окном свист, выкинула я ему, как договорились, спичечный коробок, — ушел.
Через короткое время снова слышу его свист. Выглядываю — стоит с обиженным, злым лицом. Губы так свело обидой, что даже свистнуть как следует не смог.
— Сколько ты мне выкинула?
— Рубль. А что?
— Ты сама, наверное, понимаешь, что можно купить на рубль!
«Да, — думаю, — здорово мне повезло!»
— Иди-ка ты, — говорю, — подальше.
И окно захлопнула. И все!
Однажды сижу во время антракта, еле дышу, — приносит билетерша букет роз!
Сразу все упало у меня: «Он, идиот... Лучше бы пачку пельменей прислал!»
И вот, встречает меня у выхода, церемонно. Прекрасно сшитый новый костюм.
— Мне кажется, здесь немного морщит... — и с обиженным лицом ждет непременных горячих возражений.
И все! Каждый раз — стоит у входа, как истукан!
Подружки мне говорят:
— Колоссальный у тебя, Ирка, парень!
Знали бы, какой он колоссальный!
Каждый день: стоит, аккуратно расчесанный на косой пробор, непременно держа перед собой коробочку тающих пирожных. Приводит в свой дом, знакомит непременно с какими-то старыми тетушками, потом под руку ведет к себе.
У каждого свой стиль. У этого — очаровывать манерами! Чашечки, ложечки — все аккуратно. За все время, может быть, один раз вылетел от меня к нему дохленький флюидик, да не долетел, упал в кофе. Кофе попил — и сдох!
Потом, при расставании, целует руку. До часов уже добрался! Конечно, при его темпах...
Однажды Ленка меня спрашивает:
— Ну как он, вообще?
— А-а-а! — говорю. — Бестемпературный мужик!
Но все терпела почему-то. Недавно только произошел срыв.
Встречает у выхода — пирожных нет! Церемонно приглашает в ресторан.
Приходим — уже накрыто: шампанское и букет роз!
«Сейчас бы, — думаю, — мяса после спектакля!»
— Поесть, — говорю, — можно? Дорого?
— Это, — говорит, — не имеет значения!
А сам небось в кармане на маленьких счетиках — щелк!