Зашли мы в шашлычную с ней, сели. Вынимает из кармана свой ключ, уверенно открывает пиво, лимонад.
Приносит официант шашлык. Она:
— Что это вы принесли?
Официант:
— Как что? Шашлык... Мясо.
Она:
— Знаю я, что это за мясо! Вы то принесите, которое у вас на складе! Знаю как-нибудь — сама работаю в торговле!
Дикую склоку завела, директора вызвала. Пошла с ним на кухню поднимать калькуляцию.
Возвращается — злая, в красных пятнах.
— Вот так, — говорит, — я уж свое возьму!
«Ты, — думаю, — наверно, и не только свое возьмешь!»
Стала она рвать сырое почти мясо, на меня хищные взгляды кидать.
— Посмотрим, — урчит, — поглядим, на что ты способен!
«Да, — думаю, — ждет меня участь этого мяса!»
— Знаете, — говорю, — я чувствую непонятную слабость. Я должен непременно пойти домой, на несколько секунд прилечь... Всего доброго.
Пятая.
Недавно я с отчаяния додумался зайти в кафе. Девушки молодые, одетые модно, у стойки сидят.
С одной попытался заговорить — получил в ответ надменный взгляд,
— Мне кажется, я читаю!
Ей кажется, что она читает.
Хотя, в общем-то, разговор их известен. Если двое их — обязательно почему-то говорят, что они польки или что они двоюродные сестры. На другое ни на что фантазии не хватает. Такой — известно уже — происходит разговор:
— Здравствуйте. Вы кого ждете?
— Не имеет значения.
— А после куда пойдете?
— Неважно.
— А пойдемте ко мне!
— Это зачем еще?
— Чаю попьем.
— А мы чай не любим.
— А что же вы любите?