Мы мало говорили или вообще молчали. И вдруг, глянув на меня, Селия сказала:
— Чтобы как следует узнать человека, достаточно проехать с ним в одной машине через всю страну.
Боже, если бы она знала, как я всего этого боюсь.
— Но… мы с вами почти не разговариваем.
— А говорить и необязательно. Достаточно видеть, как человек ведет себя. Три-четыре дня и ночи бок о бок — это немало.
Я сделала глубокий вдох.
— И что вы узнали обо мне?
— Ты похожа на меня — какой я была десять лет назад. Правда, десять лет назад я была гораздо старше тебя, но это неважно. Главное, что в то время у меня был ребенок и я пыталась разделаться со своим кошмарным браком. Да… Я была очень похожа на тебя.
— Простите… я не очень понимаю. Вы были похожи на меня? А какая я, по-вашему?
— Напуганная. Готовая на все, лишь бы обошлось без боя. Мир любой ценой.
— М-м-м… Я всегда думала… Мир — это ведь хорошо, правда?
— Настоящий мир — замечательно. А мир любой ценой — это и не мир вовсе.
Несколько миль штата Огайо промелькнули мимо, прежде чем я сказала:
— Сейчас вы совсем другая. Как вам это удалось? Сейчас вы, по-моему, вообще ничего на свете не боитесь.
— Боюсь. Просто со страхом справляюсь по-другому.
— Правда? А я бы никогда не сказала, что вы боитесь.
— Все чего-то боятся.
— Да? А я думала — я одна такая.
— Не верь тому, кто говорит, что ничего не боится. Врет. Либо тебе, либо самому себе.
— Но вы не сказали, как вам это удалось.
— Много лет одиночества свое дело сделали. После разрыва с этим ужасным… Словом, я училась жить одна. Кое-что узнала о самой себе. Раньше-то все мое время и силы уходили на то, чтобы сообразить, как выжить с другим человеком.
— О-о-о… — выдохнула я.
И все. Селия покончила с серьезными разговорами. До самого Нью-Йорка мы вновь стали двумя почти незнакомыми людьми.
— Это же самоубийство! Нельзя этого делать! — взвизгнула Стелла.
— Придется, — сказала я.
Селия молчала.
Мы сидели в гостиной Стеллы. За окном уже темнело, но никто не потрудился встать и включить свет. Так что друг друга мы видели смутно, и лично мне это нравилось: разговаривать легче. Я держала на коленках Ферди, чтобы тот не полез ласкаться к Селии: у нее аллергия на котов. Мне было жалко ее до слез. Должно быть, в Нью-Йорке на самом деле дьявольски дорогие отели, если человек с аллергией на котов согласился жить у Стеллы.
— Нет! — отрезала моя сестра. — Что тебе надо — так это обратиться в суд. Знай я, что ты задумала, черта с два купила бы тебе билет на автобус!
Мы все втроем сделали вид, будто забыли, что я уже здесь, причем без помощи ее билета.
— Ну пойми, Стелла, я надеюсь на неожиданность. А иначе он просто-напросто сбежит! Как только из суда бумаги всякие получит — Си Джея под мышку, и я их никогда в жизни не найду. Сейчас — единственный шанс, другого не будет.