Но daneke Ритис не заметила моей оплошности, пропев:
— Прекрасная и опасная…
— Опасная? Чем же?
— Тем, чем владеет.
Понятно. Начинается привычная игра в «не знаю, что и где».
— Бабушка, вы можете назвать мне её имя?
— Спросишь у неё самой.
— Я бы с удовольствием, но… Где мне её найти?
— Она придёт. Сама. Как приходила намедни. И чёрный огонь пожрёт всех.
Одарив меня этим пророчеством, Привидение повернулась и, обессиленно ссутулившись, побрела прочь, оставляя меня в расстроенных, как лютня в руках неумелого музыканта, чувствах.
Скрип пера по бумаге затих ровно на тот промежуток времени, который потребовался, чтобы спросить:
— Dan Ра-Дьен назначил вам встречу?
Я выдержал паузу, любуясь бликами свечного света на гладко причёсанном затылке склонившейся над письменным столом девушки, и ответил:
— Разумеется. Ещё до моего появления на свет.
Daneke Мийна, помощница Калласа в его нелёгком деле сбора с торговых людей дани за услуги, не всегда являющиеся заметными даже глазу, сурово чиркнула пером, выводя особенно строгий завиток в окончании какого-то слова, и только потом подняла голову:
— Dan Советник на сегодня закончил приём.
— Правда? А я рассчитывал, что мы с ним как раз и примем!
Светло-карие глаза Мийны преисполнились негодования:
— Вам не хуже меня известно, что dan Советник придерживается…
— Разве тебе на отдых было выделено не три дня? — чуть удивлённо спросил Каллас, появившийся на пороге кабинета.
Ввиду не слишком крепкого здоровья, а также просто из удобства Ра-Дьен использовал для своих нужд исключительно первый этаж легкомысленно нарядного особняка, а второй и третий этажи пожертвовал прислуге, родственникам и лично приглашённым гостям. Как правило, дома Калли переговоров не вёл, назначая деловые встречи на другом конце Караванного пути, поблизости от портовых складов и, что немаловажно, в прямой видимости от поста Городской стражи, поскольку, хоть dan Советник и занимался деятельностью сугубо на благо людям, находились купцы, настолько недовольные заключёнными (а ещё чаще — незаключенными) сделками, что забывали о первом правиле торговли: «Бей по врагу монетой, а не клинком». Да, на Калли покушались, и неоднократно. Собственно, по этой простой причине он и таскает на переговоры меня, чем вызывает постоянное неудовольствие темноволосой Мийны, полагающей себя незаменимой именно в деле поиска обоюдовыгодного согласия между покупателями и продавцами.
— Увы, покой — моя давняя, но несбыточная мечта! — с нарочитой грустью провозгласил я, перехватывая зажатую под мышкой шкатулку.
Ра-Дьен, заметив странную ношу, растерянно приподнял брови, но тут же, поймав мой многозначительный взгляд, вновь вернул лицу усталое равнодушие:
— Прошу в кабинет. Мийна, милая моя, распорядись подать нам лёгкий ужин.
— С вином? — ехидно уточнила девушка.
— Как пожелает dan Рэйден.
Решение оставили на откуп мне, но сегодня я не собирался колебать моральные устои благовоспитанных девиц:
— Достаточно будет воды. С ледников, если можно.
Мийна кивнула и быстрым, но ни в коем случае не торопливым шагом направилась в сторону кухни, а я прошёл за Калласом в его «гнёздышко».
Как вы думаете, на что похож кабинет человека, который участвует во всех сторонах торговли между Антреей и остальным миром? Не угадаете ни за что. На смесь спальни и гостиной. Это у меня в приютском кабинете из мебели присутствует лишь та, которая не позволяет расслабиться и отдохнуть, а dan Советник здесь живёт, со всеми вытекающими последствиями.