Воровка чар. Нечисть, нежить, нелюдь: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Так почему же мы сидим здесь, а не идем вперед? – поднял голову вроде бы не прислушивавшийся к беседе капрал. – Вы сказали, что торопитесь, или я не прав?

– Правы, – ответил Вит и посмотрел на молчаливую притвору.

– Это все из-за нее, да? – правильно истолковал его взгляд Рэйвен. – Мы не можем ступить, но она может? Так?

– Так, – ответил Вит.

– Вы знаете, отчего притвор прозвали притворами? – перебил его Кишинт, продолжавший лежать на мху.

– Потому что они только притворяются людьми. Звери, вставшие на задние лапы и спрятавшие клыки, – ответил солдат с уже успевшим пожелтеть фингалом. Сидевший рядом с ним Михей невозмутимо провел рукой по арбалету.

– Спрошу по-другому, – не стал спорить маг. – Вы знаете, как и когда их так прозвали?

Ответом ему было молчание, даже Рион замер в ожидании продолжения, так и не взяв у Миры кусок мяса.

– Притворами прозвали людей, которые помогали демонам.

– Не было такого никогда! – вскочил высокий Грес, а я вдруг поняла, что он станет первой жертвой притворы, которая вела нас в Велиж. Ведь смертельный удар ее мужчине нанес именно он.

– Было, – добродушно ответил Киш, и хоть его лица я не видела, готова была поспорить, что мужчина улыбается. – Всегда найдутся те, кто недоволен своей жизнью. Те, кому всего мало: денег, женщин, власти, силы, коров, лыка для лаптей или самогона, в конце концов. Их алчность для демона, что свет огня для мотылька. Дасу ведь может многое дать и многое взять взамен. Таких людей, что предавали своих во имя жадности, и прозвали притворами. Это, – он не глядя указал на сидящую в стороне притвору, – их потомки.

– Легенды гласят, что, помогая демону, люди менялись, – добавил Вит. – Становились немного иными. Они получали желаемое – деньги, власть или лыко для лаптей, проводили ритуалы вызова дасу и приносили жертвы. Внешне они оставались людьми, а внутренне становились кем-то вроде проводников демонов. Они служили дасу и делались нечистыми. Нечистью.

– Не ты ли говорил, что в тебе, во мне, да и во всех магах есть темная кровь? – спросил Рион.

– Есть, – не стал отнекиваться чернокнижник. – Во мне, в тебе и в Кише течет кровь демона, донельзя разбавленная, но все же.

– Так в чем разница между ней и тобой? – снова спросил бывший чаровник.

– Разница в том, что мои предки не служили дасу.

– Они с ним спаривались, – ответила вдруг притвора и вскочила на ноги.

– Да, если демон вселится в человека, он вполне может…

– Я думаю, они поняли, – прервала Вита проводница и скомандовала: – Тушите костер, пути разъединились, мы можем идти дальше.

Я торопливо встала, с сожалением проводив взглядом кусок мяса, который Мира убрала в сумку. Орир громко заругался, вылив так и не закипевшую воду из котелка в только что разведенный костер. Но на этот раз обошлось без одергиваний капрала.

Загадочного перекрестья я так и не увидела и не почувствовала, хотя Тиш пару раз предложил пустить вперед не одну, а сразу двух притвор, но отклика у моих спутников не нашел и заткнулся. Странно, но никто из них: ни Вит, ни Киш, ни даже наша нечаянная проводница не требовали от меня сделать что-то эдакое, отчего, например, у того же Кули глаза полезли бы на лоб. Они не требовали от меня быть притворой.

Тропинка петляла, уводя дальше в лес, тьма сгущалась, пока не стала совсем непроницаемой, и Рэйвен долго ругался, налетев на пень, который обошла проводница. Чиркнули кресала, высокий Грес и молчаливый Эриш подняли над головой факелы. Огонь больше привлекал внимание, чем разгонял тьму, но, судя по тому, что Оле старалась держаться поближе к солдатам, кого-то он все же успокаивал.

Киш и Вит что-то вполголоса обсуждали, Мира молчала, Оле продолжала изредка всхлипывать, так, что пробрало даже молчаливого лучника, который, отстав от своих, протянул девушке серый платок и попытался улыбнуться щербатым ртом. Поначалу солдаты болтали – в основном отпускали плоские сальные шуточки по поводу задницы притворы, но через пару часов замолчали и они. Шли след в след, затылок в затылок, наверное, если бы мы не болтались последние две недели по Тарии, этот переход показался бы мне удручающе монотонным, а так терпимо – всего лишь одна ночь. Не самая темная. Не самая страшная. Непонятно, почему хмурился Рион, едва не наступая на пятки Михею.

– Тсс… – зашипела проводница, останавливаясь, и ее шипящий голос ворвался в ночную тишину, спугнув с куста мохнокрылого мотылька. – Впереди перекрестье, – объявила притвора.

– Опять? – спросил Грес. – Снова привал? На этот раз хоть чай успеем заварить?

– Нет.

– Что «нет»? – зло спросил Тиш. – Не успеем?

– Привала не будет. Мы вступим на перекрестье.

– Простите, уважаемая, – слово «уважаемая» капрал произнес с презрением. – Не вы ли давеча говорили, что это пути… – он замялся, – мягко говоря, не для живых?

– Прощаю. Говорила не я, – ответила проводница чистую правду.