«Этого еще не хватало! И как специально, сегодня, когда на тебя будут глазет миллиарды людей! – молодая женщина досадливо поморщилась. – Что наступает старость? Не дождетесь!»
Она заставила себя стремительно, как делала обычно, встать с постели и подойти к зеркалу.
Сегодня Содружество планет отмечало очередную годовщину своего образования. В этот день, почти шестьсот лет назад эллы и лооны подписали соглашение о создании единого государства.
«Тогда эллы составляли девяносто пять процентов всего населения. А девяносто пять процентов реальной власти было у лоонов. За шесть веков мало что изменилось…» – эту фразу сказал отец Ланы, безжалостно изгнанный двадцать лет назад из Военно-Космического флота в результате интриг. Он, как командующий эскадрой, посмел публично возмутиться: «Почему в креслах звездолетов первого удара сидят исключительно эллы, а в креслах руководителей банков – сплошь лооны»?
Его десятилетняя дочь хорошо запомнила эти слова. В ее душе они отпечатались, словно рука гончара на еще мокрой глине только что сделанного кувшина. Когда скоро глина засохнет, этот отпечаток будет существовать, пока кувшин не разобьется вдребезги. На следующий день девочка расквасила нос мальчику-лоону, который несмело за ней ухаживал в школе. Глядя в его полные обиды глаза, Лана испытывала смешанные чувства. Он ей нравился и… нравилось, что у него такие же страдающие глаза, какие были вчера у ее отца. Но то, что страдал лоон, девочке нравилось больше. Увы, больше страдающих лоонов она не видела…
Молодая женщина критически посмотрела на свое изображение в старинном зеркале.
«Да нет, все нормально», – холеное лицо с аккуратным носиком, с красивыми раскосыми глазами и словно точеным подбородком, отразившееся в нем было безупречно. Разве что под глазами чуточку потемнела кожа.
«Просто нервы. И как Лонги не понимает, что лооны представляют смертельную опасность? Я всегда это чувствовала, а этот парень на видео просто подтвердил мои опасения», – Лана нахмурилась.
Ей на мгновение представилось, что она стоит на краю бездонной пропасти. Ощущения были настолько явственны, что даже закружилась голова – мозг не смог обработать и разложить у себя по полочкам разверзшуюся перед ним бездну.
– Господи, мы не победим лоонов! – жена президента прошептала эту мысль вслух.
«Они же везде. Ткни в любой мало-мальски значимый пост в государстве и обнаружишь лоона. Если он не сам его занимает, то находиться рядом – в виде советника, секретаря, помощника, заместителя. Только тронь их и наступит хаос. А мы, эллы, будем, как слепые котята тыкаться в разные стороны и своими действиями делать еще хуже. Так что оставить все как есть? Смириться? Ведь все логично. Умные должны руководить. А лооны умные. Каждый из них хоть на чуточку, но смышленее элла. А в массе получается колоссальный интеллектуальный перевес. – Лана зло поджала губы. – И все же мы не скот, который молча и безропотно должен идти за пастухом. И ни важно куда. На кормежку или на убой. А лооны ведут нас на убой, провоцируя войну с землянами. И теперь понятно, как они это делают. Интеллект плюс возможность ментально воздействовать на человеческий мозг, диктуя свои условия. Но надо бороться. В конце концов, нас больше! И если раскрутить всю эту историю с несчастным молодым ученым-эллом, то ею можно, как хорошей дубинкой «погладить» лоонов. Устроить показательный процесс! Трибунал! Ничего, мы еще поборемся! – молодая женщина теперь усмехнулась своему изображению в зеркале. – А сейчас надо собраться, ведь уже через два часа начнется официальная церемония. И ты должна быть безупречна. Сиять лицом, говорить красивые, ничего не значащие, пустые протокольные слова и улыбаться, улыбаться, улыбаться. И опять этот противный Сарсир будет масляно смотреть на нее своими темными глазами, и опять ее ладонь левой руки соприкоснется с его ладонью…» – Лана сморщила свой прелестный носик и, еще раз взглянув на свое изображение в зеркале, подошла к двери спальни мужа. Пора было начинать готовиться к празднику.
– Наше единство, единство жителей шести планет Содружества – это гарантия нашей непобедимости и процветания. Мы – эллы! А значит, мы победим! – Главный Стратег Содружества планет Лонги Эйр фразой, ставшей ритуальной с тех пор, как его цивилизация вступила в борьбу за господство во Вселенной с земной цивилизацией, закончил свою приветственную речь.
Представители всех шести планет Федерации, с комфортом разместившиеся в огромном зале для торжественных встреч, приветствовали слова Главного Стратега включением фиолетового света на специальной панели, расположенной перед каждым креслом.
«И все-таки Лана не права. Война с лоонами – это конец государству. Фиолетовый свет единения превратится в красный цвет вражды, – Лонги Эйр задумчиво смотрел на разлившееся перед ним красивое, какое-то умиротворяющее фиолетовое свечение. – Да и с кем воевать? С гражданами своего государства? Из-за домыслов и предположений? Воевать – это ослаблять себя перед действительно врагом – землянами. И не лооны разжигают эту войну цивилизаций, а объективные процессы. Во Вселенной должен быть один хозяин!»
Заиграла торжественная музыка – гимн Содружества Планет. Представители планет встали и ритуальным жестом приложили руку к сердцу. Всё, торжественная часть окончена. Сейчас в радиусе сотен световых лет, на всех планетах эллов начнется настоящее празднество. Миллиарды людей будут танцевать, устраивать фейерверки и лазерное шоу, поднимать под многочисленные тосты бокалы, словом, пытаться зачерпнуть побольше различных удовольствий, которые для большинства разумных существ во всей Вселенной, вне зависимости от привязки к цивилизации, тождественны счастью.
Для высокопоставленных чиновников Содружества Планет, тут же, в зале для торжественных встреч традиционно устраивается грандиозный бал. Одно нажатие кнопки и кресла вместе с пультами бесшумно провалятся вниз, а вместо них появится сцена для артистов, столики для фуршета с изысканными напитками и легкими закусками, удобные диваны для отдыха. Пространство наполнится музыкой, его пронзят лучи световых эффектов, и сотни пар заскользят в танце.
– Лонги, – из крохотного динамики, искусно расположенного в ухе мужчины и замаскированного под цвет кожи, раздался голос директора внутренней службы безопасности Мак Ноола, однокашника Эйра по университету, – мои парни этого пацана найти не смогли. Хотя ручаюсь, перевернули там все вверх дном. В научном городке его точно нет. Не появлялся он и в ближайшем к научному центру городе. Ни одна камера видеонаблюдения его не обнаружила. Тщательное прочесывание местности тоже не дало результата. Сейчас отрабатываем все варианты его похищения и насильственного удержания в каком-либо месте.
– Или убийства, – тихо проговорил Главный Стратег.
– Или убийства, – согласился его собеседник.
– Хорошо, продолжайте поиски. Если надо, привлеките для этого дополнительных людей. Мне этот парень очень нужен!
– Лонги, перетряхнем все.
– Я на тебя надеюсь, Мак.
«Собственно, а зачем я сказал, что этот парень мне очень нужен»? – и тут Главный Стратег отчетливо понял, что он не хочет, чтобы этого молодого ученого, сделавшее сенсационное заявление по лоонам, отыскали. Ведь тогда конфронтации с лоонами не избежать. А это будет пострашнее, чем война с землянами, Лонги Эйр это отчетливо понимал.
«Нет, все это бред. Если бы такая способность лоонов на самом деле существовала, ее бы давно заметили. Шутка ли сказать, шестьсот лет мы с ними в одной упряжке. Что-то да всплыло бы. Господи, а если все это правда»?! – мужчина даже энергично тряхнул головой, словно пытаясь вытряхнуть эту страшную мысль из себя.
– Господин Главный Стратег и в праздник думает о государственных делах, – к Лонги Эйр с бокалом вина подошел улыбающийся министр финансов Симан Сарсир.
– С чего вы взяли?
– У Вас хмурое и озабоченное лицо.
– По-вашему, государственные дела могут вызывать только озабоченность?
– Увы, но так устроен наш мир, – Сарсир с улыбкой развел руки, – миллиарды людей, миллиарды мнений, желаний, стремлений. И мы должны все это согласовывать и гармонизировать. А эти стремления и желания часто не бывают светлыми и возвышенными. Человек слаб и потакает своим, гм, скажем так, слабостям. Иногда мне кажется, что у меня руки по локоть в грязи.
– Деньги вообще, вещь не очень чистая, – Лонги Эйр скользнул взглядом по небольшому значку на груди своего собеседника – пурпурового цвета правильный шестиугольник, вписанный в круг – древний символ лоонов.