Осенние жаворонки: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Другие уезжают небось…

— Ну, Зинаида! Я ведь о тебе в первую очередь забочусь. В конце концов колхоз без тебя обойдется. А как ты вот впишешься там. Будешь ни то, ни се, подай да принеси. А нам здесь люди нужны позарез, вот так. И перспективы у нас, между прочим, доложу я тебе, не из последних.

Он рисовал перед ней заманчивые картины: какие дома-коттеджи встанут — с отоплением, с ваннами! Дом культуры на очереди, ателье, швейная мастерская! Намекнул, что со временем хоть тебя вот, Зинаида, пошлем учиться на закройщицу или на мастера по пошиву женского платья. Законодательницей мод у нас будешь, так-то!..

Порешили на том, что Буракова до окончательного решения посоветуется еще с Ольгой Игнатьевной, когда та выпишется из больницы.

Затем Осип Маркович вернулся к прерванному докладу на отчетно-выборное собрание. Вписывая данные по урожайности, о заготовленных грубых и сочных кормах, о поголовье крупного рогатого скота, он хмурился, хотя показатели были, по сравнению с предшествующим годом, и не так чтобы уж очень плохие.

Он отвлекся. Оглядел обшарпанные стены, затоптанный пол. Люди идут, мешают — плохо, и нет никого — тоска. Разве напишешь по-путному в такой обстановке!..

Он позвал Клаву и, собирая бумаги, сказал ей, чтобы сходила за уборщицей, и навели бы здесь чистоту, а он нынче займется дома.

С тем и ушел.

7

В председательском кабинете после приборки посветлело и стало как бы просторнее: здесь вымыли пол и окна, протерли мебель, и половичок аккуратный был брошен у двери. Накануне Осип Маркович закончил доклад к отчетно-выборному собранию и ночь спал хорошо. День нынче тоже выдался тихий, солнечный. Все это настроило Осипа Марковича благодушно, и он без возражений выслушал замечания членов правления по докладу. Прения возникли относительно того, не слишком ли сгущены краски, то есть не чересчур ли в докладе критики и самокритики: и трудовая дисциплина у нас хромает, и техника используется не в полную меру, и ремонт плохо налажен, бесхозяйственности много. А на собрании представители из района будут, может сложиться превратное впечатление.

— Все так, — подвел итог Осип Маркович. — Но надо помнить, что недостатками определяются и наши задачи.

Потом правление слушало отчет Дуси Амосовой по ферме; печь там исправили, корм запаривают, халаты дояркам выданы — так что Осип Маркович не стал особенно наседать на Дусю и даже предложил включить ее в состав товарищеского суда (помимо нее избрали Веру Ивановну и бригадира Кононова). Далее председатель проинформировал членов правления о визите мелиоратора и, предложив высказывать мнения, поглядел на бухгалтера Андрея Ивановича Титова, человека болезненного, с неизменным шарфом на шее.

— Что скажет на сей счет главный хранитель финансов?

— Сколько там стоить будет, неважно, — булькающим голосом ответил Титов. — Не с нашего счета деньги снимать будут.

— Важно выяснить, не во вред ли это выйдет другим земельным угодьям?

— Направление это, мелиорация и улучшение земель, серьезное, так что на нас нажмут!

— А речка наша, Вокша, не обмелеет?

— У нас, может, и ничего. А вот у соседей вполне может сказаться. У Суровцева пойменные луга по Вокше. Ну да нам свои интересы считать надо.

— Вот и считайте, — подал голос главбух. — У нас на круг по двенадцать центнеров зерновых с гектара вышло. Подымем когда хотя бы до шестнадцати центнеров с га, тогда и расширяться можно. Далось кому Окуневое болото! Когда вот позапрошлую осень картошку не полностью выбрали!..

Бухгалтер расстроился и ушел к себе за переборку, не дожидаясь, когда Басков отпустит остальных членов правления. После других задержались Кононов да Вера Ивановна.

Кононов сидел насупленный, в задумчивости поглаживал седую, коротко стриженую бородку; полушубок у него расстегнут, шапку держал на коленях.

— И какую же ему меру определять, Шурке-то? — спросил он, начиная входить в судейскую роль.

— Штраф можно. Общественный выговор, — прикинул Осип Маркович. — Да пусть исправит, что наломал. Положение о товарищеских судах почитайте, у Веры Ивановны найдется, наверно.

Вера Ивановна подтверждающе кивнула. Она сидела в углу у тумбочки, держа на коленях свернутый плащ; в синем джемпере, в голубой косынке она выглядела молодо и нарядно.

— Формальность одна — эта затея. Для показа, — ворчал Кононов, словно заранее недовольный, что придется заниматься ерундой.

— Ну нет, не для показа! Тут если поставить дело не формально, возможности самые широкие, — говорил Осип Маркович, глядя на свои сложенные на столе и сплетенные пальцами руки. — Надо демократию развивать… во всех направлениях. Хозяйственные вопросы мы на правлении, на собраниях решаем. А вопросы людских взаимоотношений, дисциплины, морального климата? В стороне остаются. Так что от нас с вами и зависит, формальное это будет мероприятие или действенное средство.

«А непрост у нас председатель, ой, непрост!» — подумала Вера Ивановна, вспомнив и разговор Баскова с участковым.

— В общем, судите по всей строгости, — продолжал Басков. — А ты, Вера Ивановна, объявления повесь. И в клубе у себя, и здесь, у конторы.

Она встала, развернула плащ. Надевая его, сказала:

— Объявления будут. А с машиной как, Осип Маркович?