— А мне нравится идея с залеганием на дно, — подал голос Глюк.
— Билл, — начала бабушка, умоляюще глядя на дедушку, — нельзя просто взять и отправить их в эпицентр.
— Нельзя, но, похоже, звездочке наплевать на то, что можно и чего нельзя. — Он повернулся к родителям Брук. — Может быть, вам больше повезет с Бруклин.
— Я иду в школу, — решительно заявила подруга, уперев кулак в бок. — Я по уши в том, что происходит, мам. Вы постоянно твердите, что если эта война окажется такой, как мы предполагаем, то нам всем конец. Так какая разница, пойдем мы в школу или нет?
Пратеры поддерживали Орден Святости и его миссию на все сто процентов, поэтому я не особенно удивилась, когда мама Брук кивнула:
— Ладно, но вам все равно нужно хорошенько отдохнуть.
— И пиццу заказать, — вставил Глюк.
Кэмерон предложение оценил — молча просиял.
Миссис Пратер взглянула на шерифа:
— Мне нужны гарантии, что Кэмерон останется с ними на весь день.
— Посмотрю, что можно сделать.
Интересно, как ему удастся такое провернуть? Но кое-что заботило меня гораздо сильнее. Мне не хотелось бросать Джареда.
— Можно мне остаться с ним внизу? — спросила я у дедушки, вглядываясь в лицо Джареда.
Дедушка стиснул зубы. Даже сейчас он не хотел, чтобы я была рядом с ангелом смерти.
— Пока да. А мы тем временем засунем в вас, детки, чего-нибудь горячего.
— Вроде пиццы? — с надеждой уточнил Глюк.
Миссис Пратер улыбнулась:
— Я бы предпочла суп, но и пицца сойдет.
— Класс! — отозвался друг.
Вскоре взрослые разошлись, и мы остались в комнате одни. Внезапно мной овладело мощное желание рухнуть на пол кучкой, которая, очень может быть, будет похожа на полуживую рыжую медузу.
Вот только я не могла отвести глаз от Джареда. Порой бывало трудно не забывать, что он высшее существо. И что он пытался меня убить. Сейчас он казался обычным парнем, который глубоко и равномерно дышал. Во сне черты его лица смягчились.
Я наклонилась и шепнула ему на ухо:
— Ты мне очень нравишься, Азраэль.
— Ты что, забыла, как он целовал Табиту Синд? — спросила Брук.
Я весело усмехнулась:
— Тогда он был объят тьмой. Зачем еще кому-то ее целовать?
Я храбро улыбнулась подруге, хотя где-то на задворках сознания продолжала зудеть мысль, что Табита подходит Джареду гораздо больше, чем я.
Бруклин сидела на подлокотнике кресла, в котором развалился Кэмерон, и прижимала к его затылку пакетик со льдом.
— Если бы тебя заклеймили такой же темной гадостью, ты бы поцеловал Табиту? — спросила подруга у Ласка.
Я с любопытством приподняла брови и оглянулась на Кэмерона.