Последние годы истории полка связаны с именем стольника и полковника Ивана Емельяновича Спешнева, под началом которого в 1698 г. местные стрельцы несли службу в Астрахани r'4. С понизовой службы им уже было не суждено вернуться в столицу. Под именем выписного Московского полка Е.Б.Армянинова, насчитывавшего 650 человек, бывший замоскворецкий стрелецкий полк входил в состав астраханского гарнизона вплоть до 1706 г. С тех пор минуло три столетия, но по-прежнему древнюю Ордынку украшает величественный стрелецкий храм Николая Чудотворца в Пыжах, чудом избежавший не только разрушения, но и значительных перестроек, От него в XX столетии заимствовал свое нынешнее имя и расположенный напротив Пыжевский переулок, напоминающий нам о стрелецком прошлом этих мест.
Е самом центре Замоскворечья, в местности, носившей название Большие Лужники, лежала одна из стрелецких слобод, основанных в период строительства укреплений Земляного города. Здесь, вблизи Серпуховских ворот, был поселен приказ стрелецкого головы
Алексея Аврамовича Мещеринова, стрельцы которого, по традиции, воздвигли свой слободской храм, освященный во имя иконы Живоначальной Троицы, первое упоминание о котором относится к 1642 г'».
В годы русско-польской войны приказ возглавлял Иван Леонтьевич Монастырев15в. Под его началом в 1657 г. стрельцы несли службу в Могилеве, а спустя три года приняли участие в битве при Чуднове, завершившейся полным разгромом царского войска. Многие русские ратники, в том числе и стрелецкий голова И.Л.Монастырев, оказались в польском плену. Летом 1662 г., уже находясь в Москве, местные стрельцы стали свидетелями «медного бунта», в течение которого приказ оставался в стороне от основных событий. 25 июля мимо их слободы дважды прошествовала многолюдная толпа москвичей, направлявшихся в Коломенское искать правды у государя. Вслед за ними посмотреть на происходившее отправились и 16 стрельцов приказа Монастыррва. Их праздное любопытство дорого обошлось им впоследствии. На розыске, учиненном над всеми задержанными в Коломенском смутьянами, оказалось, что эти стрельцы были новиками, даже не успевшими получить государевых кафтанов. Однако это обстоятельство не спасло их от сурового царского приговора. После битья батргами все они были сосланы в Терки, в стрелецкую и пушкарскую службу.
Вторая половина 60-х годов в истории приказа связана с именем Ермолая Михайловича Баскакова ы, сменившего И.Л.Монастырева в 1665 г. Под его командованием в 1667 г. стрельцы несли службу в Севске, за которую их голова был пожалован 50 ведрами вина и 10 полотами ветчины. После короткой передышки в феврале 1668 г. приказ Баскакова был вновь отправлен на Украину, в поход против запорожских черкас гетмана И.Брюховецкого в составе полка воеводы князя ЮАДолгорукого.
Борьбу с «москалями», после гибели гетмана Левобережной Украины, продолжил заднепровский гетман П.Дорошенко, вступивший в союз с турецким султаном. В это неспокойное время (1673 — 74) в черкасских городах со стольником и воеводой И.И.Вердеревским нес службу и приказ Алексея Васильевича Жукова15В, возглавлявшего местных стрельцов с начала 1671 г. В августе 1675 г. стрельцы были вновь посланы в Киев и позднее приняли участие в обороне Чигири-на. Против турецких войск они действовали уже под командованием нового головы — Матвея Михайловича Вешнякова. Возвратившись в Москву, стрельцы — прихожане Троицкого храма по инициативе пятидесятников Назара Перфильева и Андрея Оленова начали строительство его нового каменного здания, завершившееся в 1678 г ,й.
Вскоре семь сотен Матвеева приказа Вешнякова, в которых насчитывалось 689 человек, вновь были направлены в Малороссию в составе полка воеводы князя М.Ю.Долгорукого.
Длительная и безуспешная война, надолго отрывавшая стрельцов от их семей и столичных промыслов, неспособность правительства полностью выплатить причитающееся им за службу денежное и хлебное жалованье не могли не повлиять на настроения вешняковских стрельцов, ставших активными участниками событий 1682 г. 29 апреля вместе с большинством других московских стрелецких полков они подали челобитную на своего полковника, обвинив его в различных злоупотреблениях. По требованию стрельцов, М.М.Вешняков был отставлен от должности и приговорен к битью батогами.
Во время правежа, учиненного над бывшими полковниками 5 мая, полковник отделался легким испугом, простояв в ожидании наказания раздетым по пояс перед зданием Приказов. В этот раз стрельцы пощадили его. Тучи стали вновь сгущаться над ним в июне, когда по доносу своего холопа был арестован его отец, обвиненный в желании собрать боярских людей для избиения стрельцов. 14 июня престарелый дьяк Михайла Вешняков скончался под пыткой. Был взят в застенок и его сын Матвей. Однако на пытке он ни в чем не признался и лишь умолял своих мучителей разрешить ему постричься в монахи. Так и не добившись от бывшего полковника нужных показаний, стрельцы приговорили его к пострижению и ссылке.
В непростой ситуации оказался и новый командир полка, бывший севский воевода Василий Аврамович Лопухинназначенный на эту должность еще 1 мая. Всем известная близость Лопухиных к Нарышкиным, столь ненавистным в стрелецкой среде, делала его положение крайне шатким. Однако ему, в отличие от старших братьев, удалось избежать не только репрессий, но и стать очевидцем падения Хованских. В конце 1682 г. большинство полков, находившихся в Москве в период «хованщины», были выведены на службу в разные города. Незадолго до посылки полка на Украину ВАЛопухина сменил стольник и полковник Василий Сергеевич Борков161, командовавший местными стрельцами до начала 90-х годов.
Чистка стрелецких рядов, проведенная правительством в это время, значительно сократила их число. С 1682 по 1689 год численность стрельцов в полку Боркова сократилась с 850 до 710 человек, которые приняли участие во втором Крымском походе в составе полка воеводы князя В.В.Долгорукого. За этот поход В.С.Борков наряду с другими полковниками был пожалован серебряным ковшом, «пор-тищами объяри», придачей к поместному окладу в 250 четей земли, к окладу денежному 30 рублями. Кроме этого в вотчину ему было передано из поместных земель 150 четей.
Свои земельные владения В.С.Борков значительно увеличил осенью 1690 г., когда ему была передана часть арзамаского поместья опального князя В.В.Голицына, за которой числилось 225 четей пашни, Это пожалование стало благодарностью царя Петра Алексеевича за верность полковника, явившегося в Троице-Сергиев монастырь к концу августа 1689 г. в решающие дни противостояния юного государя и его властолюбивой сестры. Вслед за своим командиром в Троицу двинулись выборные стрельцы его полка, которых возглавил полковой пристав. 1 сентября в монастыре находилось 38 борковских стрельцов, принесших с собой сказку оставшихся на Москве однополчан, в которой говорилось о готовности всего полка верно служить великим государям. Свое слово местные стрельцы держали до конца.
С середины 90-х годов полк возглавлял столышк и полковник Иван Клементьевич Ушаков1и, под командованием которого замоскворецкие стрельцы несли службу в Киеве в 1699 г. Здесь они и были определены на вечное житье. С началом Северной войны стрельцы Ушакова в составе гетманских войск вели боевые действия против шведов, а в 1711 г. приняли участие в Прутском походе. Впоследствии остатки стрелецкого полка были переформированы в один из гарнизонных солдатских полков, расквартированных на Украине.
Московская слобода полка Ушакова прекратила свое существование по царскому указу от 4 января 1699 г., но о прошлом этих мест еще долго напоминал стрелецкий храм Живоначальной Троицы, что в Вешнякове. Позднее москвичи видоизменили это название и местность, прилегающая к храму, стала зваться просто Вишняками. В начале XIX века на месте старинной церкви был возведен новый одноименный храм, по которому в 1922 г. соседний Лужниковский переулок получил свое новое имя — Вишняковский, ставшее отзвуком далеких событий 1682 г.
Последней из замоскворецких стрелецких слобод XVII столетия была основана слобода, располагавшаяся у проломных Коломенских ворот Земляного города. Возникла она не ранее 1658 г., так как в «Строельной книге церковных земель 7165 [1656/57] года» слободская церковь Воскресения Христова, приходской храм местных стрельцов еще не упоминается. Первые документальные сведения о нем относятся к 1663 г., когда храм уже стоял в слободе стрелецкого приказа Кузьмы Григорьевича Хомутова1В, Сам приказ, известный с 1659 г., в это время нес городовую службу в Смоленске, где в его составе числилось 4 сотника и 678 стрельцов.
К.Г.Хомутов командовал местными стрельцами до лета 1667 г. После его перевода в другой стрелецкий полк, приказ возглавил стряпчий Лука Иванович Грамотин 164. В феврале 1668 г. его стрельцы отправились в очередной боевой поход на Украину. Для нового стрелецкого головы эта кампания против изменников-запорожцев оказалась неудачной. В одном из столкновений с черкасами он попал к неприятелю в плен.
Из «полона» Л,И.Грамотин был освобожден достаточно быстро и уже к весне 1669 г. находился в Москве у своего приказа. Однако в столице местным стрельцам довелось пробыть недолго. В августе 1670 г. приказ Грамотина был включен в состав полка боярина и воеводы князя Ю.А.Долгорукого, посланного в Нижнее Поволжье для усмирения разинского бунта. За этот поход в марте 1671 г. Л.И.Гра-мотин был пожалован придачей к поместному окладу 100 четями земли да к деньгами 10 рублями. В его приказ было дано «по камке адамашке, по сороку соболей ценою осьмидесяти рублев сорок».
На этом известия о судьбе местного приказа обрываются, но сама стрелецкая слобода за Москвой-рекой, у Пролома, продолжала существовать вплоть до ее упразднения в 1699 г. Видимо, тогда же на бывшей стрелецкой земле были поселены работники Кадашевского монетного двора, по которым вся местность в дальнейшем стала именоваться Монетчиками (район современныхМонетчиковыхпереулков). Но еще долго в имени их слободского храма хранилась память о первом командире живших здесь когда-то стрельцов, по которому церковь Воскресения Христова звалась «в Хомутове, что в Монетчиках». Храм, отстроенный в камне в 1750 г., был снесен в 30-е годы XX века, и сегодня уже ничто не напоминает о стрелецком прошлом этих мест.
Два столетия минуло с той поры, когда последние московские стрельцы, повинуясь воле разгневанного царя, навсегда покинули столицу. В кровавом кошмаре стрелецких казней и пламени городских пожаров уходило в небытие славное боевое прошлое московских стрелецких полков. Глубоко символично, что и сегодня над старинными стрелецкими землями возвышается бронзовая громада заморского «конкистадора» с ликом молодого Петра. Однако тень государевой опалы слишком долго довлеет над памятью о стрелецком гарнизоне Москвы. Историческая справедливость не дает нам права придать забвению его трагическую судьбу.
Приложения
I
1653 г. октября 19 — Купчая воронежского пушкаря Клима Афанасьева сына Московкина на «турченина» Мустофу Муратова (Мератова), проданного московскому стрельцу приказа Михаила Зыбина Вавиле Созонтьеву
«Се аз Клим Афонасьев сын Московкин Воронежа города пушкарь продал есми купленаго своего турченина некрещеного Мустофу Мера-това сына Михайлова приказу Зыбина стрельцу Вавиле Созонтьеву.
А взял я, Клим, у него, Вавилы, за того своего купленого турченина сорок пять рублев денег.
А тот мой купленой турченин некрещеный опроче ево, Вавилы, иным никому не продан, и не заложен, и ни в каких крепостех ни у кого не укреплен, и по душе в монастырь и нигде не отказан.
А кто в того моего купленаго турченина Мустофу Муратова учнет у него, Вавилы, въступатца по каким-нибуть крепостям, и мне, Климу, ево, Вавила, очищать по каким-нибуть крепостей и убьипка пикакова не донесть. А что ему, Вавиле, учинитца убытки в моем, Климове, неочи-щенье в том турченине, и те убьипки, взять ему, Вавиле, на мне, Климе, по сей купчей, что ему станетца, и ту цену сорок пять рублев все сполна.
Да мне же, Климу, того своего купленого турченина Мустофу Муратова записать за ним Вавилом в Приказе Холопья суда в книге.
А на то послуси: Иван Нагаев, Василей Замощиков.
А купчую писал на Ивановской площеди стрелец Иванова приказу Боскакова Исачко Милютин лета 7162-го году октября в девятый на десять день».
На Л.З об. рукоприкладства: «К сей купчей Климко Московкин турченина продал и руку приложил.