Календарные обряды и обычаи в странах зарубежной Европы. Весенние праздники. XIX - начало XX в.: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Масленичная маска у ряженых звончари (Хорватия)

Непременная часть масленичной обрядности народов Югославии — шествия ряженых. Ряженые (машкаре, мачкаре, оле, олалиjа, чароjице — сербы, черногорцы; zvončari, maškare, maškuri, mačkare, čorjaci, bušari, fašingari, orači, didi, baukari, gukari — хорваты; koranti, kurenti, maškari, maškori, pusti, pustjaki, fašenki, šeme, orači — словенцы) ходили по селам в течение всего мясоеда; особенно в конце масленичной недели.

Шествия ряженых были широко распространены еще в первой половине XX в., а в отдельных областях страны, особенно в Словении (окрестности Птуя, Доленско и др.) и Хорватии (Конавле и др.), они сохранились и в наши дни. У католиков Югославии маскарадные, карнавальные элементы в масленичной обрядности представлены ярче и многообразнее, чем у православных. М. Гавацци указывал, что сначала карнавальные празднества справлялись горожанами и уже из города распространились в село.

Крестьяне, как правило, охотно принимали ряженых, так как считали, что они приносят благополучие. Им дарили подарки, иногда немного денег, а чаще вино и съестное. Если же случалось, что ряженых встречали негостеприимно, то те публично срамили хозяев и даже желали им всяческих несчастий. Некоторые югославские ученые, например П. Петрович, видят в обычае одаривания стремление умилостивить демонов через посредство ряженых, которые своим необычным видом и вольным поведением как бы демонстрировали свою причастность к нечистой силе.

Оглушительный шум — музыка, перезвон колокольчиков и вериг, громкие выкрики — возвещали о начале маскарадного шествия. Ряженые задевали прохожих, норовили измазать их сажей и обсыпать пеплом и т. д. В с. Доня Врбава (Чачак, Сербия), например, трое ряженых мужчин (мачкаре), один из которых изображал невесту, а двое других — сватов, вели беседы эротического содержания. После обхода села и сбора даров мачкаре, а также замужние женщины и женатые мужчины собирались в определенном месте села и устраивали различные эротические игры.

Маскарадные процессии — в селе их бывало и несколько — обычно насчитывали до 10, а иногда до 40 человек. В некоторых же селах ряженые ходили по одному, как, например, дедо в Маевице (Босния и Герцеговина), Пехтра (Перхта) в Корошке (словенцы). Пехтру обычно изображал мальчик, лицо которого было закрыто темным сукном с прорезями для глаз и носа. Он молча входил в дом, принимал дары и уходил. В обычае был обход ряжеными соседних сел. Если в селе или на дороге встречались две или более группы ряженых, то нередко они затевали между собой драки. Первоначально в процессии ряженых участвовали мальчики, юноши и молодые мужчины, а впоследствии и девочки и даже молодые женщины. В ряде областей, особенно в последнее время, в шествии ряженых принимают участие главным образом мальчики.

Ряженые мачкаре (Сербия)

Участие в карнавальных шествиях считалось делом почетным, к ним тщательно готовились. Характерным для масленичного ряжения было переодевание мужчин в женскую одежду; бывало и наоборот, как, например, в Конавле. Как правило, надевали старую, рваную одежду, специально вымазанную сажей, дегтем и т. д. Было принято также рядиться в различные одежды из овчины, надетые мехом наружу. Маскарадные костюмы были «украшены» колючими ветками, хвостами животных, пестрой бумагой, колокольчиками; подпоясывались чаще всего цепями.

Сербские масленичные маски

Маскарадных персонажей в масленичных процессиях было много, чаще всего их образы заимствовались из реальной жизни. Это были священнослужители, судейские чиновники, врачи, жандармы, сборщики налогов, разбойники, коробейники, турки, солдаты, цыгане и др. Особенно распространенными были фигуры деда и горбатой бабы с метлой, нередко с куклой-ребенком в руках. Значительно реже в масленичных процессиях встречались ряженые, изображающие дьяволов, фей, злую бабу Перхту, смерть и т. д. Самодельные или покупные маски ряженых были самые разнообразные — от простейших, сделанных из густой вуали, платков, лент или раскрашенной бумаги, до сложных раскрашенных масок из дерева, нередко с искусной резьбой, или из кожи и даже железа. Среди зооморфных масок особое распространение получили маски с рогами.

Самыми распространенными масленичными ряжеными в Словении (Штайерско), шествия которых наблюдаются и в наши дни, были коренты или куренты. Куренты — мальчики и юноши, подскакивая, вертясь и звеня колокольчиками, движутся по деревне и заходят в дома. Они одеты в вывернутые мехом наружу овчины, пестрые шерстяные носки; в руках — палка (ježevko), с прикрепленной на конце шкуркой ежа. Главный элемент костюма курента и его гордость — шапка-маска, которая так же, как и колокольчики, переходила от отца к сыну. Считалось, что сверхъестественная сила курента заключена в шапке; потерять ее или допустить, чтобы ее сняли с головы, — позор для курента. Верхняя часть шапки — из лохматого меха, с вороньими или индюшачьими перьями и двумя коровьими рогами, или двумя палочками, украшенными пучками перьев и лентами. Нижняя часть шапки, собственно маска, сделана из дубленой раскрашенной кожи. Нарисованы рот и глаза, выкрашенные яркой краской, изо рта высовывается длинный красный язык; так же ярко раскрашен и длинный кожаный нос; искусно нанизанные нитки фасоли имитируют зубы, а пучки сухих растений, например мяты, — усы. В процессии курентов обычно находился «черт» — ряженый во все черное или красное. Отдельные ряженые в маскарадных процессиях изображали животных: реальных — лошадь, осла, медведя, волка, тура, верблюда и фантастических.

Особое место в масленичных обрядах в Хорватии, главным образом в ее западных областях, и Словении занимает образ собственно карнавала (karneval, krnjo, krnješe — Далмация; pokladna baba — Славония; pust, korent, korant, kurent, slamnik, slamnati mož и т. д. — Словения, Истрия, Приморье). Это была большая, иногда в рост человека кукла, набитая соломой и тряпьем, с головой из большой тыквы (Славония), или глиняного горшка (Словения), или дерева (Словенская Истрия) и т. д. В последний день масленицы ряженые обычно вносили чучело в дома, и хозяева лили в рот карнавала вино, которое попадало в сосуд, помещенный внутри него. Во вторник, а в ряде областей Хорватии и Словении (например, в Истрии, Славонии, Каставщине, Корошке, Доленско и т. д.) в среду устраивали расправу над пустом. Этот обычай кое-где, например в Конавле, сохраняется и в наши дни. Известно несколько вариантов похорон пуста: так, в Словении его закапывали, топили в реке, расстреливали, сжигали. К месту похорон пуста собиралось множество народу, играли музыканты, молодежь пела, танцевала. На похоронах пуста присутствовал «врач», если пуста считали больным, или «адвокат», если он представлялся преступником, и его «жена» или «родители», безуспешно умоляющие о пощаде. Расправа над пустом — пережиток язычества, символизирующий, как предполагают, победу лета над зимой. Одновременно, как совершенно правильно подчеркивает югославский этнограф Н. Курет, этот обычай был как бы проявлением общественной критики, правом масленичных масок вершить суд над действиями общины в истекшем году. Особенно ярко это раскрывалось в стихотворных театрализованных сценах суда над карнавалом, предшествующих его похоронам.

Почти всегда на масленицу ряженые изображали свадьбу и свадебный поезд (мачкаре, оле, олалиjа, дивља свадба — сербы, черногорцы; svati, svatove — хорваты; svatovski prevoz, borovo gostüvanje — словенцы). С веселыми шутками, музыкой, песнями и плясками они ходили или ездили верхом на ослах, лошадях или в повозках по селу, собирали дары. В лесу у срубленного дерева, очищенного от сучьев и красиво украшенного лентами, «поп» совершал шуточный обряд венчания. В заключение устраивалось коллективное пиршество. Особенно торжественно шуточные свадьбы проводились в Словении (Прекмурье) в те годы, когда в деревне не было настоящих свадеб.

Наряду с такими развлекательными действиями иногда разыгрывались унизительные, жестокие сцены. В Словении и Хорватии до недавнего времени публично высмеивали парней и девушек, достигших брачного возраста, но не вступивших в брак. Их сажали в свиное корыто и волокли его по деревне или они сами тащили корыто, бревно или солому; в других случаях клали бревно у их дома или ставили на крышу фигуру соломенного деда и пр. В литературе высказывается мнение о связи масленичных свадебных игрищ с божеством плодородия.

Отчетливо прослеживается в различных масленичных обычаях и обрядах отражение земледельческого культа — особенно в обычаях имитации пахоты и сева. Такие обычаи бытовали среди хорватов (например, в Славонии и Междумурье) и словенцев (Штайерско, Доленско, Нотраньско и др.) вплоть до второй мировой войны. Из числа ряженых выделялась группа пахарей (orac, pluzar) в 3–8 человек. С плугом и бороной они обходили село, как бы опахивая его, заходили во дворы, где мужчины проводили борозду, а женщины совершали символический посев репы, кукурузы, проса и т. д. (обычно сеяли пепел, мякину или песок), за что получали дары — съестное. Плуг волокли сами ряженые, изображающие лошадей, или, как это было еще в первой четверти XX в. в Нотраньско, волы или лошади. При этом пели, шутили и желали хорошего урожая.

Прежде на масленицу (например, в Славонии, в Лепенице — Босния и Герцеговина) ряженые, изображающие волков (vukove) ходили цепочкой, держась друг за друга. К их одежде были прикреплены хвосты животных. Как и другие ряженые, они ходили по домам, где их одаривали, а в последнем доме устраивалась коллективная трапеза.

Обычай масленичного ряжения был широко распространен в Югославии еще перед второй мировой войной; в наши дни он забывается и исчезает. В некоторых областях этот обычай трансформировался; при сохранении старой формы в него вкладывалось новое содержание. Так, в Словении (Бочна) после второй мировой войны на масленицу по селам ходила процессия ряженых и как бы нарекала имена всем вновь построенным домам.^{815}

Коллективные трапезы с обильной едой были характерны для масленицы и особенно для ее последних дней, когда все ели и пили как можно больше. В Словении (окрестности Целье) считали, что, если на масленицу кто-либо, человек или скотина, будет голоден, то он будет страдать весь год. Было в обычае собираться всей семьей или несколькими родственными семьями (например в Македонии) за обедом или ужином. Устраивались и коллективные общесельские трапезы.

В последние дни масленицы православные прежде ели главным образом молочные продукты, а католики готовили жирную пищу из свинины; свиная голова была у них ритуальным масленичным блюдом. Недаром эти дни словенцы называли mastna nedelja или debelnica (masten — жирный; debel — толстый). У сербов Срема, Бачки, Лесковацкой Моравы было принято на масленицу есть кур. Ели вареные яйца, яичницу, жарили гренки в яйце. Чтобы весь год быть здоровым, утром ели хрен (хорваты — Иванец и др.).

В некоторых областях символически кормили диких животных и силы природы. В Македонии, например, «звали медведя на ужин» и специально для него готовили мамалыгу (качамак) или слоеный пирог (мазник — в Радовиш): в Струге на обед звали ветер.{816}

У сербов, черногорцев и македонцев в последний день масленицы было в обычае мириться друг с другом, просить у членов семьи и общины прощения; в Македонии это называлось прочка или прошка (прошка — прощение). В Банате ритуал прощения совершался у костров, горевших на улице.{817}

В весеннем цикле значительное место занимали обряды, связанные с культом предков. Так, например, у православных в одну из недель мясоеда (задушна недеља) поминают усопших. В эти дни читают поминальные молитвы в церкви и на кладбище, посещают кладбища, на могилах зажигают свечи, пьют вино, едят и оставляют пищу, устраивают поминки. Эти обычаи или отдельные их элементы в значительной мере бытуют и в наши дни как в деревне, так и в городе.

В селах Болеваца (Сербия) прежде на масленицу жгли общесельский костер, дрова для которого заготовляли семьи, похоронившие в истекшем году кого-либо из своих близких. Вечером у костра собирались односельчане, приносили с собой питье и еду (молоко, яйца, мед и др.), ели, а потом веселились до зари. В селах северо-восточной Сербии на масленицу, также у костра, устраивали коллективные поминки (привег) по людям, умершим семь лет назад.

В масленичном цикле хорватов и словенцев прослеживается лишь косвенная связь с культом предков. Некоторые ученые, например Ш. Кулишич, считают, что с образом бабы и разыгрыванием свадьбы связано божество плодородия и пережитки культа предков. С культом предков связывают и шествия ряженых волков, в которых, по народным верованиям, могли воплотиться души умерших. Высказывается также мнение, что вообще шествия масленичных ряженых аналогичны зимнему колядованию и что те и другие связаны с культом предков (С. Зечевич).^{818}

Немалое место среди обрядов масленичного цикла занимали различные магические действия, направленные на плодородие земли и скота, здоровье людей и защиту от действий злых сил.

В Сербии, Черногории и Македонии после масленичного ужина, когда вся семья собиралась вместе, подвешивали над столом на бечевке вареное яйцо и раскачивали его по кругу: каждый из присутствующих, либо только дети (например, в Гевгелии — Македония), стремился прикоснуться к нему губами или зубами. Верили, что этот обычай (он называется ламкане, хамкане, амкаjне, клоцање) способствует хорошему урожаю, увеличению поголовья скота и птицы и т. п. Было распространено поверье, что, если так же, как яйцо, подвесить тлеющий уголек и подуть на него, то это принесет здоровье людям и скоту.

В Ново-Винодолском было в обычае на руку соломенной куклы, изображающей мясопуста, вешать большой калач, куски которого бросали в толпу. Считалось, что этот калач приносит счастье и благополучие.