Синора Ависсу − граница бездны: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Хотя общество Магхорч казалось весьма сплочённым, внутренние конфликты всё же имели в нём место. Простолюдины враждовали друг с другом из-за права угодить чиновникам и аристократам, чтобы выторговать себе «хлебные места». Чиновники путём интриг получали новые должности. Аристократы устраивали распри, чтобы получить более высокий титул и стать ближе к царской особе. Разные «партии» ставили друг другу палки в колёса. Иногда доходило и до открытых конфликтов, но всё оканчивалось в худшем случае потасовкой или единичными смертями. Было и строгое правило: если оппонент занят делом, влияющим на жизнедеятельность государства, то мешать ему было недопустимо – саботаж на таком уровне грозил не только гибелью зачинщика, но и поголовным истреблением всех его родных и близких.

Подобные общественные отношения не считались в царстве Магхорч негативной стороной развития, а наоборот, поощрялись – повелители видели в такой борьбе между подданными проявление искренней верности и жажду служить правящей династии.

Проблема «Гхоршин-бархнэ» немного выделялась на фоне обычных распрей Магхорч. Здесь в одном конфликте были замешаны представители всех слоёв общества – от высших аристократов, до самых последних чернорабочих.

Несколько веков назад возникла легенда. Знатный род Тохамаки́д, происходивший от одного из кузенов первого царя земли Магхорч, затеял распрю с другой знатной семьёй – Носшерха́дами. Начиналось всё, как борьба за право первенства между кланами. Несмотря на родственную связь, правящие Гхоршариды брали жён из этих родов. Право на предоставление «царских невест» переходило от одного аристократического дома к другому в порядке почётной очереди. Но вот однажды одному из царей взбрело в голову наградить Носшерхадов за заслуги тем, что «главную жену» для повелителя решили взять из их рода досрочно, тогда как «второстепенные» жёны, чьи дети от царя не могли претендовать на престол, должны были быть набраны из другого знатного клана. Несмотря на то, что царское слово стояло выше законов, вельможам не понравилось столь вопиющее нарушение древней традиции.

Больше всех возмутились такой выходкой аристократы Тохамакид, так как в ту пору был их черёд предоставлять невест для царского сына.

Предводитель рода, Одзиран Тохамакид, был в ярости, что его дочери и племянницы будут находиться в тени дочери Носшерхадов, которая родит нового наследника престола, и вызовет внеочередное возвышение семьи его матери.

Тохамакиды стали оспаривать царский выбор, что было впервые в истории Магхорч. Между ними и Носшерхадами вспыхнула нешуточная борьба. Несколько представителей родов погибли в этой схватке. В итоге распря была прервана вмешательством генетиков, которые и без того всегда ломали голову, как исправить накапливаемые из-за близкородственных связей недуги. «Главную жену» для царского сына всё-таки взяли от Тохамакидов, в соответствии с древним порядком. Казалось, что конфликт исчерпан. Но вот старый царь умер. Его сын, став заняв престол, внезапно объявил, что отправляет свою «старшую царицу» в её родовой дом вместе с рождённым ею мальчиком. Новой женой молодого царя стала представительница Носшерхадов. А Тохамакидов, которые на тот момент были самым знатным аристократическим кланом после самих Гхоршаридов, стали всячески притеснять. Умер Одзиран. Несчастье приключилось с его старшим сыном. Младших сыновей обвинили в заговоре и отправили в ссылку, где все они умерли при странных обстоятельствах, не оставив потомства. Казалось, род Тохамакидов перестал существовать.

Тем не менее, у опального клана нашлись и сторонники в разных слоях общества. От них и пошла легенда, что сын царя, отправленный вместе с бывшей царицей в изгнание, даст начало новой династии. Тохамакиды были уважаемы в обществе не меньше чем царский род, и некоторые подданные считали, что повелитель поступил неправильно и навлечёт на династию гнев божеств пантеона Магхорч.

За несколько лет царской немилости следы отпрыска правящей семьи затерялись, но было известно одно: он выжил и смог обзавестись потомством. Некоторые жители Магхорч полагали, что если бы им удалось возвести опального наследника или его детей на престол, то вся милость нового правителя снизошла бы на них. Возникали тайные сообщества, как правило, небольшие и сильно законспирированные. Противников «Гхоршин-бархнэ», то есть «законного сына Гхоршаридов», было гораздо больше, чем сторонников. Повелитель Магхорч и Царское Собрание позаботились о том, чтобы пропаганда превратила конкурента во врага народа и божеств. Горе-заговорщиков, даже ни разу не видевших людей из ближнего круга «опального царевича», не говоря о нём самом, ловили, пытали и публично приносили в жертву.

Ашетэх сообщил, что сам он придерживался вполне лоялистских взглядов, хотя и не был доволен планами царя и Собрания, касающихся завоевания Магхорч Предтеч. Война за родную для человечества планету казалась ему опасным и довольно бесполезным делом. Он изучал астрономию в военной академии и прекрасно знал, что в ближайших окрестностях от солнечной системы Магхорч находятся вполне подходящие для терраформирования небесные тела. С учётом неприхотливости народа Магхорч, процесс колонизации не составил бы особого труда. Пленник рассказывал, что, несмотря на отсутствие космической техники хотя бы для орбитальных полётов, учёные всё-таки смогли разработать проект межпланетных летательных аппаратов, которые должны были использовать телепортацию для перемещения на дальние расстояния. На новом месте предполагалось соорудить гигантские приёмные порталы для колонистов, техники и строительных материалов. Однако власти решили, что пришло время для возвращения в земли предков. Предвкушение большой крови и бесчисленных жертв во славу божеств пантеона Магхорч были сильнее, чем желание просто найти дополнительное место для жизни людей.

Генерал Юдин просмотрел видеозапись разговора Красина с Ашетэхом, но снова решил, что информация о «пятой колонне» в рядах противника не заслуживает серьёзного внимания. Однако он всё же дозволил продолжить работу над выявлением недовольных среди военнослужащих и иных подданных Магхорч.

Теперь министр обороны России решил привлечь Ашетэха к налаживанию общения с единственным пленным солдатом-великаном, который уже неоднократно пытался свести счёты с жизнью, уморив себя голодом или разбив голову о стену.

Карлик усомнился, что воина, считающегося роднёй бога войны Ахфоторма, можно перетянуть на свою сторону, но в итоге согласился с тем, что стоит потратить немного времени и на упрямого громилу.

Глава 33

Великан сидел в тесном помещении, напоминавшем палату для буйных сумасшедших. Это сооружение разработали и создали за несколько дней, чтобы можно было без помех исследовать живого бойца-клона. Обивка стен смягчала любой удар о них, поэтому гигант не мог нанести себе повреждений. Прошло несколько дней с тех пор, как его отвязали от кровати, на которой он лежал после очередной неудачной попытки суицида. Казалось, что воин Магхорч смирился с пленом.

Солдат-великан сидел на стеганом полу и безучастно смотрел в потолок. Он всё время молчал. На нём был простой холщовый комбинезон. На руках, ногах и шее заключённого были специальные браслеты, которые пропускали сквозь него ток высокого напряжения, если он пытался вести себя неадекватно. Даже туалет и умывальник в этом помещении были сделаны так, чтобы пленный мог воспользоваться ими только по прямому назначению. В последнее время великан прекратил голодовку, видимо догадавшись, что ему всё равно не дадут умереть.

И вот однажды охранники-синоряне пришли и обездвижили его, а затем пристегнули цепями к крепежам в стене. В дверь камеры вошёл Ашетэх, в постиранном и выглаженном мундире.

Солдат взглянул на своего гостя без особого интереса, тем не менее, что-то слегка изменилось в его непроницаемом скуластом лице.

За стенами камеры переводчики приготовились записывать беседу пленников.

− Ты узнаёшь меня? – спросил Ашетэх воина на языке Магхорч.

Ответа не последовало. Великан поднял глаза и стал пялиться в потолок.

− Я знаю, ты попал в ситуацию, которой не должно быть в принципе. Мы не можем оказаться в плену, но это так. Наши правители и военачальники не рассчитывали, что противник окажется столь силён и умён. Нет никакой твоей вины в том, что ты оказался здесь.

Солдат по-прежнему молчал. Ашетэх прошёл к одной из стен и тоже уселся на пол.

− Для его величества мы с тобой, как и другие пленные, уже не существуем. Нас могут считать погибшими и хвалить в поминальных речах, либо просто придать забвению. Я шёл к тебе в полной уверенности, что ты не захочешь говорить со мной, однако я всё же надеюсь, что ты перекинешься хотя бы парой слов со своим командиром…

− У меня нет командира! – вдруг зарычал великан, бросая яростный взгляд на собеседника. – Командиры есть у воинов. Я не воин, ведь настоящие бойцы не могут попасть в плен, но только выполнить приказ или пролить свою кровь во славу Ахфоторма! Я не могу сделать ни того ни другого, значит я не воин. Иным ремеслом, кроме выполнения приказов и участия в сражениях, я заниматься не могу. У меня нет дел, у меня нет целей, но я не мёртв. Если так, то я просто живой кусок мяса, который жрецы постыдятся принести в жертву богам, так как моя слава воина рассыпалась в прах! Оставь меня!

Гигант снова поднял глаза. Было слышно, как заскрежетали его зубы.

− Ну вот, уже лучше, − проговорил Ашетэх. – Судя по твоему яростному рычанию, у тебя весьма много сил, чтобы быть воином. Если тебе нужны приказания, я готов отдавать их, как и раньше.

Солдат изобразил неподдельное изумление на своём грубом лице.

− Ты?! Приказания?! А ты кто такой?!

− Я твой командир, я руковожу ксармуном, в котором ты служишь.