– Чшь, это Колоницкое кладбище, – ответил Проклятый и совсем тихо добавил: – Здесь принято говорить в полголоса. Или просто молчать.
Мы прошли в высокую каменную башню, очень напоминающую островной маяк. Поднявшись по винтовой лестнице, Судли провел нас в крохотную комнату, где среди множества зеркал ярко горел масляный фонарь.
– Присаживайтесь, – старик указал на низкие деревянные скамьи.
Проклятый нежно провел по шероховатой поверхности и медленно закрыл глаз. Нахлынувшие на него воспоминания заставили на долго выпасть его из окружающей нас реальности.
* * *
Юный учитель впервые прикоснулся к заморской культуре, гораздо позже студиозной скамьи. Надев мантию учителя, он передавал знания третий год, когда судьба приготовила ему весьма интересную встречу. Проходя мимо странного и чуждого его восприятию бугрового кладбища, он немного замедлил шаг и принялся рассматривать причудливые надгробия, пытаясь различить на них предсмертные надписи и имена умерших горожан. Но не увидел ни того, ни другого. Камни были безымянными.
– После смерти Колониец теряет имя. Поэтому мы не указываем его на холме, – произнес чей-то слегка хрипловатый, дребезжащий голос.
Учитель обернулся. Перед ним стоял пожилой мужчина: слегка вытянутое, худое лицо было покрыто седой щетиной, а длинные волосы – затянуты в хвост.
– Разве это правильно? – спросил учитель.
– Правильно, но непривычно. Для тебя, но не для меня, – странно ответил старик. – Меня зовут, Судли Со. Я старейшина Пришлого квартала. Заходи в гости.
Учитель ничего не ответив, молча последовал за ним, словно заранее знал, что поступает абсолютно правильно.
Они поднялись по винтовой лестнице и оказались в крохотной комнатке высокой округлой башни.
– Что это?
– Это Арит. Что-то вроде маяка. Только наш маяк указывает путь не живым, а мертвым, – рассудительно ответил старейшина.
– Разве им нужны ориентиры? – удивился учитель.
– Любому человеку оказавшемуся в мрачном царстве нужен ориентир, иначе он может заплутать среди одиноких гор, так и не найдя должного пристанища…
* * *
Я внимал каждому слову, хорошо представляя себе эту странную встречу…
– Скажи, Судли. Ты же знал, что всё так случится, – внезапно прекратив рассказ, спросил Проклятый.
– Иногда страх перед будущим может заставить нас сбиться с нужного пути, а иногда помогает. Только как узнать, какая именно дорога ведет в нужном направлении? – неоднозначно ответил старейшина.
– Но ты ведь знал… все знал заранее.
– Я не мудрец и не способен видеть будущее во сне, – не раздумывая, ответил старик. – Если бы я ведал, что зло придет в наш городок, и мы серыми тенями будем слоняться среди обугленных домов, то наверняка избежал бы этого. Но…
– Но ОНА дала тебе знак, – догадался Проклятый.
Старик утвердительно кивнул.
– Лейла всегда покровительствовала нашему народу.
Я ничего не мог понять, но продолжал внимательно ловить каждую произнесенную фразу.
– Стало быть, она все знала наперед. Знала, что в город придет зло. Почему же тогда, вы допустили все это? – сжав кулаки, сквозь зубы проскрипел Проклятый.
Старик слегка смутился, но всё же ответил:
– Зло иногда неизбежно. ОНА сказала, что всё в жизни предначертано свыше и не в наших силах изменить это. Но все случается не просто так. Уловил?
– Я мог бы с легкостью убить его, если бы ведал, что так обернется. И не было бы тысячи жертв, изуродованных душ. Не было бы этого ужасного пожара! И не было бы этой безумной тяжести чужих грехов! – возмутился Проклятый.