– Или, может, ты ждал, что я приведу в свою спальню Огненного? Я ведь падшая женщина, не так ли? Почему бы и дальше не соответствовать этому образу?
– Даже не думай! – Я и глазом моргнуть не успела, как Лунный оказался рядом. Развернул меня резко и припечатал к комоду. Устроил руки на гладкой полированной крышке, поймав меня в самый настоящий капкан.
Предсказуемо, да и только…
– О, ты запрещаешь мне даже думать? Это что-то новенькое! – усмехнулась я в лицо Теару. Понимала, что играю с огнем, испытывая терпение итару, но остановиться уже не могла.
В конце концов, я всегда могу позвать на помощь стражу. Раз уж его величество решил свести меня с Огненным, вряд ли его обрадует нахождение Теара в моих покоях, да еще среди ночи.
– Да! Я запрещаю тебе даже думать об этом Огненном! И не смей флиртовать с ним, Мел!
Рык лаэра прозвучал, словно приказ, и это лишь сильнее разозлило меня. Добавило искр в бушующий внутри пожар, и я бросила с вызовом:
– Почему? Потому, что ты ревнуешь, Теар?
На несколько мгновений в спальне повисла тишина. Лишь только шумное дыхание сотрясало воздух. Лунный неотрывно смотрел мне в глаза. На плотно сжатых челюстях играли желваки, а ноздри раздувались так, что казалось, из них вот-вот повалит пар.
И я даже успела пожалеть о брошенных в порыве словах. Потому что не знала, какой хочу услышать ответ. Не знала, как реагировать, если Теар признается, что и вправду ревнует – так же сильно, как ревновала я, видя его идущим под руку с невестой. Или когда узнала, что он спал с этой похотливой фрейлиной – леди Илейн.
Но итару опять удивил меня:
– Потому, что я так сказал!
Я не сдержалась и бросила ему в лицо:
– Невесте своей об этом скажи! Ею будешь командовать – не мной!
Взгляд потемневших глаз итару стал еще жестче. Еще яростнее.
Кажется, мы вновь зашли в тупик, и этот глупый бессмысленный спор, как и прежде, ни к чему не приведет. Но я все же предприняла последнюю попытку достучаться до него.
– Сколько тебе повторять?! Я не твоя собственность, Теар! И не хочу ею быть!
– Так ли уж не хочешь?
Что?!
Я вновь удивилась резкой смене его настроения. И тона голоса, в котором зазвучали новые нотки. А потом почувствовала горячую ладонь Теара на своем бедре. Она обжигала даже сквозь гладкий шелк платья, заставив вздрогнуть от контраста температур.
О, боги, что он творит?
– Теар, не надо…
– Надо! Я и так слишком долго ждал…
Злость из его глаз куда-то исчезла. Ее место занял голод. Желание, дикое и неконтролируемое, смерчем закручивающееся на дне радужки.
Ладони Теара сжались на моих бедрах, и он притянул меня к себе, буквально впечатывая в жесткое каменное тело. Мгновение – и он впился мне в губы с таким надрывом и жаждой, словно они были самым вожделенным сосудом на свете. Влажный язык ласкал, толкался внутрь, овладевая ртом.
А я и не думала сопротивляться. Стояла, словно завороженная, не зная, что противопоставить его мощному звериному напору.
Отмерла, лишь когда почувствовала, как изменяется его тело. Как набухают и без того тугие мышцы на руках, как непробиваемая броня покрывает шею и ребра. Теар менялся, он не мог сдержать оборота, так же как и оторваться от моих губ.
Отстранился всего на мгновение, когда я дернулась в бессмысленной попытке высвободиться.
– Я соскучился, дико. И я сдохну, если ты мне сейчас откажешь. – Его голос хриплый и рваный. Но такой знакомый и родной!
Волна – нет, лавина ощущений накрыла меня с головой, возвращая в прошлое, когда я так же, как и сейчас, чувствовала желание итару, пульсировавшее в каждой клеточке его тела. Когда знала, что нужна ему, необходима, как утопающему необходим глоток живительного воздуха.