– Простите, но… Я думала, ее величество уехала за перевал. Разве фрейлины не отправились с ней?
– Фи… – Дамочка фыркнула и состроила брезгливую гримасу. – За перевал! Вот еще! Там же… там же нет никаких условий для жизни! Чтобы я добровольно отправилась в эту глушь? Да ни за что!
Я чуть было не рассмеялась в ответ. Вот же дурная! Королева, значит, не побрезговала, а эта тут сидит, строит из себя невесть что. Интересно, эта мадам хоть представляет, какой опасности подвергает свою жизнь, оставаясь в Долине?
Впрочем, не мне ей объяснять. Да и чувствую, с таким норовом все доводы рассудка будут восприняты исключительно в штыки.
– К тому же, – заговорщически подмигнула лаэри, – с отъездом большинства фрейлин конкуренция за достойных холостяков стала заметно меньше. – Леди захихикала и приложила изящный веер к лицу. – Жаль, что с каждым годом их становится все меньше.
Собеседница огорченно вздохнула, а я перехватила ее взгляд, брошенный в сторону Айрис Водной.
Многоликий Эхжи, только не говорите, что эта блондинка положила глаз на Теара!
И… я не знаю, чем руководствовалась в тот момент и зачем вообще продолжила эту глупую беседу, но вопреки доводам рассудка поинтересовалась:
– Вы имеете в виду кого-то конкретного? Неужели итару Лунных? Я слышала, скоро у него свадьба с Водной.
Фрейлина демонстративно опустила глазки и вновь прикрылась веером. А потом вдруг пододвинулась ближе и, изрядно понизав голос, зашептала:
– Не понимаю, и чего он в ней нашел? Она же совсем девчонка! Неопытная, неумелая. Да к тому же Водная – говорят, они холодные, как рыбы. А Теар, он… – Блондинка мечтательно закатила глаза к потолку. – Он такой пылкий, такой страстный!
Я с трудом сглотнула вставший в горле ком. Потому что произнесла она это так, словно имела возможность убедиться в пылкости и страстности Лунного на собственном опыте!
– А вы, значит, проверяли? – произнесла я как можно более беззаботно, всеми силами пытаясь скрыть нахлынувшую злость.
– Ну… – И вновь эти опущенные глазки и улыбка, скрытая за кружевом веера.
Мне стало тошно – от общества этой дамочки, от всех этих сплетен, от осознания того, что Теар никогда не был и не будет моим. И эта его ревность, которую я чувствовала сегодня на балу, была не ревностью толком. А дурацкими собственническими замашками!
Почему, спрашивается, я должна быть верна Лунному, когда сам он направо и налево гуляет по фрейлинам?
– Кстати, представляете… – Леди Илейн вновь подалась ко мне и зашептала, теперь уже совсем тихо, словно собиралась посвятить меня в самый большой секрет на свете: – Не так давно я видела, как из экипажа господина Лунного выскочила полуголая девица! Верите? Завернутая в одно покрывало!
Я испуганно замерла. По телу прокатилась волна жара, и спина покрылась противным липким потом.
О, боги, только не говорите, что она меня узнала!
– И… И что это была за девица? – Горло пересохло, и я поспешила сделать глоток вина, благо, как раз возле диванчика стоял столик с напитками.
– Не знаю. Я толком не разглядела. Темненькая. Чем-то на вас похожа. Но вряд ли она представлена ко двору. Приличные девушка, сами понимаете, голыми по чужим повозкам не скачут.
Конечно, приличные девушки трахаются с чужими женихами за плотно закрытыми дверями спален! А потом не стесняются похвастать перед всеми, не понимая, что в первую очередь порочат именно себя!
Но, видимо, это так принято среди фрейлин – делиться собственными постельными «достижениями».
Шерх, как же противно!
Хотя… чего я злюсь? Ведь сама такая же.
И если леди Илейн спала с Теаром ради собственного удовольствия, то я делала это за деньги…
Я не стала надолго задерживаться в зале отдыха. Не спеша допила бокал с вином, одновременно выслушивая многочисленные расспросы и догадки относительно Хейла. Видимо, хищница Илейн решила переключить свое внимание с Лунного на Огненного и теперь прощупывала почву, пытаясь вытянуть из меня как можно больше сведений. Но ничего интересного я ей не поведала, а после, сославшись на усталость, и вовсе поспешила откланяться. Да чуть не забыла на столике эту пресловутую розу, подаренную Огненным. Но внимательные барышни, конечно, не позволили мне уйти без подарка.
Я, наконец, покинула нежеланное общество и облегченно выдохнула, радуясь, что трудный день подошел к концу. Хотелось уже поскорее избавиться от тесного платья и украшений, что под конец вечера казались заметно потяжелевшими. Да и устала я от суеты, от новых лиц и знакомств, которых вообще не должно было быть в моей жизни. Но они случились, и за оставшуюся часть ночи мне предстояло как-то переварить полученную информацию, чтобы достойно держаться на завтрашнем совете.
Из зала торжеств я вышла в просторную галерею, по одну сторону которой тянулась вереница мраморных колонн. Бросила взгляд через плечо – мои стражи молчаливыми тенями шли следом.
Что ж, значит, будет у кого спросить дорогу, если заблужусь. Все же я не настолько хорошо знаю королевский дворец, чтобы разгуливать здесь в одиночестве.