– Я тоже так подумала в тот день, когда Джуд пришел ко мне и рассказал, что случилось. У него был такой вид, словно ты по живому вырвала у него сердце из груди, – откликнулась Холли.
– Теперь я понимаю. Понимаю, почему он меня ненавидит.
Что ж, я действительно заслужила и ненависть, и презрение. Я столько пережила, когда весь Сауспойнт судачил обо мне, тоже сразу сделав выводы, вместо того чтобы разобраться, и точно так же сама поступила с Джудом! Для того, кого любила, я стала такой, какую сама же ненавидела.
Холли усмехнулась, мрачно и глухо.
– Ну и бестолковая же ты сучка, Люси. – Она вылила все, что оставалось в стакане, в воду. – Джуд тебя не ненавидит. Несмотря на все, что он уже знает и что говорила ему я, он все еще любит тебя.
У меня нашлось только одно объяснение этим словам: я только что оказалась в параллельной вселенной.
– Все еще любит меня? – шепотом переспросила я.
Холли кивнула:
– Любит и, думаю, всегда будет любить.
Нужно было бежать искать Джуда. Извиниться, попросить прощения, ведь как ни закапывала я свои чувства в могилу, я тоже его любила.
– Спасибо, Холли. – Я посмотрела ей прямо в глаза.
– Не стоит благодарностей. Я это не для тебя сделала, а для него, так что не думай, что чем-то мне обязана.
Она не собиралась жалеть мои чувства, но я была благодарна ей – девушке, которую считала любовницей Джуда, девушке, которая оказалась лучшим его другом, девушке, которая рассказала, как все было на самом деле.
– Холли, – я отложила пустую банку в сторону, – а кто отец маленького Джуда?
Она резко вздохнула. Строго говоря, это было не мое дело, и я всерьез ждала, что меня отправят по известному адресу, когда над причалом разнесся знакомый голос и ее лицо исказила гримаса отвращения.
– И кто это тут у нас? А-а, две самые прекрасные дамы, которые когда-либо попирали своими ножками коридоры Сауспойнт-Хай.
Сойер. Услышав его, я застонала, а Холли замерла и примолкла. Доски пирса скрипели под ногами Даймонда, одетого в отглаженные брюки цвета хаки и футболку поло с модным логотипом.
– Привет, красавица. – Он наклонился, целуя меня. От него несло алкоголем и клюквенным соком. – И мисс Холли. – Сойер смерил девушку презрительным взглядом. – Как приятно находиться в вашей компании. Как там маленький ублю… – Он прихлопнул рот ладонью, но глаза все равно сияли удовольствием. – …То есть я хотел сказать ребенок?
Она медленно поднялась, не сводя с Сойера сверкающего от ярости взгляда.
– Пока это в моих силах, ты никогда об этом не узнаешь. – Оттолкнув его, Холли сбежала с пирса и растворилась в толпе.
– Полагаю, тебе стоит тщательнее выбирать, с кем общаться, Люси, – назидательно произнес Сойер. – Девушки с такой репутацией, как у нее, не помогают девушкам с такой репутацией, как у тебя.
– Сойер, мы через неделю школу заканчиваем. Ты всерьез думаешь, что мне еще не пофиг на собственную репутацию? – Я резко поднялась на ноги – уж очень мне не понравилось, как он наклонился ко мне с поцелуем. – И та гадость, что ты сказал Холли… Как ты посмел назвать ее ребенка ублюдком?
Отсалютовав мне стаканом, он заявил:
– Так яблочко от яблони недалеко падает.
Пустой стакан Сойер зашвырнул в озеро.
– Мило. – Я скрестила руки на груди. – Ты что, не в себе сегодня?
– Просто я адски завелся, Люси. – Он схватил меня, прижал к себе, его ладони нагло щупали меня за задницу. – Мне нужна разрядка. – Перекинув мой локон через плечо, он пробежал губами по моей ключице. – А судя по тому, как ты сегодня одета, что-то мне подсказывает, ты наконец-то готова мне с этим помочь.
– Да какого хрена, Сойер, – выругалась я, отталкивая его – сильнее, чем планировалось, но точно не так сильно, как он заслуживал. Не знаю, алкоголь виноват или во мне проснулась нечеловеческая сила, но Сойер споткнулся и рухнул спиной в воду.
– Твою мать, Люси! – заорал он, выныривая на поверхность.
– Приятно тебе поплавать.