Маленькая страна: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Ты спятил? Тут все десять метров! Я разобьюсь насмерть.

Я не колебался ни секунды. Так мне хотелось доказать Жино, что я круче Франсиса. Я вылез из воды и решительно направился к лестнице трамплина. Ступеньки были скользкие, а площадка терялась в тумане. Пока я карабкался вверх, по лицу ручьями текла вода и даже глаз не давала открыть. Я изо всех сил цеплялся руками за поручни и молил Бога — только бы не сверзиться. Ребята глядели на меня как на сумасшедшего. Наконец я долез доверху и дошел до края трамплина. Друзья не могли поверить. Сверху их головы были похожи на разбросанные по воде мячики. Меня не мутило, только сердце колотилось со страшной силой. Хотелось вернуться. Но я так и видел физиономию Франсиса: как он начнет насмехаться над струсившими мамочкиными сынками. И Жино меня запрезирает, переметнется к Франсису, а потом вообще отвернется, забудет о нашей дружбе и о клятве на крови.

С вышки было видно все: Бужумбура, огромная равнина, синяя гладь озера Танганьика, а за ним — вековые горы Заира. Я стоял голышом над своим родным городом, и меня омывали косые волны тропического ливня. Кусочки бледной радуги проступали на пенистых облаках. Друзья кричали: «Прыгай, Габи! Давай, Габи! Давай!» Страх нарастал. Тот, что обычно подло сковывал меня. Я повернулся спиной к бассейну. Пятки теперь нависали над пустотой. По ноге спиралью побежал желтый ручеек — я описался. Для храбрости я, перекрикивая шум дождя, подобный грохоту водопада, издал боевой клич индейцев. В тот же миг мои ноги поджались, спружинили, и я полетел спиной вперед. Тело перевернулось в воздухе, кувырок получился безупречный, как будто им управляла какая-то неведомая сила. Дальше я просто падал безвольной куклой. Провал в сознании, а потом меня поймала в ватные объятия вода, обдала жарким вихрем, как лихорадка больного, и каскадом щекочущих пузырьков. Я опустился на самое дно бассейна и распластался там со сладким чувством своего геройства.

Когда же вынырнул — какой триумф! — ребята кинулись ко мне, вопили «Габи! Габи!», бассейн гудел, точно большой тамтам. Жино поднял мою руку, как чемпиону на боксерском ринге. Франсис поцеловал меня в лоб. Мокрые руки обнимали, теребили, сжимали меня. Я это сделал! Второй раз в жизни победил проклятый страх. И скоро вовсе отброшу этот позорный черепаший панцирь.

Прибежал местный сторож — гнать нас прочь из бассейна. Мы похватали мокрые одежки и дунули со всех ног, задыхаясь от хохота. Даже таксист покатился со смеху, когда мы в чем мать родила запрыгнули в его машину. Стемнело, дождь не унимался. Машина с включенными фарами медленно ехала вниз по извилистой дороге, мы проезжали район Кирири. Чтобы увидеть город, приходилось протирать запотевшее стекло мокрыми трусами. Теперь Бужумбура была плантацией огней, усыпанным светлячками полем, которое разгоняло сумрак долины. По радио Джеффри Ориема пел «Макамбо», и его голос был каплей блаженства, таял в наших душах как кусочек сахара, успокаивал нас, ошалевших от чрезмерного счастья. Никогда мы не чувствовали себя такими свободными, переполненными жизненными силами, дышащими в унисон, связанными общим кровотоком, пропитанными общей негой. Я жалел, что так плохо думал о Франсисе. Он такой же, как мы, как я сам, обычный мальчишка, который перебивается, как может, в мире, не оставляющем ему выбора.

На Бужумбуру хлынул настоящий потоп. Сточные канавы выходили из берегов, по ним из верхней части города и до самого озера неслись потоки мутной воды вперемешку с мусором. Дворники елозили по лобовому стеклу без всякого толка. Лучи автомобильных фар метались по дороге, прорезая чернильную тьму и заставляя дождевые капли вспыхивать белым и желтым цветом. Мы возвращались в свой тупик, исходную точку этого безумного дня.

На мосту через Мугу такси внезапно остановилось. Так резко, что нас швырнуло вперед и мы повалились друг на друга. Франсис врезался головой в приборную доску. Когда он ее поднял, из носа сочилась кровь. Очухавшись, мы посмотрели на водителя, и нас поразил его вид. Он замер, точно пораженный громом. Вцепившись в руль окаменевшими руками и глядя на дорогу вытаращенными глазами, он повторял: «Шейтани! Шейтани!» То есть дьявол.

Мы увидели, как прямо перед нами, там, куда еле доставал свет фар, промелькнула тень черного коня.

22

Утром 7 апреля 1994 года в тиши пустого дома раздался телефонный звонок. Папа в ту ночь дома не ночевал. Пришлось мне самому снять трубку.

— Алло?

— Алло?

— Мама, ты?

— Позови отца, Габи.

— Его нет.

— Как это нет?

Мама помолчала. Я слышал, как она дышит.

— Я сейчас приеду.

На участке опять, как в день после переворота, не было ни души. Ни Протея, ни Донасьена, ни даже сторожа. Все испарились. Мама очень скоро приехала на своем мотоцикле. И, не успев еще снять шлем, взбежала по ступенькам на террасу, чтобы поскорее обнять нас с Аной. Все как-то судорожно. Она приготовила на кухне чай, потом пришла в гостиную. Сжимая чашку в ладонях, дула на облачко ароматного пара.

— И часто отец оставляет вас одних?

Я сказал «нет», а Ана в тот же миг сказала «да».

— Когда случился переворот, папы не было дома, — добавила Ана, как будто подводя итог.

— Мерзавец! — возмутилась мама.

Когда папа вернулся и вошел в гостиную, он даже ни с кем не поздоровался. Только, кажется, удивился, что мама тут, сидит на диване.

— Что ты тут делаешь, Ивонна?

— Тебе не стыдно оставлять детей одних на всю ночь?

— А-а… ну-ну! Хочешь поговорить об этом? В самом деле? Не тебе меня упрекать, когда ты сама ушла и бросила семью.

Мама закрыла глаза, опустила голову. Стала всхлипывать, утерла нос рукавом. Папа сурово на нее смотрел, готовый продолжать схватку. Когда она снова посмотрела на нас, глаза у нее были красными от слез.

— Сегодня ночью были убиты президенты Бурунди и Руанды. Самолет, в котором они летели, был сбит над Кигали, — сказала она.

Папа, сраженный, рухнул в кресло.