Саксонские Хроники: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— И больше ты ничего не знаешь? — уточнил Эркенвальд.

— Я знаю, что помог похоронить мертвых, — ответил Ассер, — и вознес молитвы за упокой их душ, и еще я видел тлеющие угли на месте сгоревшей церкви, но что сделал Утред, когда покинул место резни, этого я не знаю. Я знаю только, что он отплыл на запад.

Альфред демонстративно не принимал участия в процессе, но ему явно понравился Ассер, потому что, когда валлийский монах закончил давать показания, король поманил его к помосту, наградил монетой и даже удостоил недолгой беседы.

Члены витана обсуждали услышанное, время от времени поглядывая на меня с тем любопытством, которое вызывают в нас обреченные люди. Августейшая Эльсвит, внезапно став очень любезной, улыбнулась Ассеру.

— У тебя есть что сказать в свое оправдание? — вопросил меня Эркенвальд, когда Ассера отпустили.

— Я подожду, пока все закончат врать, — ответил я.

Вообще-то Ассер, конечно же, сказал правду, причем изложил факты очень четко, толково и убедительно. На советников короля он явно произвел впечатление, точно так же, как и второй свидетель Эркенвальда.

Им оказался Стеапа Снотор, тот самый верзила — воин, который никогда не отходил от Одды Младшего. Он выпрямил спину и расправил плечи, на его хищном, туго обтянутом кожей лице, как всегда, застыло зловещее выражение. Посмотрев на меня, он поклонился королю, положил огромную ручищу на Евангелие и позволил Эркенвальду привести себя к присяге, поклявшись говорить одну только правду под страхом вечных мук, после чего хладнокровно солгал. Он говорил спокойно, ровным, невыразительным голосом. Стеапа заявил, что возглавлял отряд воинов, которые охраняли то место возле Синуита, где строилась новая церковь, и рассказал, как два судна пришли туда на рассвете, и как воины хлынули с кораблей на берег, и как он сражался с ними и убил шестерых, но нападавших было много, слишком много — и ему пришлось отступить. Но он видел, как напавшие убили священников и слышал, как вождь язычников, похваляясь, прокричал свое имя.

— Свейн, вот как его звали.

— И что, этот Свейн привел два корабля?

Стеапа помедлил, нахмурился, словно ему было трудно сосчитать до двух, но потом кивнул.

— Да, он привел два корабля.

— И командовал обоими?

— Нет, Свейн командовал только одним из кораблей, — ответил Стеапа. — А вторым командовал вот он. — И ткнул в меня пальцем.

Тут в зале поднялся такой шум, что Альфред хлопнул по подлокотнику своего кресла и в конце концов встал, чтобы восстановить тишину. Но Стеапа даже бровью не повел. Он стоял непоколебимый, как дуб, и, хотя и не изложил свою историю так же убедительно, как брат Ассер, в его показаниях было нечто убийственное. Они были такими прозаическими, такими сухими, такими прямыми — и при этом все, от первого и до последнего слова, было неправдой.

— Хорошо. Утред командовал вторым кораблем, — сказал Эркенвальд. — Но вот участвовал ли Утред в убийствах?

— Участвовал ли? — переспросил Стеапа. — Да он их возглавлял. — Он буквально прорычал эти слова, и люди в зале взревели от гнева.

Эркенвальд повернулся к королю:

— О мой повелитель, этот человек должен умереть!

— И у него надлежит отобрать все земли и добро! — прокричал архиепископ Алевольд так возбужденно, что капли его слюны зашипели на ближайшей жаровне. — Отобрать и передать церкви!

Люди в зале одобрительно затопали ногами.

Эльсвит энергично кивнула, но архиепископ хлопнул в ладоши, призывая к молчанию.

— Мы еще не допросили самого Утреда, — напомнил он Эркенвальду и кивнул мне. — Теперь твоя очередь. Говори! — отрывисто приказал он.

— Умоляй о прощении, — тихо посоветовал мне Беокка.

Когда ты по горло в дерьме, самое лучшее — нападать самому. Я повел себя следующим образом. Сначала признался, что действительно был у Синуита, что вызвало живую реакцию в зале.

— Но вовсе не прошлым летом, — продолжал я. — Я был там весной, когда убил Уббу Лотброксона, и в этом зале есть люди, которые видели, как я это сделал! Однако Одда Младший заявил, что честь победы принадлежит ему. Он взял знамя поверженного противника, доставил его к королю и заявил, что сам убил Уббу. И теперь, боясь, как бы я не рассказал всем правду, а именно: что он трус и лжец, — этот человек собирается убить меня с помощью лжи. — Я указал на Стеапу. — Его лжи.

Стеапа сплюнул, чтобы выказать свое презрение. Одда Младший казался взбешенным, но ничего не сказал, и некоторые это заметили. Если тебя назвали лжецом и трусом, обидчика следует немедленно вызвать на бой, но Одда остался недвижим, как пень.

— Ты не можешь доказать, что говоришь правду, — сказал Эркенвальд.

— Я могу доказать, что убил Уббу, — ответил я.

— Мы здесь не для того, чтобы обсуждать это, — поспешно проговорил священник, — а для того, чтобы решить, нарушил ли ты своим нечестивым нападением на Синуит мир, заключенный нашим королем.