Отыскав очки, Екатерина Константиновна успокаивается. Она надевает их, победно оглядывает комнату, точно видит её впервые, и смеётся.
Смех у бабушки тонкий, и если слушать бабушку с закрытыми глазами, то обязательно покажется, что это смеётся девчонка.
В конце концов оказывается, что кочан куплен отличный, а вот мясо — никуда! Ужасное ей подсунули мясо!
Бабушка отчаивается:
— Из такого мяса никто ничего путного не сварит! Что скажет дедушка?!
Дедушка — главный авторитет в семье. И Севкина мама, и Севкин папа, и Севкина бабушка стараются дедушку не огорчать.
Что бы ни произошло, что бы ни случилось, обязательно все пытаются мысленно представить, как к произошедшему событию может отнестись дедушка? Что он скажет?
Дедушкина улыбка — самый дорогой подарок.
При всём том дедушка не командир, не капризуля, он очень спокойный человек. Просто авторитет у дедушки грандиозный.
Кстати, по Севкиным наблюдениям, дедушка чаще всего даже не замечает бабушкиных стараний, из-за того что в его голове целый рой самых различных научных мыслей.
Было, скажем, такое…
Бабушка приготовила новое блюдо: мясо с гарниром из чернослива.
Сначала на стол поставили тарелку с тушёным черносливом. И пока бабушка хлопотала на кухне, вошёл дедушка, погружённый в свои научные расчёты, и, не заметив, съел весь чернослив.
Бабушка внесла изобретённое ею мясо и обнаружила, что чернослив исчез.
— А где же гарнир? — спросила бабушка.
— Гарнир? — удивился дедушка и поглядел на опустошённую им тарелку. — Первый раз слышу.
Вот как бывает! Дедушка проглотил бабушкину фантазию, ничего не заметив.
Итак, Севка и его бабушка уже ждали меня на улице, чтобы идти в магазин. Время было не позднее, послеобеденное.
— Сначала купим кастрюльку с длинной ручкой, — объяснила нам задачу бабушка, — потом забежим за картошкой — с вами я могу взять побольше — и домой. — Она благодарно нам улыбнулась. — С такими помощниками можно унести вдвое больше.
Она шла впереди, а мы с Севкой сзади.
— За кастрюльками нужно было бы пригласить Удалову, — сказал Севка. — Она наверняка знает, в каком магазине есть с самыми длинными ручками.
— Справимся сами! — возмутился я. — Думаешь, если Люська разливала нам чай на стройке, то она стала лучше?
Байкин вздохнул:
— Ничего я не считаю! Просто Удалова пока крупнейший специалист по вопросам торговли. И мы, Дырочкин, в этом должны честно признаться.
Хозяйственный магазин был буквально набит кастрюлями. Бабушка старалась пересмотреть все. Ни одна кастрюлька ей не подходила. То у кастрюльки обнаруживалась щербинка, то неровность, то чуть косо поставлена ручка.
Некоторое время я стоял рядом, ждал бабушкиного решения. А Севка сразу же исчез, я даже потерял его из виду. Он-то знал бабушку и понимал, что стоять около неё придётся долго.
Я пошёл поискать Севку.
Отдел кастрюль кончился, начались хрустальные вазы, целый стеллаж, а перед ним широкий прилавок. Вазы были самых различных форм и размеров.
Около прилавка скучала продавщица. Иногда продавщица отходила к кастрюлькам, где что-то обсуждала с другой продавщицей, вероятно своей подругой.
Севка стоял у прилавка с хрусталём и не отрывал взгляда от большой вазы.