— Прекрасно! — похвалил Юрий Петрович. — Считай гружёные тачки.
Не думал, что мы столько сегодня успеем! Мы подносили мусор, а Юрий Петрович и Василий Иваныч бегали к мусорным бакам, сгружали. Ждать никому не приходилось.
— Быстрее, быстрее! — торопила каждого Юлька. — Я уже кончаю «десять» и начинаю девять и восемь.
— Говори, одиннадцать, — учил её Севка.
— Нет, — не соглашалась Юлька. — Удобнее, когда десять и одна тачка обратно.
Юлькин счёт всех развеселил. И Севка, загружая следующую тачку, объявлял за Юльку:
— Десять! И три обратно!
— Нет, — поправлял Юрий Петрович, подбегая с очередной тачкой. — Уже десять и четыре обратно!
А Василий Иванович торопил Федю:
— Давай, Фёдор, наваливай мусор. Сколько, Юля, у нас по счёту?
— Десять! — считала Юлька. — И десять обратно!
С работы мы уходили счастливыми.
Когда шли переодеваться к вагончику, Севка расстегнул ватник, но Юрий Петрович его предостерёг.
— Простудишься и заболеешь! — предупредил он. — Вот зайдёшь в вагончик, там тепло, хоть разувайся!
Тогда от переполнения Севка запел.
— Эх, да мы строители! Эх, да мы плотники! — орал Севка.
Я подхватил, сочинив вдруг продолжение:
— Эх, да первоклассные мы работники!
— Предлагаю петь иначе, — сказал Юрий Петрович. — Эх, да мы строители! Эх, да мы плотники! Мы третьеклассники! Мы работники!
Всем поправка понравилась. И мы хором, даже Юлька и Поликарпов-старший, подхватили новую песню.
И тут Майка Шистикова подтолкнула меня в бок. Я ничего не понял, хотел её толкнуть тоже, но увидел, что Майка показывает куда-то в сторону.
Чуть левее строительного вагончика, куда мы направлялись, одиноко стояла знакомая фигура — Люська Удалова! Она неожиданно помахала нам рукой.
Естественно, никто не побежал к ней, она сама, увидев наше рабочее спокойствие, решилась и пошла навстречу.
— Поработали? — заискивая, спросила она.
— Кое-что сделали полезное, — сказал Севка и уже для Люськи спел:
Хор подхватил продолжение:
Люська опустила глаза.
— А можно мне с вами в другой раз поработать, Дырочкин? — виноватым шёпотом спросила она.
— А как же старушки? — принялся издеваться Байкин. — Знаешь, сколько через неделю у тебя было бы нужных справок?!
— Ладно тебе, Севка! — сказала Люська. — Та работа тоже общественная, но она не такая полезная, как ваша.