- Ты уж там, лежебока, помалкивай, не гунди! - крикнул ему в ответ Невклюдов. - Вина, што ли, захотел?.. Н-на. Лакай, дьявол.
Голый проворно вскочил. Выхватив чашу с вином из рук стрельца, стал жадно пить.
- Фу! Дух какой от тя чижолый...
- Ба! Да что же это такое?
Сидевшие вблизи него питухи зашевелились, зажали носы. Пес тоже встрепенулся, стал на ноги, недовольно фыркая, отошел в сторону.
- Сами видите, братчики, живу честно, как малое дите. Прожил век ни за холщовый мех... Будто во сне... Меня не опасайтесь. Глядите на меня весь тут!
- Было бы на что глядеть. Отойди, кобель убогий! Фу, Фу!
Снаружи донесся шум. Послышался властный окрик, затем что-то щелкнуло, будто удар бича, и внезапно дверь распахнулась.
Василий и Григорий Грязные.
В руках кнуты.
- Эй, вы, гости любищи - толстые ваши губищи! - крикнул Григорий оглушительно. - Вылезайте на белый свет!
Питухи всполошились, вскочили; с грохотом повалили скамьи. Первым вылез наружу голый, за ним пес, набросившийся с лаем на Грязных. Сильный удар кнута заставил пса, поджав хвост, с визгом отбежать прочь. На голого Василий брезгливо плюнул, ловко хлестнув его кнутом по заду. Голый подпрыгнул, а затем заплакал, дрожа всем телом...
Стрельца Невклюдова Штаден быстро спрятал в чулан.
- А-а! - в удивлении воскликнул Василий Грязной, увидев бездомного. Вот он где мне попался! Стой, увертыш!
И схватил за руку бездомного.
- Помнишь ли меня?
- Не ведаю... быдто не видывал.
- Врешь, песий хвост, врешь! Ты разбойник и вор, а звать тебя Василий Кречет.
Штаден вступился за него:
- Нам слуга. Наш он. Не тронь!
- Вор тебе слуга.
Штаден деловито подмигнул Грязному и, взяв Кречета за руку, ласково сказал:
- Не бойся... Мой гость будешь... Мой гость!
Кречет нехотя пошел следом за Штаденом, который шепнул Василию Грязному на ухо: "О нем я тебе говорил".
Штаден заперь дверь на засов. Зажег две толстых свечи. Усадил с поклонами за стол своих знатных гостей.
Кречет стал, прижавшись к стене спиною.
- Добро, коль так! Што ж, садись... вина дам, - приветливо кивнул ему Василий Грязной. - Сердце не камень. Человек жалью живет. Рассказывай, где был, што видел?
Кречет стыдливо опустил глаза.
- Много ли душ на белом свете загубил? - спросил насмешливо Григорий Грязной. - Ну! Не скрывай.
- Един бог без греха, - смиренно ответил Кречет, все еще не поднимая глаз.