Стройки Империи: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Я тоже не помню, хотя была в оккупации. Когда фрицев прогнали, мне было три года. Помню дом, огород, как родители из сил выбивались, чтобы нас накормить после войны. Я решила никогда не жить в бедности, и чтобы они тоже не жили. И в Москву я хочу не столько для себя. Отдать долг. Это принцип, цель жизни… Хочу, чтобы вы это поняли.

— Я не собирался вам мешать.

— Хорошо, если и Соня не будет. Вы интересный человек для социопсихолога. Вы обычный и необычный. Интересно, что именно Соня в вас нашла? Она резко изменилась, я это заметила.

Где-то за овощебазой свистнул тепловоз — резко, тревожно, и через несколько секунд в конце улицы, упиравшейся в пути, показался и сам поезд. Непривычный, цвета морской волны, пассажирский тепловоз, похожий на знакомые Виктору экспортные "Людмилы", но длинный, на тележках по восемь осей, продолжал кричать о своем приближении к станции; следом за ним тянулись такие же синие вагоны с полностью зашторенными окнами и большими табличками "Туристский".

— Интересно, что они увидят… — заметил Виктор. Или они спят?

Нинель остановилась и внимательно посмотрела не него.

— Значит, действительно амнезия… Это секрет, но это каждая собака знает. Это китайцы. Воинский контингент. Новая война будет легче предыдущей. Живая сила из братской страны и наша техника. Ну и наши летчики-ракетчики, там, где нужен грамотный народ. Все равно наших потерь будет намного меньше.

"Значит, предположения насчет роли КНР верные".

— Теперь мы в роли второго фронта?

— Не совсем. Это такой расчет. Чжоу Энь Лай налаживает с Косыгиным мирную торговлю, а председатель Мао рассчитывает на репарации. Ему нужно военное производство, ему нужны свои ракеты с ядерными боеголовками. А добровольцев у них хватит. Товарищ один недавно оттуда приехал, рассказывал.

— Понятно. А чем я необычный? — Виктор решил свернуть в сторону от политической темы. Политический флейм, он и в фейсбуке бесполезен, а здесь тем более.

— Как бы вам объяснить… — Нинель сделала паузу, чуть прикусив губку, словно собираясь с мыслями, но, похоже, ее целью было больше приковать к себе внимание, — во-первых, вы не завидуете тем, у кого машина. Ни восхищения, ни неприязни, ничего. Будто приехали из Америки.

— Надо, чтобы я завидовал?

— Нет, что вы! Но есть естественные реакции. Допустим, вы из прежней интеллигенции, которая выше скопидомства. Или комсомольцев — романтиков, самоотверженных ученых, ну вы понимаете. Но тогда бы вас возмутил цинизм Мао Цзе Дуна — жертвовать людьми ради первенства державы. Те, кто живет духовными потребностями, очень требовательны к морали, и не только у нас.

— Знаете, я подумал, что с Китаем не так уж плохо. Возможны худшие варианты. С большим числом жертв. А так — развиваются, приемники делают, а не массовый террор устраивают.

— И вы говорите об этом легко. Не переживая. В отличие от товарищей, поработавших в Китае. Хотя, в общем, они того же мнения.

— Старею, наверное.

— Не похоже. Вы взвешенно ко всему относитесь. Прямо как герои Ефремова. Например, я могу с вами спокойно говорить о сексе, и вы не подумаете обо мне плохо.

— С чего бы мне думать о вас плохо? Кстати, а как Иннокентий отнесется к тому, что мы прохаживаемся вдвоем и спокойно говорим о сексе?

— Никак. Во-первых, он человек расчета, и решил сойтись со мной ради расчета. Во-вторых, у него ко мне привыкание. Не только психологическое, но и физическое привыкание. Я вошла в его обмен веществ.

— Неужели вы его спаиваете?

— Ох! — Нинель задохнулась от вспышки смеха. — Дело совсем в другом. Именно в сексе.

Асфальтовая дорожка поворачивала направо и, нырнув под путепровод, продолжала свой бег между деревьев лесополосы; несмотря на облетевшую листву, осины, поросшие понизу кустами ивы, словно ширма, закрывали тропу от посторонних глаз. Спереди и сзади не было видно прохожих. "Уж не пытается ли она меня соблазнить?" — мелькнуло у Виктора. "А может, провоцирует? Приставание, попытка изнасилования? Не, ну ее на фиг. Попробуем отшутиться"

— Значит, он пьян от любви?

— Задача партии — достичь духовного и физического совершенства советского человека, не так ли?

— Несомненно.

— Для этого есть спорт и все прочее. Но большинство женщин, занимаясь спортом, развивают не все мускулы. Они просто не знают, что там тоже надо развивать. Об этом не пишут "Работница" и "Смена". Вы понимаете, о чем речь?

— Мне кажется, я понимаю.

— Я стараюсь быть всесторонне развитой, — произнесла Нинель с серьезным выражением лица. — Более того, хочу дойти до совершенства. Это интересно, это нужно, и, наконец, это приятно. Как в спорте — упорный труд и радость победы. А вы как считаете?

— Приятно иметь дело с мастером спорта.