Стройки Империи: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Я плохо читал и не понял.

— А он же сидел, этот писатель, — раздался рядом ломающийся юношеский голос.

Виктор обернулся. Голос принадлежал худощавому пацану с прической "под горшок" и очками а-ля Джон Леннон. Десятиклассник, похоже.

— Он тогда в леваках был, — продолжал юный битник. — Грезил всякими там мировыми революциями, хотел с Америкой воевать. Вот и посадили. А потом он там посмотрел публику и осознал. Ну, в общем, и книга об этом, как он осознал.

— Нормальная книга?

— Нудновата. Ну и Сталина уж много хвалит с Берией.

"Мама, роди меня обратно… Солженицын-фантаст, которые не сидел во второй реальности — это еще ладно. Но Солженицын, который сидел, и написал панегирик Сталину, за то, что он, то-есть, Солженицын, сидел… Бред, бред… Я брежу. Вот и открылась истина. Это перемещение действительный бред. Надо еще что-то спросить."

— А из Стругацких у вас что-нибудь есть? — Виктор выпалил первое, что пришло в голову.

— Стругацких разобрали, — оживилась продавщица. — Привоз в первой декаде. Есть Днепров, Гансовский, Мирер, Жемайтис, Казанский, Емцев с Парновым, Соколова… Если зарубежных ищете — выкинули нового Кларка, а еще Лем и Брэдбери. Фантастика хорошо идет, на одной ей план и вытягиваем.

— Кларка, это "Космическую Одиссею"? — Виктор помнил, что "Одиссея" появится где-то в семидесятых.

— "Космические течения". "Одиссея" — это новое кино, книга не вышла еще.

— Ясно… Ефремов есть?

— "Лезвие бритвы" последний вот только что взяли. Теперь когда подвезут. Будете что-то из фантастики брать?

— А что у вас из Зиновия Юрьева? Или Ильи Варшавского?

— Минуточку… — продавщица подошла к картотек и порылась в ящике. — К концу квартала обещали подвезти "В Дономаге".

"Блин, слишком связно для бреда. Слишком связно. Слишком реально."

Выходя, Виктор мельком глянул на прилавок отдела политической литературы. Выступлений вождей и материалов съездов было мало; в основном работы по экономике. Среди томиков по организации планирования, бухучета и хозрасчета мелькнула книженция с названием "Тюрьмы и лагеря. Хозяйственная деятельность советской пенитенциарной системы".

Выгодная тема, подумал Виктор. В его реальных шестидесятых, после хрущевских разоблачений, гулаговская тема стала чем-то вроде порнографии — запретной и вместе с тем грязной. Здесь же никаких эмоций, только расчет. Кто-то зарабатывает госпремию, кто-то — защищает диссер по экономике труда заключенных. Жаль, не заглянул в раздел "Строительство". Наверняка найдется книжка по оптимальному проектированию ИТЛ.

У Почты, напротив остановки, красовалась знакомая гипсовая скульптура с футболистами. Фырча, подошел автобус до Северной и зашипел дверьми; Виктор вошел с задней и взялся за поручень, глядя, как в телевизор, в большое заднее окно, ожидая прихода кондуктора.

— Виктор Сергеевич, добрый день! У вас в бюро вторая смена? — раздался рядом уверенный женский голос.

Виктор обернулся. Рядом с ним стояла Нинель Сергеевна в светлом пальто-джерси и в модной широкополой шляпе.

"Среди рабочего дня? А ведь она вполне может быть тем самым резидентом…" — мелькнуло в голове.

16. Кубический персик

— Добрый день, — улыбнулся Виктор. — Никак не ожидал вас встретить здесь.

— Так у вас там вторые смены или это секрет? — деланно-удивленно произнесла Нинель.

— Что? А, нет. Ночью дежурил на стенде.

— Тогда почему не ожидали? У нас тоже бывают отгула.

— Я думал, у вас машина.

— У меня новый итальянский "Фиат-124" в тон прическе, — снисходительно-доброжелательным тоном пояснила Нинель. — Но я экономлю. Сейчас прилично экономить. Как там Соня?

— Как раз еду к ним на репетицию, — уклончиво ответил Виктор. — Клуб стальзавода.