Стройки Империи: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Ну, можно сказать, что будет. Сейчас есть отдельные статьи в академических журналах, диссертации… Проба, отработка на публике. Поэтому у нас в редакции тоже в курсе. Пресса должна отражать, выражать и нести. Верно?

— "Нести" для прессы — слово двусмысленное.

— А из вас, Виктор Сергеевич, мог бы выйти журналист… Короче, идет поиск форм, чтобы это могло воспринять ваше поколение.

— Знаете, я уже достаточно видел, чтобы правильно воспринять и не отклониться от линии. Я сознательный гражданин, и хочу проводить активно. Это какой-то социальный эксперимент?

Вочинников улыбнулся.

— Как вам это объяснить… У нас отметили пятьдесят лет Советской власти, Советской армии, комсомолу, будет сто лет со дня рождения Ленина. Это значит, что поколение, которое воевало в гражданскую в шестнадцать-двадцать лет вполне сознательно, уже уходит, их остается все меньше и меньше. А новому поколению, нынешним подросткам, надо объяснить, зачем было убито столько людей в эту Гражданскую, если через полвека есть капитализм, есть частный сектор в Союзе. Надо объяснить, за что боролись. Чтобы было ясно видно, что не зря, и никто не думал, "а вот если бы победили белые".

— Интересная мысль. Не сочтите меня циником, но любое государство должно заботиться о том, чтобы его не уничтожили изнутри. Хотя бы для того, чтобы было кому чинить водопровод, а по улицам ходить безопасно.

— Почему циником? Сейчас это патриотично.

— И как будут объяснять по-новому? Надо же быть в курсе. Чтоб как только, так сразу. Не допуская.

На углу возле территории бывшего лагеря немецких военнопленных, торчала какая-то непонятная будка, и Виктор поймал себя на том, что не помнит, была ли она в его реальности. Вот сколько раз ходил — а не помнит.

— Все очень просто, — продолжил журналист. — Белое движение, это первые фашисты. Ну, не все конечно. Большая часть — это люди, не разобравшиеся в революции, обманутые, наконец, просто мобилизованные. Фашисты — это ряд вождей белого движения, в первую очередь, Колчак. Есть научные труды, где все доказано.

— Кажется, улавливаю… Гражданскую войну назовут войной с фашистами?

— Первой войной с фашистами. А сорок первый — сорок пятый — это Великая война с фашистами.

— Россия — родина фашизма, получается? Не-не-не… родина борьбы с фашизмом?

— Именно борьбы с фашизмом. Тот, что в гражданскую — это колониальный фашизм. Не русский фашизм. Фашизм, насажденный в России колонизаторами. Англичанами, японцами, немцами. Колчак был британским агентом. Бандеровщина и прочие националисты — тоже виды колониального фашизма.

"Германские реваншисты героизируют нацистов, отсюда и реакция. Интересно, Козлов додумался сам, без попаданцев?"

— А что, с бандеровцами такие проблемы?

— Нет, что вы. Не умалчивают. С бандеровцами нет ни "таких" проблем, ни иных проблем. Проблем с ними просто нет. Нет бандеровцев — нет проблем.

— И что, это все, о чем говорят недомолвками?

— Ну, не все же такие авангардисты. Кстати, я заметил, для комсомольца первых пятилеток вы очень спокойно относитесь к крикливой современной моде.

— Вы про эту девушку, что репетицию прервала? Обыкновенная французская молодежная мода 60-х. Это же не скинхеды.

— Бритоголовые? — Вочинников недоуменно пожал плечами. — Лет через десять о них никто не вспомнит. Вся шумиха из-за того, что они связаны с германскими реваншистами. На Западе психовойна, не то, что у нас…

Жестом гида журналист показал правой рукой на окрестности. Как раз в этот момент троица дошла до угла; кинотеатр "Металлург" стоял на месте, но окружение его было не совсем знакомым. Квадратную площадь окружали похожие друг на друга двухэтажные "стекляшки" с абстрактно-кубистическими фасадами из белого и красного кирпича. На плоских крышах виднелись огромные неоновые буквы, они складывались в четыре надписи: "Услада", "Голуба", "Любава" и "Милена".

"Да, это не психовойна", подумал Виктор. "Это психоделика."

— Дома свиданий? — непринужденно спросил он. — Make love, not war?

Соня хихикнула.

— Это очень просто, — ответила она. — Это гастроном, общепит, рембытсервис и универмаг.

— Элементарно. Как я сразу не догадался? Четыре девушки и "Металлург".

— Ой, смотрите! — воскликнула Соня.

Навстречу им по аллее Металлургов катил элегантный желтый спорткар в стиле концептов Луиджи Сегре. Изящные стремительные очертания, панорамное стекло, фары, закрытые плексигласовыми обтекателями придавали какую-то женственность. Размером это чудо дизайна было примерно с "Запорожец" и тарахтело инвалидным движком. Машина остановилась у тротуара возле "Любавы", из нее вышел парень в бурой нейлоновой куртке и направился к стеклянным дверям.