Трое человеческих мужчин завернули за угол, и он узнал об их приближении благодаря трем индикаторам. Сначала он уловил дым сигареты, которую курил парень, что шел посередине. Потом услышал кашель того, что слева. Но именно мужчина справа объявил об их появлении
Парень застыл на месте. А потом улыбнулся, сверкая золотым резцом.
— Потерялся?
— Нет, благодарю за заботу. — Тро повернулся к двери и потянул ручку. Заперто.
Троица приблизилась, и, Боже, они слышали о существовании лосьона после бритья? Одеколона? Воистину, такое ощущение, что эта милая компания незнакома даже с шампунем.
Тро сделал шаг назад от крыльца, чтобы посмотреть на окна. Везде темно.
Ему следовало назначить встречу, подумал он. Как записываются к парикмахеру. Или бухгалтеру…
— Хочешь, расскажу о твоем будущем?
Слова раздались у самого уха, и, повернувшись, Тро обнаружил, что трио разве что не забралось ему на шею.
— Ты же за этим пришел? — Тот, что с золотым зубом, снова улыбнулся. — Суеверный, что ли?
Тот, что курил, выкинул наполовину целую сигарету. Кандидат на хроническую пневмонию перестал кашлять. А парень с резцом 585 пробы запустил руку в карман кожаной куртки.
Тро снова закатил глаза.
— Друзья, идите своей дорогой. Я вам не товарищ.
Главарь, единственный, кто говорил из всей троицы, запрокинул голову и рассмеялся.
— Товарищ? Ты англичанин, что ли? Хэй, да он англикашка. Знаете Хью Гранта[70]? Или того парня в «Хаусе», который притворяется америкосом? Как его там… этого урода.
На слове «урод» парень достал неплохой перочинный нож.
— Гони сюда деньги, иначе порежем.
Тро не верил в происходящее. Сначала он испортил любимые замшевые лоферы, сейчас пришлось иметь дело с людишками, и он стоял перед многоквартирным домом, в котором самое место наркопритону, а не любому подобию легального бизнеса.
Точно. Это был последний раз, когда он всерьез воспринял слова глимеровской болтушки, которая регулярно прикладывалась к бутылке. Если бы не пьяный совет той женщины обратиться к так называемому экстрасенсу, сейчас он был бы далеко от этих наркоманов, попивал херес на другом конце города.
— Джентльмены, вынужден повторить: я вам не товарищ. Идите своей дорогой.
Ему сунули в лицо складной ножик, так близко, что едва не укоротили нос.
— Живо гони сюда бабки и…
Ох, эти люди.
Тро выпустил клыки, вскинул руки… и зарычал так, будто намеревался вырвать глотки у всех троих разом.
Он с наслаждением наблюдал за побегом: три придурка взглянули в глаза неминуемой гибели и решили, что их сомнительные социальные навыки срочно требуются в другом месте. На самом деле, нельзя организовать более слаженного отступления, только если заранее обговорить тактику.
Прочь, прочь, за угол, откуда они и вышли.
Повернувшись к двери, Тро нахмурился.
Панель была приоткрыта на дюйм, словно кто-то подошел к ней и изнутри отпер замок.
Толкнув тяжелую дверь, Тро не удивился, обнаружив черную лампу над головой и лестницу впереди, выкрашенную в фиолетовый цвет.
— Есть кто-нибудь? — позвал он.
[70] Хью Грант