Темная сторона света: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Я могу рекомендовать вам других учителей, но должен предупредить, что художников на Косе немного, поэтому я сомневаюсь, что кто-то из них возьмется вас обучать.

Оливия убрала рисунок в сумку и молча вышла из мастерской. Она не придержала дверь, та хлопнула изо всех сил, и люди, стоявшие на стоянке, посматривали в ее сторону. Знали ли они, кто она такая? Или теперь это известно каждому на Внешней косе? Оливия села в машину и на тот случай, если кто-то смотрел ей вслед, расплакалась только на соседней улице.

Ее дежурство в отделении неотложной помощи подходило к концу, когда поступило сообщение о лобовом столкновении на главном шоссе. Один из водителей отделался царапинами, зато другой, женщина двадцати одного года, получила серьезное ранение, и ее увезла «Скорая».

— Нам необходим еще один врач, — сказала Оливия Кэти, когда они готовили смотровую к приезду пациентки.

— Я знаю, — ответила Кэти, — но сегодня дежурит Джонатан.

Оливия уже мыла руки, собираясь надеть перчатки.

— Что ж, лучше ему приехать сюда поскорее, — заметила она.

«Скорая» с раненой и Джонатан появились одновременно. Джонатан ворвался в смотровую, повелительно отдавая на ходу приказания. Он вел себя так, будто уже заведовал отделением. Вкатили носилки с раненой. Она была привязана к доске, шею скрывал специальный корсет. По ее животу разливался огромный синяк. Молодая женщина была в сознании, но не совсем адекватна. Она стонала от боли.

— Дама не пристегнула ремень безопасности, — заметил один из парамедиков. — Ей еще повезло, что она наткнулась на руль, иначе бы вылетела через ветровое стекло.

— Проверь рефлексы, группу крови, кровь на совместимость, уровень алкоголя в крови. — Оливии показалось, что от женщины пахло спиртным.

Джонатан начал ставить пациентке капельницу.

— Вертолет вызвали? — обратился он к Линн Уилкс. Та кивнула. — Мы стабилизируем ее состояние и отправим ее в больницу Эмерсона. — Кремер посмотрел через стол на Оливию и ядовито поинтересовался: — Или ты и с ней собираешься поиграть в доктора?

Оливия не ответила. Она чувствовала себя неуверенно. Давление у пострадавшей было девяносто пять на шестьдесят. Это была худощавая, но крепкая женщина, в хорошей физической форме. Давление было для нее нормальным, или оно было знаком беды?

— Пульс сто десять, — отметила Кэти и посмотрела на Оливию.

Оливия осторожно прощупала живот женщины.

— Живот напряжен, — сказала она, и ее пальцы осторожно скользнули влево. Неожиданно женщина вскрикнула, попыталась вывернуться из-под пальцев Оливии. Прикосновение к синяку оказалось болезненным или у нее разрыв селезенки?

— Давайте пропальпируем брюшную полость, — предложила Оливия.

Джонатан свирепо посмотрел на нее.

— У нас нет времени. Хочешь получить еще один труп? Оливия не возразила. Она послушно исполняла приказы Джонатана, готовя женщину к транспортировке. У нее закружилась голова, когда пациентку несли к вертолету. Когда Оливия вернулась к себе в кабинет, колени у нее стали ватными. Она присела у стола и закрыла глаза. Она струсила. Почему она позволила Джонатану запугать ее?

Ей следовало возражать, но она испугалась. Нет, не Джонатана и не увольнения. Она боялась, что совершает ошибку, неверно ставит диагноз. Если бы в эту минуту, когда она сидела в своем кабинете, дрожащая, борющаяся с тошнотой, ее спросили, правильное ли решение она приняла, спасая Анни О'Нил, она бы не смогла с уверенностью ответить на этот вопрос.

Позже Оливия позвонила в Мемориальную больницу Эмерсона и выяснила, что у пострадавшей в аварии женщины действительно оказался разрыв селезенки. Джонатан действовал правильно. Пока они прощупывали бы ей брюшную полость, женщина могла умереть. Оливия расплакалась. И от облегчения, что женщина осталась жива, и от осознания того, что ошиблась, что не может больше доверять собственным суждениям и ставить диагноз.

Оливия легла спать, подавленная одиночеством. В половине первого ночи она сняла аппарат с тумбочки, поставила рядом с собой на постель и набрала номер Алека. Он не сразу снял трубку, голос был хриплым спросонья. Оливия положила трубку, не сказав ни слова.

33

Август 1991 года

Пол перешел через Коннектикут-авеню, пытаясь вдохнуть поглубже плотный, влажный воздух вечерней столицы. Для такой погоды больше подошли бы жабры. Розовая неоновая вывеска книжного магазина Донована светилась совсем близко. Пол ускорил шаг.

Войдя в магазин, он на мгновение остановился у порога, вытер платком лоб, оглядывая великолепие его любимого книжного магазина. Оливия его тоже любила. Пол давно скучал по их жизни в Вашингтоне и иногда ловил себя на том, что начинал скучать по Оливии.

Половина десятого вечера, а в магазине полно народа. Здорово! Что открыто на Косе в такое время? Может быть, только лавочки, где продают наживку.

Пол медленно прошел через магазин, касаясь пальцами корешков книг. Раньше он частенько читал здесь свои стихи. По воскресеньям после обеда и по вторникам вечером. Толпа всегда была разношерстной, но его принимали тепло.

Пол дошел до лестницы в дальней части зала, поднялся на верхний этаж, заказал у стойки минеральную воду и кусок сырного пирога. С подносом в руках он оглядел маленькое кафе в поисках свободного места. Двое мужчин как раз вставали, освобождая столик у самых перил. Они предложили его Полу, тот поблагодарил, сел и только тогда понял, что именно это место они всегда стремились занять, когда приходили сюда с Оливией. Первые два года после свадьбы они жили в доме напротив книжного магазина. Позже, уже купив дом в Кенсингтоне, они встречались здесь несколько раз в неделю, ели сандвичи с авокадо, запивая их минеральной водой, и работали над «Крушением „Восточного духа“. Господи, как же ему нравилось писать вместе с Оливией эту книгу.

Пол приехал в Центральную больницу Вашингтона, чтобы написать заметку о состоянии здоровья одного сенатора, когда стало известно, что поезд сорвался с моста и рухнул в реку Потомак. Пол первым из репортеров оказался в отделении неотложной помощи, и в последовавшем хаосе никто, казалось, не замечал его, не обращал никакого внимания на то, что делает журналист.