– Но почему? – Маркиз отстранился и прошелся по комнате. – Нет, это исключено.
– Он очень высокомерен и горд, – объяснила Лилит. – И он очень низкого мнения о женщинах. Я думаю, что сумею заставить его проговориться.
– Нет. – Джек покачал головой.
– Ты знаешь, что не сможешь остановить меня.
– Он бьет своих служанок, Лил. И даже еще хуже… Я не хочу, чтобы ты приближалась к нему.
– Если мы не сможем доказать, что он убийца, мне придется выйти за него. – Она вздохнула. – В какой глубокой яме мы оказались, Джек, и я не знаю, как выбраться из нее, не прибавив семье еще неприятностей к тем, что причинила им моя мать.
Джек шумно выдохнул.
– И вот еще что… Исчез дворецкий Дольфа. Я поручил слугам найти его. И Ричард пытается что-нибудь узнать. – Он с нежностью провел ладонью по ее щеке. – Лил, пожалуйста, не думай, что ты одинока. Я… – Маркиз умолк – он еще никогда не делал таких искренних признаний. И не был уверен, что сейчас для этого подходящее время. Его собственное будущее с каждой минутой становилось все более неопределенным. – Во всяком случае, я не оставлю тебя. Честно говоря, ты не сможешь избавиться от меня, даже если и захочешь.
– Хорошо. – Она едва заметно улыбнулась. – Такое предложение руки и сердца, конечно, не делает мне чести, но меня оно вполне устраивает.
Джек хотел возразить, но Лилит прильнула к нему и нежно поцеловала.
– Что ж, мне надо идти, – прошептал он наконец.
– А ты хочешь уйти?
Джеку ужасно хотелось остаться. Вздохнув, он прошептал:
– Нет, не хочу.
Лилит сунула руки ему под плащ.
– Тогда побудь еще немного, – сказала она.
Маркиз обнял ее за талию. Ему не следовало оставаться, не следовало бы даже находиться в ее доме, но он чувствовал, что его неудержимо влечет к Лилит. И он ясно сознавал, что если Дольф победит в этой игре, то сегодня ночью он в последний раз держит Лилит в объятиях.
Она уже расстегивала его жилет, а он сквозь тонкую ткань ночной рубашки ласкал ее груди.
– Джек, я все же поеду завтра на пикник с Дольфом, – сказала она неожиданно.
Он поднял голову и пристально посмотрел на нее:
– Нет, не поедешь. Я ведь уже сказал тебе, что он очень опасен.
Лилит улыбнулась. Она отвечала на его ласки, и ее рука скользила все ниже и ниже…
– Сегодня я не позволю, чтобы ты все делал сам, – проговорила она прерывающимся от возбуждения голосом. – И, кроме того, нельзя, чтобы все удовольствие доставалось тебе.
Джек застонал, когда она провела кончиком языка по его соску. Лилит оказалась способной ученицей.
– Удовольствие? А я думал, тебе не нравятся такие ласки.
Она засмеялась, увидев, как возбуждает его.
– Недавно я изменила свое мнение.
Ту он подхватил ее на руки и понес к постели.
– О, Джек…
Он лег рядом с ней, и его поцелуй был долгим и страстным. Когда же он вошел в нее, из горла ее вырвался стон.