Наконец Уихара вошел под своды леса, и его сразу же охватило ощущение неизъяснимого блаженства. Где-то щелкали и переливались голосами невидимые птицы. Людей становилось все меньше и меньше. Какое-то время Уихара шел не разбирая дороги, пока не наткнулся на узенькую тропинку. Здесь было уже темно — ветви так густо переплелись, что образовывали настоящий туннель. Изредка налетал порыв ветра, и лес будто вздыхал… Под ногами аппетитно хрустели сухие листья.
Уихара неспешно брел по тропинке, размышляя о том, успеет ли он добраться до бомбоубежища засветло. Как говорилось в описании, там непременно должно быть вывешено предупреждение, а все вокруг затянуто проволочной сеткой. Убежище окажется, как полагал Уихара, непосредственно за ограждением.
Чем дальше он шел, тем плотнее становился ковер из палой листвы. Неожиданно Уихара увидел раздвинутые женские ноги и едва не налетел на парочку, что предавалась любви прямо на тропинке. Заметив незнакомца, женщина закрыла лицо и стала вырываться из цепких объятий любовника. Последний только скользнул по Уихара взглядом, затем опустил голову и принялся лизать женщине груди. Из-за темноты Уихара не удалось как следует разглядеть их — он запомнил лишь белизну женского лица и ее выдающийся вперед подбородок. Это напоминало мордочку какого-то зверька, название которого он забыл. «Ну, все его знают… у нас, в Японии, не водится… А, черт с ним!»
Где-то вдалеке прозвучал предупредительный сигнал — парк закрывался на ночь. Хотя Уихара прошагал достаточно, он совсем не чувствовал усталости. Он бегом пересек широкую поляну и снова углубился в лес. Склон холма стал круче, но Уихара даже не запыхался. Он чувствовал в себе присутствие червя хослокатерии. Этот белесый паразит, невообразимо длинный и тонкий, уже завладел всем его телом. Уихара ощущал его под самой кожей. Прочитав о черве больше сотни страниц в Интернете, он теперь полагал, что понял его взаимосвязь с человеческим мозгом. Червь проникал в организм через кровеносную систему и таким образом мог достигнуть любой его части.
Человеческий мозг способен вырабатывать огромное число высокоактивных химических веществ, которые вызывают у человека приступы возбуждения или, наоборот, торможения. Если в процессе биохимической деятельности организма преобладают первые, то человек трясется от непонятного страха. Если же преобладают вторые, то индивидуум становится вальяжным и добрым. Все происходит на молекулярном уровне.
Мозг представляет собой гигантский комплекс, в который входят нейроны, соединенные в определенную систему. Иными словами, нервная система уподобляется сети, чем-то напоминающей Всемирную Паутину. К тому же нейроны передают информацию друг другу посредством электрических импульсов, что делает сравнение с Интернетом еще более уместным. Прохождению этих сигналов способствуют или препятствуют те или иные химические соединения, которые, по сути, оказывают решающее влияние на функционирование системы в целом. Обмен информацией происходит непрерывно, причем тот или иной информационный поток может усиливаться, изменяться или вообще сводиться на нет.
Вещества, содержащиеся в выделениях червя, имеют почти тот же состав, что и те, что имеются в человеческом мозгу. Иначе говоря, говно какого-то червяка способно усиливать или подавлять определенные потоки информации в нервной системе, даже если, как пишет достопочтенный VX-gaz, вероятность этого рассчитывается как один к двум. Вот почему носители этого червя часто склонны совершать дикие и противоречивые поступки. И тогда можно наблюдать бросающихся с обрыва баранов, от души веселящихся ацтекских узников или стариков, что безропотно ждут мучительной смерти. И единственное, что объединяет все эти существа, — это то, что все они приговорены.
Где-то раздавались человеческие голоса, но из-за густой листвы слов нельзя было различить. Ясно было одно: голоса приближались. Уихара свернул с тропки и, стараясь не наступать на сухие сучья, скрылся в подлеске. Из предосторожности он согнулся в три погибели и в таком виде проковылял еще несколько метров, пока не споткнулся о корни огромного дерева. На стволе он разглядел металлическую табличку, на которой было выгравировано одно слово: «Целкова». Уихара решил переждать и притаился в тени. Было довольно свежо. Над головой роились целые тучи насекомых. К лицу липла паутина, по рукам что-то бегало и щекоталось, но это можно было и перетерпеть. Голоса раздавались уже совсем близко. Уихара увидел чьи-то ноги, обутые в кроссовки. Он замер под деревом и даже перестал дышать. Перед глазами маячила табличка с непонятной надписью. Но шаги скоро удалились, и Уихара смог перевести дух.
Тропинка становилась все уже и уже. Навстречу стали попа даться щиты с предупреждениями об опасности. Через некоторое время тропинка вывела Уихара на гравиевую дорогу, по которой вполне мог проехать грузовик. Она оканчивалась не большой полянкой, где стояли щитовой дом в два этажа и телефонная будка. Неоновая лампа освещала надпись: «Деревообрабатывающая мастерская». Дом оказался небольшим — по площади как два школьных класса. В окнах отражался бледный неоновый свет. Внутри царила тьма — людей тут точно не было. Крыша представляла собой кое-как скрепленные листы шифера. Все строение напоминало скорее увеличенную садовую беседку, нежели рабочее помещение. Имелось два входа — один нормальный, а другой служил для погрузки стволов. На первом этаже помещались различные агрегаты и станки для работы по дереву. Почтовый ящик был до отказа забит деловой корреспонденцией, вероятно какими-то циркулярами и распоряжениями. Замок был покрыт толстым слоем паутины и пыли. На дверях кто-то укрепил кусок картона, на котором нацарапал черным маркером сообщение о том, что по всем вопросам посетителям следует обращаться в администрацию парка. Судя по всему, работы здесь не велись несколько месяцев. Уихара сверил расположение здания относительно дороги и лесного массива. Он так же зарисовал на плане все окрестные деревья. Выходило неплохо, тем более что укрепленная на крыше дома антенна могла послужить в случае надобности прекрасным ориентиром.
Уихара юркнул в лес и нашел свою тропинку. Вскоре ему встретился большой щит: «Проход запрещен». Тропинка терялась в пышной растительности. Он сделал еще несколько шагов и ткнулся в сетку. Здесь тоже был вывешен запрещающий знак. Ниже Уихара разглядел замызганную табличку, на которой едва виднелись буквы: «Хинода». Он огляделся — самая глушь, ни зги не видать! Было тихо, только стрекотали насекомые да перекрикивались, отходя ко сну, птицы. Уихара выдохнул изо рта вылетело облачко белого пара. Но особого холода не ощущалось, и он решил идти дальше, насколько будет возможно. Нужно во что бы то ни стало разыскать это бомбоубежище.
Презрев запрещающую надпись, Уихара вскарабкался на проволочную изгородь. «Придется идти так», — решил он. Но ветви смыкались все плотнее, и скоро он окончательно сбился с пути. Сделал еще несколько шагов и понял, что заблудился. Вокруг было темно, хоть глаз коли. Теперь Уихара продвигался, выставив руки вперед и хватаясь за стволы и сучья. Изо рта у него вырывались облачка белого пара и тотчас же рассеивались в ночном воздухе. Вдруг он увидел во тьме две красные точки. Они мерцали среди листвы, то пропадая, то возникая снова. Скорее всего это были глаза какого-то мелкого зверька, который пристально следил за непрошеным гостем. Светящиеся точки чем-то напоминали сигнальные огни, что обычно зажигаются на крышах небоскребов.
Взошла луна и посеребрила траву. На землю пали короткие тени. Уихара немало подивился устройству человеческого глаза: чуть-чуть неяркого отраженного лунного света — и мрака как не бывало. Предметы медленно выплывали из темноты, словно на экране компьютера, правда, для этого ему приходилось задерживать на них свой взгляд. Зрительный нерв слишком долго адаптировался к необычным для него условиям, и Уихара понял, что каждый его шаг будет занимать несколько минут. Зато его руки, ноги и плечи сделались невероятно чувствительными — он мог на ощупь определить любой предмет, будь то дерево или камень, поэтому спокойно обходил коряги и торчавшие из земли узловатые корни. Темнота, казалось, усилила его способность ориентироваться в пространстве. Слух его обострился, и Уихара с легкостью мог отличить шелест зеленых листьев от шороха увядших. Иногда под ногой с треском ломалась сухая палка, но эхо мгновенно тонуло в лесных дебрях.
По мере того как он все дальше заходил в чащу, все явственнее становилось ощущение нереальности всего происходящего. Пальцы его касались ветвей, под ногами шуршал палый лист, лямки рюкзака врезались в плечи. И все же Уихара не терял контроля над собой и отлично понимал, где находится. Он тщательно ощупывал каждое препятствие, а перед тем как схватиться за ствол или ветку, проверял надежность опоры. Между тем восхождение становилось все более трудным. Нужно было постоянно следить за тем, чтобы не поскользнуться на камнях или не зацепиться за корень. Останавливаться было нельзя. Некоторые ветки были унизаны шипами и колючками, и нужно было быть очень осторожным, чтобы не пораниться. Иногда Уихара начинало казаться, что он идет по темному бесконечному коридору, где с потолка свешиваются провода.
Его ощущениям способствовало еще одно обстоятельство — Уихара шел, ни о чем не думая. Мысли его разбегались, не давая возможности сконцентрироваться. Став добровольным затворником, он перестал видеть сны. Да и раньше никогда не видел в своих снах того, чего ему хотелось. Его сновидения не были плодами фантазии, они вообще не имели ничего общего ни с его мыслями, ни с волей. Уихара понял это только здесь, в лесу. Сидя дома, он целые дни проводил перед телевизором, не выпуская из рук игровой приставки. Антидепрессанты, которыми его пичкали, избавляли от головных болей и тревоги, а заодно сводили на нет аппетит и всякий интерес к девушкам. А кроме того, считал Уихара, таблетки лишили его возможности видеть сны.
Проводя рукой по стволу дерева, он различал малейшие шероховатости коры. Под ногами трещали и ломались сучья, листья щекотали ладони, колючки впивались в него. Кончики пальцев превратились в самостоятельные органы зрения. Он буквально видел своими пальцами, словно в них переместилась часть его сознания… Уихара вспомнил свой детский сон, как раз связанный с пальцами рук. Однажды, когда он был еще совсем маленьким, ему приснилось, что у него начали расти ногти. Они удлинялись и удлинялись, и казалось, их рост будет продолжаться бесконечно. Уихара решил обрезать их под корень и бросился искать ножницы. Он открывал дверцы шкафов и в каждом из них находил ножницы различной формы. Одни были похожи на точилку для карандашей, другие напоминали очки, третьи — клетку для сверчков. Были и такие, которые легко можно было спутать с пультом от телевизора… Некоторые показались Уихара живыми, и он не ошибся. Они действительно были живые! Желтый цыпленок-ножницы махал крылышками, гусеница-ножницы превращалась в бабочку, собачка-ножницы тяжело дышала и показывала язык. Уихара встревожился — как же ему подстричь ногти такими ножницами? Но пока он раздумывал, ногти достигли непомерной величины…
По его рукам ползали бесчисленные насекомые. Некоторых из них он видел впервые. Уихара поднес руку к свету и долго разглядывал диковинных существ.
Самые маленькие были не больше капельки росы. Они шевелили микроскопическими лапками с сумасшедшей скоростью. Зуд от насекомых напомнил Уихара еще один сон, в котором его руки превращались в две морские звезды. Уихара только-только начал ходить в начальную школу. Это был нехороший сон, настоящий кошмар. Ему приснилось, что его ужалила какая-то мушка. В природе таких не существует, зато в детской литературе встречается сколько угодно. От укуса рука начала чесаться, но это было не так уж страшно. Потом зуд перешел в боль, и руки стали опухать. Уихара постеснялся рассказать об этом родителям. В школе он тоже молчал и прятал руки в карманах. Но мушка не просто укусила его, а еще отложила яйца прямо под кожу. Мало-помалу кожа становилась прозрачной, и они стали видны невооруженным глазом, чем-то напоминая лягушачьи в студенистых мешках. Потом яйца стали увеличиваться в объеме, и скоро внутри каждого из них можно было различить эмбрион. По мере того как яйца становились все больше и больше, руки Уихара стали изменять свою форму. Кожа на них огрубела, а фаланги пальцев раздулись. Одноклассники стали посмеиваться и дразнить его инопланетянином. А когда из яиц вот-вот должны были вылупиться личинки, кисти рук превратились в две морские звезды. Проснувшись поутру, он долго разглядывал свои руки, пока не убедился, что они совершенно нормальные и не собираются менять форму.
Уихара стало казаться, что отдельные части его тела уже не принадлежат ему. Такое он уже испытывал, когда сидел в хижине сумасшедшей старухи и смотрел военную хронику.
К лицу липла паутина, колючки и репейник цеплялись за его одежду. Стоило налететь даже слабенькому ветерку, как на голову начинали сыпаться созревшие плоды и всякая дрянь. В зависимости от силы ветра лес шумел по-разному: шелест листьев напоминал то океанский прибой, то задушевный шепот. Каждый раз Уихара вздрагивал от неожиданности, но продолжал упорно карабкаться наверх, пока не достиг вершины холма.
Приветствую вас, господин Уихара! Меня зовут Итагаки. Сугуру Итагаки. Работаю зубным врачом в Маэбаси. Надеюсь, что вы прочитаете мое сообщение.
Йосико Сакагами никогда вам не напишет. Все эти идиотские сообщения, письма, россказни про какого-то червя хослокатерию суть вздор. Это неудобоваримое месиво наглядно показывает, как много в Интернете скопилось всякого дерьма. Ребята из «Интер-Био» сливали вам эти выдумки лишь для того, чтобы напакостить. Я знаю это, поскольку сам когда-то состоял членом «Интер-Био». И я не понаслышке знаю об опасностях, которые таит в себе Интернет. Долгое время я наивно полагал, что взламывать чужие сайты — это круто, и даже написал для этой цели несколько программ.
Дело в том, что Йосико Сакагами сама является жертвой этих мошенников. Она любит окружать себя разного рода специалистами — она ведь телезвезда и, кроме того, хочет показать себя знатоком в области высоких технологий. Среди этих спецов попадаются весьма разносторонне одаренные личности. Им удалось проникнуть на ее официальную страничку, и теперь они творят там, что только в голову взбредет. Сама-то Йосико Сакагами об этом не догадывается… она вообще мало о чем способна догадаться. Тут уж ничего не поделаешь.
Я написал, что был членом их шайки… хотя меня оттуда никто официально не увольнял. Вы хотите знать, как я смог выйти на вас? Это несложно — я до сих пор имею доступ к их списку рассылки, где есть и ваш адрес. Никто не знает, что с ним будет, если он захочет покинуть организацию. Им известно все — мое настоящее имя, телефонный номер, мой домашний адрес, место моей работы… в общем, все, что нужно. Господин Уихара, подумайте, как же это получается: они знают о вас все, а вы — только их имейл? Я не особо разбираюсь в таких вещах, но, по-моему, в Сети достаточно провайдерских фирм, которые смогут предоставить подобные услуги. А «Интер-Био» нужно только одно — собрать о пользователях как можно больше информации. Бессовестные и безжалостные типы! Поклонники пишут Йосико Сакагами. Им очень вежливо отвечают, вызывают на откровенность, а потом публикуют их послания в Сети! Конечно, это свинство. Провайдеры пытаются с этим бороться, несмотря на то что некоторые их работники также состоят членами «Интер-Био». Своими жертвами они в первую очередь выбирают людей благородных и принципиальных. Мало того, теперь эти бандиты перешли от простого хулиганства к более изысканным вещам. Их главная цель — подчинить себе человека, сделать его послушным орудием. Для начала «чайнику» отправляется сообщение, что якобы Йосико Сакагами изъявила желание познакомиться с ним поближе. Назначаются место и время… но на встречу никто, разумеется, не приходит. Впрочем, это еще цветочки. С недавних пор эти подонки затеяли одну новую игру: тем или иным способом они стараются принудить человека совершить преступление. Вы у них далеко не первая жертва. Сейчас они обрабатывают еще одного несчастного. Если мне не изменяет память, он помешан на теме защиты окружающей среды.
Сангвиник, очень нервный тип. Вообще мне кажется, что большинство из тех, кто участвует в различных форумах и интернет-тусовках, — люди одинокие. Их жизнь скудна. Они мечтают с кем-нибудь познакомиться, найти себе собеседника по душе. Среди них «Интер-Био» выбирает психически неустойчивых, ранимых и, как следствие, легко внушаемых. Тот человек, о котором я упоминал, был возмущен уничтожением какого-то парка в заштатном городишке. То ли его не устраивал проект, то ли еще что-то, короче, темная история. Чувствительный и одинокий — идеальная мишень для «Интер-Био»! Парни развлекались как могли — писали ему проникновенные письма, сочувствовали и даже опубликовали его гневные воззвания. Кончилось тем, что этот мужчина, по его собственному признанию, не мог удержаться от слез каждый раз, когда отправлял им новое сообщение. «Я пытаюсь писать, но слезы застилают глаза мои…» — и далее в том же духе. С этой фразы он начинал все свои послания, и вчерашнее тоже. И, мне кажется, тут «Интер-Био» превзошло самое себя.
А теперь представьте себе реакцию ранимого и нервного человека, который получит подобное письмецо? И вот результат — этот попытался покончить с собой в том самом парке в знак протеста. Чем не доведение до самоубийства? А Йосико Сакагами и знать не знает об этой истории, так как «Интер-Био» контролирует список рассылки сообщений. Больше всего их веселят телерепортажи о несчастных случаях, произошедших с их жертвами. Весь компрометирующий материал немедленно удаляется, и таким образом не остается никаких доказательств. Потерпевшему ничего не остается, он даже пожаловаться не в состоянии. Я могу назвать еще одного — это молодой человек, который работает в службе помощи престарелым. Ему было велено выступить с протестом против незаконной торговли человеческими органами. Большая часть подпольного рынка находится в руках мексиканской мафии. Недавно я узнал, что этого человека арестовали за покушение на убийство мексиканской проститутки, которая жила в районе Хигаси-Окубо.
Господин Уихара, знайте, что вы — седьмой в их списке. Никакого червя хослокатерии не существует. Вы пишете, что отправились в какое-то потайное убежище. Объясните мне, где вы сейчас находитесь? Я являюсь вашим единственным другом. В моем письме вы найдете адрес моей почты — напишите мне, пожалуйста. Вас хотят сделать навеки несчастным! Однако вы быстро переходите от слов к делу. Вам удалось сбить с толку «Интер-Био», но уверяю, что ненадолго. Я прошу вас, не слушайте, что вам будут говорить другие! Я, и только я могу сейчас вам чем-то помочь!
На вершине холма Уихара нашел место для ночлега. Он нагреб сухих листьев под раскидистый кустарник, разостлал непромокаемое покрывало и развернул спальный мешок. Перед тем как включить компьютер, он умылся и попытался отскрести грязь с ладоней. Потом он подсоединил ноутбук к мобильному телефону. Экран мигнул и осветил все вокруг бледным светом. Уихара ждало сообщение от Итагаки.
VIII
Прочитав послание Сугуру Итагаки, Уихара надолго задумался. Батареи нужно было экономить, и он сразу же выключил ноутбук. Сначала он хотел подзарядить их в здании, где размещалась деревообрабатывающая мастерская, но там его могли заметить. Уихара положил компьютер обратно в сумку, скинул обувь и забрался в спальник. Мешок оказался довольно вместительным и в придачу был снабжен капюшоном, который полностью закрывал голову. Капюшон был сшит из мягкой ткани, ласкавшей кожу. Уихара почувствовав, что начинает согреваться. Дыхание его стало ровнее, мышцы расслабились. Сквозь ветви сияла голубая луна, листья слегка трепетали на ветру. Где-то вдали глухо лаяли собаки. Слушая шелест листьев, Уихара опять вспомнил океанский прибой… «Что, интересно, имел в виду этот Сугуру Итагаки, когда писал, чтобы я был осторожен? — размышлял он, засыпая. — Он пишет, что „Интер-Био" используют Йосико Сакагами в своих целях, чтобы манипулировать людьми. Он хотел знать, где я нахожусь… И как же я ему сообщу об этом, если и сам того не знаю? И что он будет делать, если я все-таки скажу? Он ведь тоже из их компании. Они даже друг друга не знают… Что они подумают, когда узнают, что я укокошил своего папашу бейсбольной битой? Поздравят, что ли?» Уихара попробовал представить, что к нему в лес приезжает сама Йосико Сакагами. «Вы что же, прямо тут и живете?» — спросит она первым делом. Она будет разговаривать с ним очень почтительно, особенно когда узнает, что он сделал с отцом и братом. Уихара был уверен, что она обязательно поинтересовалась бы, что он чувствовал, когда бил человека битой по голове и рассматривал разлетевшиеся мозги. Йосико Сакагами появится, разумеется, в короткой юбке, а когда будет присаживаться напротив него, раздвинет ноги. И тогда он увидит обтянутые колготками бедра известной телеведущей.
Проснулся Уихара рано. Все тело его нещадно ломило, в мешке было жарко. Трава посеребрилась росой, но его спасла непромокаемая ткань. Солнце еще не взошло, хотя небо уже розовело. Сквозь листву виднелись темные очертания окрестных холмов. Воздух дрожал от птичьего гомона. Рядом с ним что-то зашевелилось — он повернул голову и увидел птичку чуть побольше обычного голубя, но с длинным хвостом. Птичка то и дело зарывалась клювом в толстый ковер из опавшей листвы, вылавливая там насекомых. Она подпрыгивала и издавала звуки, похожие на те, что получаются, если подуть в бутылочное горлышко. Птичка совсем не боялась Уихара и скоро оказалась у самого его лица.