— Насколько я знаю Берта, — начал Курт, — уж если он что делает, то делает по убеждению и доводит задуманное до конца. На женщин у него просто никогда не оставалось времени.
— Ну и что? Ведь с Кристой они уже давно знакомы… Как ты думаешь, не было ли чего между ними?
— Не знаю, она ведь тогда вышла замуж за Фридрихса.
— В пятницу Криста собирается уезжать в Дрезден, — заметила тихо Ильзе.
— Я этого не знал.
— Брат ее пригласил.
— Она не была в Дрездене два года.
— Брат ее, кажется, получил национальную премию.
Вебер тихо присвистнул и сказал:
— Значит, дела у Берта неважные. Слишком поздно он раскачался.
Отдав Кристе платье и поговорив минут десять — пятнадцать о своих заказчицах, портниха ушла. Криста вернулась в комнату.
— Извините меня, но эти портнихи… — Она остановилась у двери, заметив, что Берт уснул. Ноги он вытянул, левую руку заложил за пуговицу, а правую засунул в карман.
Криста тихо закрыла дверь, не зная, как поступить: разбудить его или не стоит. Постояв в раздумье, она на цыпочках подошла к своему креслу и села на подлокотник.
«Какие только разговоры не ходят по поселку! И откуда люди все знают? Хотя нет, далеко не все. Например, никто не знает и не узнает никогда, что Берт Харкус заснул у меня в комнате. Он, наверное, очень устал!»
Берт дышал спокойно. Она немного наклонилась к нему, увидела слегка открытый рот и закрытые глаза. Спящий, он казался намного моложе, лицо его приняло мягкое выражение, разгладилась даже морщинка между бровями.
Криста вспомнила, как когда-то Берт, ухаживая за ней, становился робким и немногословным возле нее, а в глазах его она видела грусть и немой упрек. Позже, узнав о ее замужестве, он даже пришел поздравить их. Все это было давным-давно. Сейчас все было по-другому. Та мимолетная встреча с Бертом в ресторане «Итальянская деревня» помогла ей порвать с прошлым. Его радостная, одобряющая улыбка сыграла в ее жизни большую роль. И вот теперь Криста собралась уехать отсюда.
Берт глубоко вздохнул во сне, рука соскользнула в кресло, на лбу между бровями снова обозначилась глубокая складка.
Криста тихонько вышла в другую комнату и остановилась у открытого окна, вдыхая свежий воздух. Со стороны стрельбища доносилась далекая стрельба.
Криста закрыла окно. Как быть дальше? Ей было приятно сознание того, что Берт находится в ее квартире, что он сейчас безмятежно спит. Ей захотелось снова подойти к спящему Берту и взглянуть на его лицо…
Рядовой Древс, сидя за рулем закрепленной за ним «Волги», занимался тем, что, рассматривая сапоги опускающихся по лестнице офицеров, старался узнать, кто идет. Такую забаву подсказал ему ефрейтор Менерт, который хвастался, что по сапогам он всегда может узнать офицера.
Древс сначала не поверил ефрейтору и поспорил с ним. В день передачи машины Менерт и Древс вдвоем сидели на переднем сиденье, и Менерт действительно безошибочно узнал по сапогам шестерых офицеров, выиграв тем самым пари. Однако Менерт, который должен был демобилизоваться, проявил по отношению к Древсу рыцарское благородство, снизив ставку спора ровно наполовину. После этого они обмыли передачу машины, распив бутылку шампанского. Вечером Менерт сказал Древсу:
— То, о чем я тебе говорил, не только забавное времяпрепровождение, но и познание человеческой психологии. Заруби себе это на носу. По сапогам и ботинкам всегда можно узнать человека. Скажу тебе больше: по сапогам можно даже определить, какие между офицерами отношения.
— Ты просто волшебник!
Менерт наклонился к Древсу и продолжал:
— Тут никакого волшебства нет, нужно всего-навсего, так сказать, по-научному смотреть на вещи и логически мыслить. Вот возьмем, к примеру, подполковника Пельцера. Тебе не раз придется его возить, и ты с ним познакомишься поближе. С ним я тебе посоветую никогда не терять спокойствия. Пельцер — крупная фигура в штабе полка и потому спускается по лестнице так, что носки его сапог выступают на несколько сантиметров за край ступеньки. Или возьмем другой пример: тот, чье положение в штабе не очень надежно, всегда бежит по лестнице, словно постоянно куда-то спешит. Во время ходьбы он никогда не успевает поставить каблуки вместе, как другие офицеры. А вот один из офицеров ставит ноги как-то по-особому мирно, да и вообще у него очень мирный, дружелюбный характер.
— Кто же это такой?
— Угадай…
Древс трижды попытался разобраться в сапогах и все три раза не угадал.
— Рядовой Древс! — донесся вдруг чей-то голос.
— Я слушаю! — Древс быстро выскочил из кабины. Из окна высунулся дежурный по полку: