За два дня до праздника он покрыл свое тело равномерным загаром и решил, что на этот раз скажет Леоте:
«Я люблю тебя!»
«О, черт! — спохватился он. — Только не это!»
«Скажи, ты могла бы ради меня выйти из Круга?»
«Хо-хо, — мысленно рассмеялся он. — Размечтался!»
«Если я вступлю в Круг, ты будешь со мной?»
«А что?! Пожалуй, ничего лучше не придумаешь».
Третья встреча Мура и Леоты была совершенно непохожа на предыдущие. Никаких прощупываний — охотник готовился решительно шагнуть в заросли. «Вперед! — скомандовал себе Мур. — И не оглядываться!»
На ней было бледно-голубое платье с орхидеей на корсаже. Купол дворца с поющим зодиакальным кругом вращался, бросая на пол и стены ведьмины огни. У Мура возникла неприятная иллюзия, будто цветок растет прямо из левой груди Леоты, этакий экзотический паразит. Он приревновал ее к орхидее — а ревность, он знал, не была свойственна повесам эпохи Ренессанса. И тем не менее…
— Добрый вечер. Как поживает ваш цветок?
— Еле дышит, — ответила она, потягивая зеленый напиток через соломинку. — Но цепляется за жизнь.
— Со страстью, которую я вполне могу понять, — подхватил он, взяв ее за руку. — Ответь мне, королева просопопеи,[22] куда ты держишь путь?
На ее лице промелькнул интерес.
— А вы намного лучше говорите по-французски, Адам… Кадмон? Я иду только вперед. А вы?
— Туда же.
— Увы, я сомневаюсь в этом.
— Сомневайтесь в чем хотите, но мы с вами теперь — параллельные потоки.
— Что это? Самомнение изобретателя, почившего на лаврах?
— Куда моим лаврам до лавров того, кто изобрел «холодный бункер». Она окинула его пронизывающим взглядом.
— Что у вас на уме? Это серьезно?
— Если падшим душам суждено соединиться только в этом Аиде, то да, это серьезно. — Он кашлянул и спросил напрямик: — Можем мы остаться вдвоем хотя бы на время танца? Я не хочу, чтобы на нас пялился Юнгер.
— Хорошо.
Она поставила бокал на летающий поднос и проследовала за Муром под вращающейся зодиакальный круг. Тотчас лабиринт человеческих тел отгородил их от Юнгера. Мур усмехнулся.
— На некостюмированном балу все похожи друг на друга, как две капли воды.
Она улыбнулась.
— Знаешь, а ты танцуешь гораздо лучше, чем в прошлый раз.
— Знаю. Скажи, как бы и мне получить ключик к вашему милому айсбергу? Мне кажется, это было бы занятно. Я понимаю, одних денег и происхождения недостаточно, чтобы попасть к вам. Я прочел все, что написано о Круге, но хотел бы получить практический совет.
Ее рука чуть дрогнула в его ладони.
— Ты знаешь Дуэнью?
— Понаслышке, — ответил он. — Говорят, это старая горгулья. Ее специально заморозили, чтобы отпугнуть Зверя, когда наступит час Армагеддона
[22] Олицетворение; стилистический оборот, заключающийся в том, что предмету приписывается действие или состояние, в реальной действительности ему не свойственное.