— Список будут составлять здесь, сегодня вечером. На Балу всегда присутствует кто-нибудь из офиса. За неделю — другую о тебе наведут справки, потом кого-нибудь пришлют.
— Наведут спрайт?
— Простая формальность. Или у тебя биография не в порядке? Судимость? Психическое заболевание? Неоплаченные долги? Мур отрицательно покачал головой.
— Нет, нет и нет.
— Тогда не о чем беспокоиться,
— Неужели у меня действительно есть шанс выиграть?
— Да, — ответила Леота, прижимаясь щекой к ложбинке на его шее, чтобы он не видел ее лица. — До собеседования с Мэри Муллен у тебя будет поддержка члена Круга Но конечный результат целиком зависит от нее.
— Тогда мне действительно не о чем беспокоиться.
— Собеседование может продлиться всего несколько секунд. Но Дуэнье их будет достаточно. Она никогда не ошибается.
— Я выиграю, — твердо произнес Мур.
Над ними мерцал зодиак.
Мур нашел Дэррила Уилсона в одном из баров городка Поконо-Пейнс. Актер, что называется, вышел в тираж: он почти ничем не напоминал героя знаменитого многосерийного вестерна. Тот был крутолобым, бородатым викингам прерий; у этого, казалось по лицу прошел ледник, оставив за собой глубокие рытвины. Обрюзгший и поседевший за четыре года, он сохранил из своего облика только дорогостоящую насупленность. В кино он больше не снимался, а досуг проводил в баре, прижигая зоб огненной водой, в которой раньше ежедневно отказывал краснокожим. Ходили слухи, что он успешно «сажает» вторую печень.
Мур сел за его столик, опустил кредитную карточку в прорезь терминала, набрал на клавиатуре мартини и стал ждать. Заметив, что сидящий напротив человек не обращает на него внимания, он сказал:
— Вы — Дэррил Уилсон, а я — Эвлин Мур. Хочу задать вам несколько вопросов.
«Самый меткий стрелок Запада» устремил на него мутный взгляд.
— Репортер?
— Нет. Ваш старый поклонник.
— Как же, рассказывай, — произнес знакомый Муру голос. — Я же вижу — репортер. Давай, вали отсюда.
— Мэри Мод Муллен, — отчетливо произнес Мур. — Старая стерва, богиня Круга. Что вы о ней думаете?
Взгляд Уилсона наконец сфокусировался.
— А, претендент. Хочешь в этом сезоне взойти на Олимп?
— Угадали.
— Ну, и какие у тебя мысли?
Не дождавшись пояснения, Мур спросил:
— Насчет чего?
— Того самого.
Мур сделал глоток. «Хорошо, — подумал он, — поиграем в твою игру, если это сделает тебя более разговорчивым.»
— Неплохой мартини, — заметил он. — Ну так…
— Почему?
Мур побагровел. Похоже, Уилсон слишком пьян, чтобы от него был прок. Ладно, последняя попытка…