— Очень просто, — небрежно ответил Миша и протянул руку к черепкам, которые лежали на доске. — Можно, я возьму, Лида?
Лида, та самая долговязая девушка, не подымая головы от кувшина, ответила:
— Возьми, только осторожнее, пожалуйста, а то Аристарх Павлович меня съест.
— Можешь успокоиться, тебя он не съест, подавится, — по привычке съязвил Миша, взял черепок и повернулся к Володьке.
— Мне достаточно одного черепка, чтобы я мог рассказать, в каком веке жил человек, которому принадлежал кувшин, был он богат или беден, каким владел ремеслом… Словом, могу выдать полную биографию нашего далекого предка.
— По одному черепку? — удивился Володька, беря из рук Миши кусок обожженной глины.
Володька недоверчиво поглядел на черепок. Да такие черепки он встречал тысячами, сколько раз их подфутболивал. Вот уж не думал, что они так важны для науки.
— По одному черепку, — подтвердил Миша. — Ну, конечно, необходим багаж знаний…
К Мише и Володьке давно приглядывался Аристарх Павлович. Все работают, а эти двое чешут языками.
— Войцеховский, — окликнул Мишу Аристарх Павлович, — не кажется ли вам, что ваш обеденный перерыв затянулся на несколько столетий?..
Миша умел ценить хорошую шутку. Он рассмеялся, взял лопату с короткой ручкой и стал осторожно копать.
Вскоре Миша наполнил рыжей землей носилки.
— Впрягайся, брат, — позвал он Володьку.
Мальчишка не расслышал. Он вертел в руках черепок, разглядывая его со всех сторон.
— Ты чего? — удивился зубоскал, увидев, как блеснули слезы в глазах мальчишки.
— Ничего, — отвернулся Володька и положил черепок на доску.
Миша и Володька подняли носилки и стали спускаться с холма.
Сколько носилок земли перетаскали они за полдня, Володька не мог толком вспомнить. А Миша к тому же ни на секунду не закрывал рта. Сперва Володька с любопытством слушал его байки, а потом перестал. Мальчишка думал только о том, как бы дотащить носилки, которые с каждым разом становились все тяжелее. Но Володька не жаловался. Лишь как-то бросил в сердцах:
— Какие вы археологи, вы землекопы…
— Верно, — согласился Миша и поглядел на солнце.
Солнце медленно спускалось по небосводу в море. Наверное, захотело искупаться. Умаялось светило за целый день работы.
Миша и Володька высыпали землю и вернулись к себе в яму.
— Есть у меня смутное предчувствие, — произнес Миша, — что сегодня археологического открытия не произойдет. Поэтому пошли смоем трудовой пот.
Они искупались и успели к ужину, который приготовили на костре дежурные. Володька сидел рядом с Мишей, уплетал за обе щеки, слушал, о чем говорят студенты, и ему было хорошо! Тем более что грозный Аристарх, которого мальчишка немного побаивался, укатил ночевать в город.
Володьке вспомнились Гарька и Шурик. Со славными ребятами он прожил одиннадцать прекрасных дней. Вспоминают ли они его, Володьку? Или забыли?
И со студентами, Володька чувствовал, ему будет хорошо.
Когда поужинали, Володька вызвался:
— Я помою посуду.
— А сумеешь? — засомневалась Лида.
— Помою — посмотрите, — сдержанно ответил Володька.