Арабо-израильские войны: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Тем временем другой представитель Палестинского сопротивления рассказал корреспондентам, что у организации на вооружении появилась собственная ракета малого радиуса действия «Кассам-1», которую изготовляют в домашних условиях, и что дескать уже произведено два пуска по израильским позициям. Израильтяне пока подтвердили только один, с их слов снаряд был нацелен на военный блокпост в местечке Неведе Калим, но ракета-самоделка упала в стороне, разнеся какие-то хозпостройки. Никаких потерь в живой силе или другого ущерба не было.

Утром в воскресенье 27 января по всем телеканалам стали рассказывать, что заявление израильтян об утрате палестинским лидером своего былого значения фактически подтвердилось, причем беда пришла откуда ее не ждали. Министр иностранных дел Катара Хамид Ибн-Ясин Аль-Тани в интервью телекомпании «Аль-Джазира» заявил: «Арабам нечем помочь палестинцам, и мы вынуждены умолять американцев вмешаться и помочь остановить насилие на Ближнем Востоке».

Реакция властей автономии последовала незамедлительно. Представитель Арафата назвал это заявление «ересью» и «преступлением» и резко осудил пораженческие настроения катарцев. Позднее на экране появился и сам Арафат. Он зачитал специальное обращение к американскому народу и властям, причем себя сравнил с самим отцом американской нации — Джорджем Вашингтоном, который долго боролся, но все-таки добился независимости от британских колонизаторов. Во второй половине того же дня посыпались сообщения, что вновь в Иерусалиме, на том самом месте, где произошел августовский взрыв, унесший жизни 15 человек, очередной палестинец-смертник взорвал себя, ранив 150 человек. Погиб один израильтянин. Чуть позже выяснилось, что террористом была 20-летняя девушка, студентка. Несколькими неделями позже стало известно, что первой палестинской террористкой-самоубийцей стала Ваффа Идрис из Рамаллаха. Вскоре после этого взрыва посол Саудовской Аравии в Лондоне Гази Кусейби опубликовал в различных арабских изданиях хвалебный стихотворный гимн в память «сияющей красавицы Ваффы». Поэтизация образа террористки-смертницы сделала свое черное дело, появились новые женщины-камикадзе.

Разъяренный Эхуд Ольмерт, мэр Иерусалима, заявил в телекамеру, что он прямо сейчас едет к премьеру Шарону с требованием сделать что угодно, чтобы положить конец волне террора в «святом городе»…

Заглянем еще раз в главу первую книги. «Пляски и песни начала декабря (1947 г.) закончились… Все чаще звучали ружейные выстрелы, а то и залпы и очереди в Святом городе». Впечатление такое, что мало что изменилось на «святой земле». Правда, ружейные выстрелы сейчас сменили бомбы, привязанные на телах одних, и усовершенствованные ракеты класса «воздух — земля» с электронным наведением — у других.

Хорошо еще, что не осмелились привести в действие бактериологическое или ядерное оружие (которое, по некоторым данным, уже есть в запасниках)…

Мы уже в общих чертах излагали точку зрения палестинцев на события, связанные с ближневосточным конфликтом за истекшие 50 лет. Не будем снова повторяться про дома и рощи, давайте взглянем «с другой стороны».

Есть теория «трех храмов».

Если говорить коротко, то, по взглядам израильтян, Первый еврейский храм был разрушен вавилонянами в 586 году до нашей эры, Второй — римлянами в 70 году нашей эры. Третьим храмом считается сам Израиль. Есть некоторые данные о том, что в самые трудные дни Октябрьской войны сам М. Даян сумрачно намекнул о возможном крушении Третьего храма. Это оказалось не так — храм только чуточку «вздрогнул». Этого было достаточно — евреи быстро «пришли в себя» и осознали, что четвертого храма может и не быть. Поэтому лучше уж по-настоящему беречь Третий. Ясно, что они не уступят и не позволят, чтобы их уничтожили.

Голда Меир так вспоминала о своей единственной встрече с президентом Джоном Кеннеди: «Разрешите, г-н Президент, рассказать Вам, чем Израиль отличается от других стран. Евреи появились больше трех тысяч лет назад и жили с народами, которые давно исчезли — то были аммонитяне, моавитяне, ассирийцы, вавилоняне и прочие… Все народы исчезли, — за исключением евреев».

Из эпохи древности вернемся в наше время. С грустью можно констатировать, что обстановка на «святой земле» кардинальных изменений не претерпела. На фоне обычных обстрелов с той или другой стороны и потасовок на блокпостах произошло несколько действительно громких событий. Отметим, что к середине марта 2002 года накал противостояния вроде бы даже снизился. 14 марта было объявлено: «Сенсационная новость! Совет Безопасности ООН принял подготовленный американцами проект резолюции по Ближнему Востоку, в котором Палестина впервые названа государством!» Из 15 членов Совбеза воздержалась только Сирия, да и то только потому, что она настаивала на «более сильном» проекте резолюции.

Даже еврейский и палестинский представители совместно проголосовали «за». Итак, опять (в который раз!) вроде бы появился шанс на мир в ближневосточном регионе. Это при том, что экстремисты есть и на той, и на другой стороне: одни по-прежнему хотят сбросить Израиль в море, другие сровнять арабские города с землей. Но большинство надеялось на замирение и возможность выйти из порочного круга: «теракт — репрессии — новый теракт».

27 марта в Бейруте прошло заседание Лиги арабских государств. Хотя в нем не приняли участия многие первые лица Лиги (не смог выехать в Ливан и сам Арафат), саммит завершился вроде бы на оптимистической ноте: в целом была одобрена мирная инициатива саудовского наследного принца Абдаллы «мир в обмен на земли» — Израиль возвращает все оккупированные с 1967 года территории, а арабские соседи подписывают с ним прочный мир.

Но в это же время в израильском городе Нетания, в момент празднования еврейской Пасхи, палестинский камикадзе-смертник взорвал на себе бомбу; при этом погиб 21 израильтянин, около 200 было ранено. Сутки — то есть день 28 марта — потребовались израильскому руководству для рассмотрения ситуации, принятия решения и подготовки войск. С раннего утра в пятницу 29 марта началось осуществление операции «Защитная стена»: мотопехота вошла практически во все города Западного берега, а танки в очередной раз окружили резиденцию Арафата в Рамалле и стали методично ее разрушать. «Федаины» ответили автоматным огнем, а Арафат и его первые помощники, засевшие в своем блокированном штабе, стали непрерывно обзванивать мировых лидеров, обвиняя своих оппонентов в «варварстве» и прося любой возможной помощи.

На целый месяц центром противостояния стала церковь Рождества Христова в Вифлееме, которая в выпусках новостей не сходила с экранов телевизоров весь апрель 2002 года. Израильский спецназ, которому было поручено довести эту контртеррористическую операцию до конца, требовал сдачи всех террористов, укрывшихся внутри, те же настаивали, что они мирные, абсолютно невинные люди, просто не желавшие добровольно идти в лапы сионистской «охранки». Они благополучно просуществовали на израильских армейских пайках, которые им передавались «снаружи», и в первой декаде мая осада закончилась практически с ничейным результатом.

Почему-то в российских СМИ практически не получили освещения последующие события, но вот что пишет авторитетный британский журнал «Economist» в номере от 13 апреля 2002 года:

«Исполняя поставленную задачу «искоренить террористов», армия к 8 апреля заняла Касбу (т. е. мусульманские кварталы) в Наблусе. Пять дней подряд солдаты и внутренние войска вели бои от дома к дому, чтобы пробиться сквозь лабиринт городских кварталов, где живут 30 000 палестинцев. Мечети обрушивались под ударами ракет, древние бани разграблялись, а жилые дома осыпались градом пуль. Погибло около 50 палестинцев. Их тела остались лежать под развалинами. Один врач рассказывал, что видел, как оголодавшие уличные собаки рвали тела погибших на улицах.

В Дженине сражения длились неделю, там погибло 23 солдата, причем 14 в ходе одной засады. Они зашли в заминированный дом, и на их глазах смертник замкнул электродетонатор. Армия закрыла Дженин «железным занавесом», запретив вход туда представителям прессы и медикам. Палестинцы рассказывают различные истории: один говорит, что его брат получил ранение и медленно истек кровью, мать его, сначала просившая, а затем требовавшая медицинской помощи, получила пулю в голову. Другой говорит, что на его глазах солдаты выстроили у стены шестерых его соотечественников и расстреляли их».

Все летние месяцы 2002 года шла своеобразная война «на истощение»: партизаны проводили очередной теракт — армия отвечала очередным броском на территорию автономии с захватом и разрушением «гнезд террора». Солдаты добросовестно обшаривали квартиры палестинцев из числа тех, что были «на подозрении». В случае удачи видеокамеры «армейской кинохроники» обязательно фиксировали очередной улов в виде тазиков взрывоопасной горючей смеси или деталей несобранных ракет «Кассам-1». Затем все это срочно уничтожалось перед объективами тех же телекамер. Палестинцы, как правило, отвечали выстрелами «из-за угла» и засылкой очередного камикадзе вглубь территории израильской «метрополии».

21 сентября «Советская Россия» поместила большую статью «Стучит в сердце пепел Сабры и Шатилы». Подзаголовок — «20 лет спустя», подписано «доктор Али Хафез». Да, действительно, в 2002 году исполнилось двадцать лет с момента кровавого преступления в лагерях палестинских беженцев возле Бейрута. Трудно что-либо возразить против указанных цитат: «В ходе ливанской трагедии Соединенные Штаты не предприняли никаких действенных шагов для того, чтобы пресечь или хотя бы остановить кровопролитие в Ливане. С момента своей президентской инаугурации Буш ни разу не осудил кровавую политику Шарона против палестинцев, только однажды сделал ему замечание после резни в лагере беженцев Дженин на Западном берегу реки Иордан». «К сожалению, арабы в этот раз не могли организовать совместное сопротивление врагам, как это было в 1948, 1967, 1973 годах». «Со стороны международного аэропорта (Бейрута) израильскими оккупантами были доставлены в Шатилу и примыкающий к ней лагерь Сабра банды убийц, уничтожавших на протяжении двух суток палестинских стариков, женщин и детей. Им было приказано не стрелять. Резать, только резать, чтобы не было слышно». «Впервые за длительную историю арабо-израильского конфликта израильтяне перешли красную линию и штурмовали столицу арабского государства… Бейрут — красавица Востока — превратился в страшные кладбища…» Прав доктор Али Хафез — действительно, так оно и было. Только он не указал одной вещи: отметив 20-ю годовщину одного кровавого события, он совсем не упомянул 30-ю годовщину, но другого.

В номере «Советской России» от 5 сентября 2002 года опубликована статья Владимира Киселева «Негаснущий пожар». Ее предваряет прекрасный эпиграф английского историка, экономиста, социолога Арнольда Тойнби: «Палестинская трагедия — это не локальная драма. Это трагедия всего мира, так как она порождена несправедливостью и представляет угрозу всеобщему миру». Трудно что-то возразить вышесказанному.

Владимир Киселев излагает суть вопроса, причем начинает с Базельского конгресса сионистов в 1897 году, на котором впервые была выдвинута идея создания еврейского государства. Затем он переходит к резолюции о разделе Палестины № 181/11 от 29 ноября 1947 года и далее излагает свои взгляды, которые полностью совпадают с советской позицией относительно конфликта на Ближнем Востоке, как будто это было все написано в 70-е годы. Хочется спросить В. Киселева и д-ра А. Хафеза, почему ради соблюдения объективности они даже не упомянули о мюнхенской трагедии, которая случилась 5–6 сентября 1972 года? Из российских СМИ об этом вспомнил практически только Первый канал (ОРТ), который 3 и 4 сентября показал прекрасный фильм западных кинодокументалистов «Один день в сентябре». Вот концовка этого фильма: девятерых взятых заложников, членов Олимпийской сборной Израиля, должны были вывезти на вертолетах из Олимпийской деревни, чтобы перегрузить в самолет и отправить в неназванную арабскую страну. В момент отправки выяснилось, что взявших их террористов не 5, как считалось, а 8. В аэропорту возле Мюнхена их уже ожидали 5 снайперов, которые не имели между собой радиосвязи. Менять что-либо в первоначальном плане было поздно, времени уже не было. Вертолеты приземлились в аэропорту, но несколько в другом месте, чем было запланировано ранее. В результате первый залп снайперов сразил лишь двоих из восьми террористов. Оставшиеся шестеро залегли, организовали импровизированную круговую оборону и почти два часа вели огневой бой с наследниками знаменитых и прославленных «ягд-коммандос». Все это время несчастные заложники сидели со связанными руками внутри двух небольших вертолетов. Когда в живых осталось только трое бандитов, один из них напоследок швырнул гранату в вертолет, и заправленная до отказа машина вспыхнула факелом, другой разрядил всю обойму «Калашникова» во второй вертолет, и олимпийцы так и остались навечно в этих креслах со связанными руками.

Уже днем состоялась траурная месса по погибшим. На экране скорбное лицо канцлера Вилли Брандта, плачущие участники других олимпийских сборных. Тем же днем, прервав свое выступление и забрав тела всех одиннадцати погибших, израильская команда покинула Мюнхен-72, улетев на родину.

Тела пятерых убитых палестинцев передали Ливии, где их похоронили как героев (на экране многотысячная толпа, которая из рук в руки передает пять полированных гробов). Трое оставшихся в живых находились в руках немецких сил правосудия, но правосудию не суждено было свершиться. Спустя 7 недель другие воздушные пираты захватили «Боинг» авиакомпании «Люфтганза», следовавший по маршруту Бейрут — Франкфурт. В подозрительно поспешной процедуре лайнер и пассажиров обменяли на трех бандитов. Есть предположение, что это было заранее согласовано с преступниками, таким образом «Люфтганза» хотела обезопасить себя от подобных актов в дальнейшем.

В течение нескольких последующих месяцев израильские спецслужбы отследили похитителей и расправились с двумя из них и еще с десятком других лиц, которые считались причастными к планированию и осуществлению этого злодейского акта в Олимпийской столице 1972 года.

Последний оставшийся в живых — Джамаль Аль-Гайш — пережил много покушений на свою жизнь. Сейчас он скрывается где-то в Африке, вместе с женой и двумя дочерьми. Таков был итог одного из самых трагических преступлений ушедшего двадцатого столетия.

С середины августа 2002 года наблюдалось относительное затишье громких терактов не было, и впечатление, что все уехали «на каникулы» или просто устали. Это перемирие было разорвано в четверг 19 сентября, когда очередной камикадзе взорвал себя в салоне пассажирского автобуса в Тель-Авиве возле центральной синагоги. Переднюю часть машины оторвало; сразу погибло 7 пассажиров, 60 доставлены в больницы, из них 10 в очень тяжелом состоянии. На следующий день началась очередная осада Мукаты резиденции Арафата в Рамаллахе, где, как заявила армия, засели пятьдесят отъявленных террористов. Танки, экскаваторы и бульдозеры последовательно сносили все окружавшие постройки, пока не остался один центральный бункер, где находился Арафат и его ближайшие сподвижники. Его трогать не стали; спустя десять дней пятьдесят террористов исчезли неизвестно куда. Так как к этому времени Шарон получил приглашение приехать в Москву, осада вновь была снята, что дало повод представителю Арафата вновь заявить об очередной «моральной победе» над агрессорами. Подошел к концу сентябрь 2002 года. В США уже отметили годовщину событий 11 сентября 2001 года. Но обстановка не претерпела каких-то изменений к лучшему. О положении на Ближнем Востоке в своем интервью «Российской газете» от 18 сентября говорил посол палестинской администрации в Российской Федерации Хайри Аль-Ориди: «Придя к власти, Джордж Буш подтвердил право народа Палестины на создание собственного государства — однако после 11 сентября об этом как бы забыто.

Только за время Интифады-два было принято три резолюции ООН: №№ 1397, 1402 и 1403. Ни одну из них Израиль не выполнил. С каждой их них согласились Соединенные Штаты, однако выполнения их не добились. Намечавшееся на 29 мая 1999 года провозглашение Палестинского государства не состоялось. Мы так и остались оккупированной страной. Что касается «Хамас», то это политическое движение, находящееся в оппозиции к нашему правительству и президенту, не вхоже во власть. В Израиле есть куда более радикальные организации, чем «Хамас». Например, Авигдор Либерман с его партией «Израиль — наш дом».

Когда израильтяне говорят, что Интифада и сопротивление — это незаконно, то как же нам не возразить: а что, оккупация законна? За два года Интифады и войны погибло 3200 палестинцев, 40 тысяч ранены, практически вся сельскохозяйственная и промышленная инфраструктуры Палестины разрушены. Израильская сторона оценивает свои потери в 320 погибших».

Как бы оппонируя ему, на страницах той же «Российской газеты» выступает министр общественной безопасности Израиля Узи Ландау, которого наверное можно назвать таким же «непримиримым», как и предшествующего оратора: «В соответствии с Соглашениями в Осло, мы передали палестинцам 30 тысяч единиц стрелкового оружия для борьбы с террористами… Мы допустили грубую ошибку. Нельзя было давать палестинцам оружие. Теперь у них вместо разрешенных 30 тысяч — все 60 тысяч стволов… Но в прошлом Израиль решал и решил более сложные проблемы, так что решим и эту. Они (палестинцы) считают для себя позором сосуществование с демократической иудейско-христианской цивилизацией и убеждены, что ее надо уничтожить любой ценой». Если это не так, то пусть палестинская сторона опровергнет это утверждение.