Набор был разношёрстный, и Доктору понадобилось целых десять секунд на то, чтобы понять, что он может сделать.
Гелиос встал и потянулся. Старик посмотрел на спящего Доктора и пошёл, обходя обломки, к одному из арочных проходов.
Доктору всё это было хорошо видно из тени на другом краю зала. Пока что его план работал. Теперь нужно проследить за стариком.
Аккуратно, чтобы никого не разбудить, он вышел из зала. Гелиос опережал его на несколько секунд, а кирпичные коридоры были сущим лабиринтом, но Доктору было слышно чавканье ботинок старика по мокрой плитке. Он шёл на звук, стараясь не отстать. Здесь не было дня и ночи — только ночь. Возможно, люди Спицы спали тогда, когда хотели.
Звуки шагов прекратились. Раздалось жужжание и скрежет. А затем Доктор услышал, что Гелиос снова пошёл. Он был в десяти метрах, не дальше. Судя по звукам, там открылась тяжёлая дверь.
Доктор выглянул из-за угла. Там была дверь, и в любом другом месте исходящий из неё свет казался бы бледным, но здесь он был почти ослепительным. Доктор прокрался ближе и заглянул в неё. Это была маленькая комната, почти крипта. Гелиоса не было видно, но было множество другого, заинтересовавшего Доктора. Это было святилище вселенной; самые ценные предметы хранились аккуратно, каждый в своей витрине или в шкатулке. Довольно потёртый сегмент Ключа Времени; полу-органический шлем; имевшая стольких претендентов Корона Пятой Галактики; голубое с золотом яйцо, из которого рос цветок… Было и много других предметов, некоторые из которых Доктор узнавал, некоторые были ему абсолютно незнакомы. В своё время они были символами власти, но их время давно прошло. Теперь они были пережитками прошлого, не более. На стене была встроенная компьютерная панель, подсвеченная сзади. Она казалась непримечательной, но дополнительное обследование не помешает.
На мраморном полу были мокрые следы, которые вели от двери прямо к одной из стен. Доктор улыбнулся, прошёл по следам и нашёл потайную дверь. Зная, что там есть дверь, было уже несложно найти педаль, которая её открывала. Двери раздвинулись плавно и бесшумно; за ними был ещё один коридор.
В этой части здания было немного теплее, немного светлее, сохранилась она намного лучше. Стены были не такие сырые и обшарпанные, воздух был не такой затхлый. Тут был какой-то гул — то ли электричество, то ли ещё какая-то энергия.
Дальний конец коридора выходил в большой зал. Доктор задержался у входа. Зал был хорошо освещён, в нём доминировала большая двойная дверь. Её половинки были погружены в пол, как в бомбоубежище, или в убежище от торнадо в Канзасе. Половинки двери были безупречно белые, как фарфор. Была замочная скважина и две ручки. Как Доктор и ожидал, там был Гелиос. Опираясь на посох, он стоял на коленях лицом к дольней стене. Он тихо произносил не то молитву, не то заклинание. Закончив, Гелиос осторожно встал, подошёл к двери и осмотрел её.
Доктор сместился ближе, чтобы лучше видеть, и его туфля проскребла по мраморному полу. Гелиос удивлённо повернулся на звук.
— Я знаю, что вы тут, Доктор, — спокойно сказал Гелиос. — Я вижу будущее, вы забыли?
— И прошлое тоже, — заметил Доктор, входя в комнату. — Вы прореагировали после того, как я выдал себя, не раньше… — вдруг он остановился. — А ещё из этого следует, что ваше знание будущего далеко не идеально, иначе вы бы вообще не удивились.
На лице Гелиоса появилась добрая улыбка:
— «Горе от ума» — это как раз про вас. Единственный среди местных, я вижу и прошлое, и будущее, но и то, и другое лишь урывками.
— Худшее из двух возможностей.
— Да. К примеру, я понятия не имею, как вам удалось пройти мимо остальных или как вы убедили нас в том, что всю ночь проспали.
Доктор подошёл к двери, пытаясь разговором скрыть то, что он рассматривает замок и дверные ручки.
— Это было очень, очень умно, и мне бы очень хотелось вам об этом рассказать, но если я расскажу, вы сможете запомнить это и предупредить остальных. Быть может, даже задним числом.
На двери угадывались круглые углубления, сглаженные временем.
— А теперь вы хотите открыть эту дверь.
Это был не вопрос.
— Я подумываю об этом, — признал Доктор.
— За те тысячелетия, которые мы тут живём, очень мало кто доходил так далеко. Но вам нельзя позволить смотреть на лицо Бога.
Доктор ухмыльнулся:
— Бога? Так это он за этой дверью? Это странно, потому что я чётко помню, что Паллант сказал, что он не знает, за которой дверью Бог. Но что забавно, вы при этом знали и где эта дверь, и о тайном проходе к ней. Но от других вы эту информацию скрыли, да?
— Даже для самых преданных из нас соблазн может оказаться слишком сильным, — сказал Гелиос.
— Но для вас искушение не слишком сильно?
Морщинистое лицо помрачнело:
— Нет! Я противостоял этому соблазну тысячи лет, я знаю, что я удержусь до самого конца.
— Значит, вы никогда не пробовали открыть дверь?