— Но как вы можете утверждать, что у меня есть свобода выбора, если вы знаете, что я сделаю?
— Мы вам помешаем.
— Помешаете? А, конечно. Вы знаете, зачем я тут. Вы знаете, что я ищу дверь, и вы постараетесь помешать мне.
— У вас ничего не выйдет. С нашей точки зрения у вас уже не вышло.
— Вы прочли на несколько страниц вперёд, так? Жизнь всего лишь книга, которую вы можете листать. Что же, быть может, я смогу переписать учебники истории, кто знает.
— У нас есть священный долг. Это место большого могущества, и во вселенной есть желающие присвоить это могущество себе.
— Поэтому вы убиваете любого, кто здесь появляется, как беднягу Норвала. И вы знали, куда попадёт его ТАРДИС после случайного скачка. Вы выстрелили ещё до того, как увидели цель. Не удивительно, что малтраффи вас избегают.
Он сел и посмотрел на их освещённые костром лица.
Виллхафф указал на дальнюю часть зала:
— Вы проведёте всю ночь вон в том углу, погрузившись в искусственно вызванную кому.
— Утром мы перенесём вас ближе к костру, — сказал Паллант. — Затем, как только вы вернётесь в сознание, появятся ваши коллеги и спасут вас.
Гелиос улыбнулся:
— Можете отойти, если хотите, но мы уже знаем, что вы не дойдёте до Двери, мы знаем, как вы проведёте ночь.
— И вы не попытаетесь меня остановить? — Доктор уже шагал прочь от них, мысленно перебирая возможные варианты.
Лежать и спать в том углу? Это на него ни капли не похоже. С самого раннего детства с ним всегда было одно и то же: если кто-то ему говорил что-то сделать, он делал прямо противоположное. «По газонам не ходить», «Вход запрещён», «Пожалуйста, не нарушайте законы физики». Но эти люди уже видели будущее, они рассказали ему о том, что уже произошло. Он знал, что есть другая возможность, что от них можно убежать. Но Доктор заметил, что направляется именно в тот угол, на который ему указал Вилхаф. Эта часть комнаты его зачаровывала так же, как и любой другой запретный плод: «Не смотри туда», «Старайся не думать об этом».
Он хотел было развернуться и пойти в противоположную сторону, как вдруг ему в голову пришла мысль.
— А что если в этом углу решение? — прошептал он сам себе.
Он ещё решительнее направился в угол.
Они считают, что он должен лечь в углу… он так и сделал.
Никакого решения не случилось.
Он расстроился. Тут было холодно. Он представил себе лежащего себя таким, каким его видели в будущем старые воины.
Он перевернулся и посмотрел в их сторону. Они по-прежнему сидели вокруг костра. Время от времени они посматривали в его сторону, проверяя, не ушёл ли он.
Конечно!
Они только думали, что видели его тут. А на самом деле он улизнул, одурачил их. Нужно всего лишь соорудить что-то вроде манекена, что-то, что обманет их на таком расстоянии, в этом тёмном зале.
Вот только Паллант сказал, что они подходили к нему утром и перенесли его.
То, что они видели будущее, сбивало его с толку. Нужно начать всё с начала. Представить это всё со стороны. Или сверху. Он мысленно смоделировал несколько вариантов, но лучшее, на что ему можно было надеяться — на то, что они соврали, рассчитывая изменить его действия. А зачем им это? Если он сбежал, они знают, что у них ничего не выйдет. Это само-сбывающееся пророчество? Они его так сильно деморализуют, что он даже не попытается что-нибудь сделать? Что же, одной из особенностей само-сбывающихся пророчеств является то, что они сбываются независимо от того, какие тайные методы используются.
Он их как-то обманул, он был одновременно в двух местах.
Он вспомнил о своём трюке с сонтаранами и рутанами, и у него внутри всё опустилось, когда он понял, что совсем забыл о переговорах, что оставил двух лидеров вдвоём в ТАРДИС. Сейчас он с этим ничего не мог поделать. Надо решать проблемы по порядку. В тот раз он был сразу в двух местах. Тогда он, правда, использовал ТАРДИС, а здесь машин времени не было.
А что же у него здесь есть?
Он вывернул карманы: моток верёвки, звуковая отвёртка, браслет телепортации, томик «Четыре Квартета», пакет кукурузных хлопьев, пузырёк с йодом, рутанский Конвертор.