Введение в языковедение: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Ударение только тогда может быть выразительным средством в грамматике, когда оно изменчиво. Поэтому тоновое ударение всегда может быть грамматическим способом вследствие

своей политоничности[ 490 ], т.е. изменяемости тона на том же слоге; например, в литовском языке dvi'em (с нисходящим тоном) – «двум», adviem (с восходящим тоном) – «двумя»; в сербском ствари (с нисходящим ударением) – «вещи» (род. п. ед. ч. от ствар – «вещь»), а ствари (с восходящим ударением) – «в вещи» (местн. п. ед. ч.); в языке шиллук (Восточная Африка) jit с высоким тоном – «ухо», а с низким – «уши»; в другом африканском языке, тсвана, kemotho с низким тоном – «я человек», а то же с высоким тоном на первом слоге (kemotho) – «он человек».

Так использовать динамическое ударение нельзя вследствие его монотончности[ 491 ]

т.е. однородности. Но в случае возможности передвижения ударения оно делается очень удобным грамматическим способом.

По этому вопросу интересные мысли находим у Е. Куриловича: «В языках с так называемым постоянным местом ударения оно падает на слог слова, который установлен: а) безотносительно, как начальный или конечный слог слова…; б) относительно, как следующий после начального (то есть второй) или предшествующий конечному (то есть предпоследний) слог слова. В языках с так называемым свободным и подвижным ударением оно… падает не на отдельные слоги слова, а прежде всего на отдельные морфемы в пределах слова. Различие между польской формой rekami и ее русским эквивалентом руками заключается в том, что польская форма имеет ударение на предпоследнем слоге слова, а русская форма – на первом слоге окончания»[ 492 ]. И дело здесь в том, что в польском ударение постоянное, т. е. падающее на определенный слог слова (предпоследний), независимо от того, какая это морфема, а в русском – ударение подвижное, которое в пределах одной парадигмы может падать в одних словоформах на корень, в других – на окончание; например, в единственном числе: дом, дома, дому, домом, о доме – на корень, а во множественном числе: дома, домов, домам, домами, о домах – на окончание.

В русском языке разным местом ударения (на основе или на аффиксе) могут различаться слова (что к грамматике не относится): мука – мука, кружки – кружки, казачки – казачки; может это же проявляться на разных слогах основы: замок – замок, передохнуть – передохнуть;во всех этих случаях передвижки места ударения нет, а место ударения закреплено на разных слогах в разных словах.

Иное дело, когда место ударения перемещается в парадигме с основы на окончание или наоборот и тем самым различает грамматические формы того же слова.

Так, родительный падеж единственного числа руки, ноги, блохи местом ударения отличается от формы именительного падежа множественного числа тех же слов: руки, ноги, блохи; то же самое в случаях: дома, села (род. п. ед. ч.) и дома, села (им. п. мн. ч.)[ 493 ].

Очень важным этот способ является для различения видовых пар глагола, когда ударение на тематической гласной основы: насыпать, нарезать, высыпать, выносить является приметой несовершенного вида, а перенос ударения на корень (насыпать, нарезать) или на префикс (высыпать, выносить) служит приметой совершенного вида.

В других случаях в русском языке тот же способ сопровождает иные способы, служащие для того же грамматического различения, как, например, встречать – встретить, где вид различается прежде всего изменением суффикса [-а-] – [-и-] и сопровождается переносом ударения и чередованием согласных [ч] – [т].

В случае колебания места ударения в формах слов на–о, типа кисло, мало, узко и т. п., оно служит для различения кратких прилагательных и наречий: если ударение на–о – это признак краткого прилагательного (Это платье узко), если же на основе – это признак наречия (Это платье узко сшито). Как и всегда в грамматике, где все положительное соотнесено с нулем, наличие и отсутствие ударения может быть достаточным противопоставлением для различения грамматических форм и категорий; так, в русском языке ударные что, когда, как – местоимения, а безударные что, когда, как – союзы, например: Я вижу, что он читает, но что он читает, не вижу; Я слышал, как он вошел, но как он мог войти, не понимаю и т. п.

Наличие ударения на слове или его отсутствие может отличать и знаменательное слово от служебного, например: А счастье было так возможно!(Пушкин) и Я было опоздал на лекцию (где было – частица).

В языках с фиксированным или малоизменяемым ударением такие случаи редки; ср., например, в турецком саniт [джаным] – «моя душа» и саniт [джаным] – «душечка» или в немецких сложных словах blutarm — «худосочный» и blutаrm — «очень бедный»; в английском языке, кроме случаев с разного типа ударением, различающим словосочетания: black bird – «черная птица», black board – «черный стол» и сложные слова: blackbird – «дрозд», blackboard – «классная доска» (см. выше, § 50), может быть различение по месту ударения глаголов (ударение на последнем слоге) и однокорневых имен (на первом слоге): to export – «вывозить», the export – «вывоз», to extract — «извлекать», the extract — «извлечение» и т. п. Во французском языке, где слово не имеет своего отдельного ударения, а ударение сопровождает лишь «ритмическую группу» слов (le lieutenant, le lieutenant colonel, le lieutenant colonel en chef и т. п.), как грамматический способ оно использовано быть не может, но, расчленяя «ритмические группы», оно содействует строению предложения.

§ 54. СПОСОБ ИНТОНАЦИИ

Интонация, как мы установили выше, относится не к слову, а к фразе (см. § 32) и тем самым грамматически связана с предложением и его строением.

1) Прежде всего это относится к модальной[ 494 ] форме предложения: при том же порядке тех же слов во многих языках можно отличать интонацией вопросительные предложения от утвердительных, предложения, выражающие сомнение, от предложений, выражающих удивление или побуждение, и т. п. (Он пришел?; Он пришел; Он пришел…; Он… пришел? и т. п.). Эти оттенки выражаются градацией высоты, интенсивности и темпа.

2) Расстановка и градация пауз внутри предложения может показывать группировку членов предложения или расчленение предложения, например: Ходить долго – не мог и Ходить – долго не мог; Человек – с портфелем пришел и Человек с портфелем – пришел[ 495 ].

3) Паузирование может различать простое и сложное предложение; без паузы: Вижу лицо в морщинах – простое предложение, с паузами; Вижу: лицо – в морщинах – сложное, где двоеточие и тире обозначают соответственно паузы.

4) Интонацией можно отличать сочинительную связь от подчинительной при отсутствии союзов; например, с интонацией перечисления (т. е. с повторением той же интонационной волны). Лес рубят, щепки летят – сочинение, а с контрастной интонацией обеих половин (первая на высоком тоне, вторая – на низком) Лес рубят – щепки летят –подчинение, где лес рубят –придаточное предложение, а щепки летят – главное.

5) Особое явление представляет собой так называемое «логическое ударение», т. е. то или иное смещение фразового ударения (см. гл. III, § 32) для логического выделения («подчеркивания») каких–либо элементов предложения; особенно отчетливо это выявляется в вопросительном предложении, где нормальное для русского языка фразовое ударение конца фразы (тогда вопрос относится ко всему целому) может перемещаться в середину или начало фразы, чтобы показать, к чему именно относится вопрос:

Ты сегодня пойдешь в институт? (а не куда–то);

Ты сегодня пойдешь в институт ? (а не поедешь);

Ты сегодня пойдешь в институт ? (а не завтра);

Ты сегодня пойдешь в институт ? (а не кто–нибудь другой).

6) Интонацией, а именно убыстрением темпа и ломкой нормальной интонационной волны, выделяются вводные слова и выражения, чем они и отличаются от членов предложения; например: Он безусловно прав (без выделения обстоятельства безусловно) и Он, безусловно, прав (с выделением вводного слова безусловно), или: Он может быть здесь (без выделения сказуемого может быть) и Он, может быть, здесь(с выделением вводных слов может быть).

Выражение экспрессии и прежде всего различных чувств (радости, гнева, восторга, умиления, огорчения и т. п.) тесно связано с интонацией, но к области грамматики не относится, равно как и придание тем или иным словам особого смысла, например иронического, что тоже достигается интонацией.

Не во всяком языке интонация легко используется как грамматический способ. Так, например, французская, с точки зрения русских «напевная», интонация очень безразлична к выражению грамматики (поэтому по–французски можно спрашивать и отвечать с той же интонационной волной, но при вопросе употреблять служебную вопросительную частицу est ce que[ 496 ]).

Нейтральную интонацию какого–либо языка, отклонение от которой можно использовать как грамматический способ, легче всего определять на интонировании счета (ср. в русском: раз, два; раз, два, три; раз, два, три, четыре, пять, шесть, семь… и т. д., где при любом количестве числительных на первом происходит подъем, а на последнем – падение интонации, тогда как вся середина интонируется ровно, и во французском: ип, deux; un, deux, trois;ип, deux, trois, quatre, cing, six, sept…, где внутри любой длины фразы имеются подъемы и понижения); чем более «плоская» и, казалось бы, менее «выразительная» интонация, тем легче она может быть использована в грамматике как выразительный способ; именно такова русская интонация.

§ 55. СУППЛЕТИВИЗМ

Соединение в одну грамматическую пару (или в один грамматический ряд) разнокорневых или разноосновных слов, когда, несмотря на различие корней или основ, лексическое значение не меняется, а «различие слов» служит лишь грамматическим способом различения грамматических значений, называется супплетивизмом[ 497 ].

[490] Политоничность – от греческого polys – «много» и tones – «ударение».

[491] Монотоничность – от греческого monos – «один» и tonos – «ударение».

[492] Курилович Е. Структура морфемы // Очерки по лингвистике. М., 1962. С. 77, а также: Кузнецов П. С. Фонологическая система сербохорватского языка // Известия АН СССР. Отделение литературы и языка, 1948. Т. 7. С. 62.

[493] В случае село – села грамматически наличествует только перенос ударения, а состав фонем в корне тот же.

[494] Модальный – от латинского modus – «способ»; модальные значения в грамматике выражают целевую установку высказывания (убеждение, вопрос, сомнение, приказание или личные отношения говорящего к тому, что он говорит, и т. п.).

[495] На этом же основан и анекдот с «роковой» запятой: Казнить, нельзя миловать и Казнить нельзя, миловать.

[496] Во французских грамматиках такие вопросительные частицы называются les pronoms interrogatifs, т. е. «вопросительные местоимения».

[497] Супплетивизм – от латинского suppleo, suppletum – «пополнять», «дополнять».