Она вздохнула.
— Ну, может быть, и нет. Но по крайней мере мы можем как-нибудь обезопасить дом. Замками на двери. На окна.
Шон задумчиво посмотрел на нее.
— Наверное, ты могла бы их проверить. Не помешает.
— Я говорю о том, чтобы вызвать слесаря и поставить надлежащие замки. Чтобы запирались намертво.
Он нахмурился.
— На двери?
— Не только. На двери. На окна. Во всем доме.
Шон поставил портфель.
— Ты представляешь себе, во сколько это обойдется? Сама установка? Вызов слесаря?
Энджела во все глаза смотрела на него, силясь разобраться. Как он мог в такой ситуации думать о деньгах?
— Разве наша безопасность не важнее?
— Наша безопасность?
— Да, наша безопасность.
— Энджела, прибили всего-навсего паршивую кошку. И не исключено, что это сделал енот.
— Откуда такая уверенность, что это был паршивый енот?
— Ты же слышала, что сказал этот дядька. Он специалист. Он сказал, что это был енот. Я ему верю.
— Ну, а я — нет.
— Послушай, это действительно идиотизм.
Шон схватил портфель и снова двинулся к двери. Но Энджела не могла оставить последнее слово за ним и подлила масла в огонь:
— Ясное дело, для тебя это так. Может быть, пора начать воспринимать то, что я говорю, всерьез?
Шон, который был уже в дверях, обернулся и наградил ее уничтожающим взглядом.
— Энджела, дорогуша, детка моя милая. Я не хочу говорить покровительственно, но ты не думаешь, что заходишь чуть дальше, чем следует?
Она яростно сверкнула на него глазами и огрызнулась:
— Если проблема в деньгах, за новые замки заплачу я.
Шон шлепнул себя ладонью по лбу.
— Господи Иисусе! Что я сделал, чтобы заслужить такое?
Они уставились друг на друга, внезапно почувствовав себя чужими.
Энджела протиснулась мимо мужа и побежала вверх по лестнице. Шон, красный как рак, проводил ее глазами.
— Энджела! У нас нет времени ругаться, слышишь? Попросту нет времени!